На той стороне

Глава 21. Случай меняет всё

Когда Николай Павлович появился в передней с молодой женщиной на руках, в доме случился совершенный переполох. Сначала графиня Татьяна Александровна вышла встречать сына со службы и, увидев представшую перед ней картину, чуть не лишилась чувств. За ней выпорхнула Натали и показался Сашенька с нянькой. Потом в переднюю высыпали любопытные служанки. Все столпились, заверещали, загалдели.

- Анна Алексеевна! Что с вами стряслось? - глаза Татьяны Александровны округлились от ужаса.

- Я подвернула ногу, поскользнулась прямо на мостовой, – ответила, смущаясь, Аня. Она уже сидела на диванчике в приёмной, где ещё два часа назад проходила собеседование на работу.

- Это всё я, maman. Это я - виновник столь ужасающего случая. На Анну Алексеевну, - объяснил Николай и, повернувшись к Ане, уточнил, - так ведь вас зовут? – Девушка кивнула. – На Анну Алексеевну напал вор. Пытаясь догнать воришку, мы с Александром Сергеевичем напугали сударыню, и она упала.

- Бог ты мой! Какое несчастье! - всплеснула руками графиня, но тут же мобилизовалась и раздала поручения слугам. - Глаша, срочно нагрей воды. А вы подготовьте чистую и сухую ветошь на всякий случай. Надо послать за доктором!

- Маменька, я уже отправил Ивана Кузьмича. Вам ничего не нужно делать. Разве что представьте нас, раз вы знакомы, - хитро подмигнул матери красавец.

- Ах, Николай, ты не исправим! Такое происшествие, а ты и тут в своём амплуа.

- Ну, какое амплуа, маменька? Не пристало светским людям знакомиться таким образом, и я всего лишь хочу исправить ситуацию, – последовал невозмутимый ответ сына.

- Николя, ты невозможен! – пожурила графиня старшего отпрыска, закатывая глаза. – Ну, конечно, я вас представлю. Анна Алексеевна была у нас с утра. Она будет преподавать Саше. Познакомьтесь с моим несносным сыном Николаем, милая!

Аня, наблюдая за этой семейной сценой, поняла, что графиня Ильинская без ума от Николая и готова простить ему любое поведение. Чем этот стервец и пользуется без зазрения совести. В ответ на знакомство она кивнула и сухо представилась, ибо не хватало ещё любезничать с этим самовлюбленным хлыщом.

- Анна Алексеевна Терепова, рада знакомству.

Аня была не рада. Ни знакомство с офицером полиции, ни подвёрнутая, судя по всему лодыжка, не входили в её планы. Но «fors omnia versas» - слепой случай меняет всё. И теперь она сидит здесь в особняке в ожидании доктора и теряет время.

- Николя, а за доктором послали? – спохватилась Натали, она опять всё прослушала.

- Уже, сестрица. Не стоит волноваться.

- Может, нам переместиться в более удобное место? – предложила графиня. – Не в передней же осматривать Аннушку.

- Прекрасная идея, матушка. Здесь совершенно не то место для осмотра. – Николай снова подхватил потерпевшую на руки и понес вглубь квартиры. – В кабинет?

- Ах, нет, сынок. В кабинете паркет разбирали у печи, помнишь, полено выпало и испортило пол. Там завтра паркет менять будут, – напомнила Татьяна Александровна.

Аня даже сопротивляться не стала. Это было жутко неприлично, Аня видела, что прислуга уже шепчется и перекидывается взглядами, но что ей оставалось? Настырный офицер всё равно не дал бы ей передвигаться самостоятельно.

- Так куда нести Анну Алексеевну? – повторил свой вопрос Николай.

- В её будущую комнату, – распорядилась Татьяна Александровна.

Вся процессия переместилась в покои, подготовленные для Ани, - комнату у кухни, с окнами во двор, но довольно большую и светлую, в два окна. Комната была обставлена довольно скромно, но ремонт выглядел свежим. Всё необходимое в ней имелось - письменный стол у окна и этажерка для книг рядом; шкаф, сундучок на полу у шкафа; кровать. Возле притаился столик для умывания. Саму же кровать отделяла от основной комнаты ширма. Кроме того, Аня успела заметить широкое мягкое кресло и над ним бра на стене. Обои были простенькие, но свежие. На потолке по периметру расположилась небогатая лепнина, а в центре из скромной розетки свисала люстра с электрическим освещением.

Николя внёс Аню в комнату и прямо поверх покрывала уложил на кровати. Глашка притащила таз с водой, чистую ветошь и встала у входа, не желая уходить. Татьяна Александровна и Натали тоже присутствовали здесь. Прислуга перенесла кресло и его подвинули к самой постели. В кресло уселась графиня, а Натали стояла позади матушки и с сочувствием смотрела на Аню. Та лежала на подушках и чувствовала себя шутом, на которого устремлены все глаза этого дома. Лишь через пару минут Татьяна Александровна спохватилась и прогнала всех прочь.

- Пора к обеду накрывать, скоро Павел Андреевич явится, а на стол не накрыто. Ну-ка, живо, на кухню! - бранилась графиня. Но видно было, что никто из прислуги барыни не боялся, однако из приличия ослушаться её не могли, а потому тоскливо разбрелись по своим местам.

Николя стоял у изножья кровати и думал о том, что за птичка впорхнула к ним в дом. Его охватило дикое желание покорить эту неприступную крепость, названную мелодичным именем Анна. И он пребывал в уверенности почти на все сто процентов, что рано или поздно её оборона падёт. Торопиться не стоило. Птичка уже билась в силках. Так по крайней мере, представлялось ему – страстному ценителю женской красоты.

Анна хмурилась и ждала доктора. Ей хотелось поскорее быть осмотренной и отпущенной на свободу. А пока она ни за что не подаст виду, что её заинтересовал Николя. Она и так допустила оплошность, когда в открытую любовалась им на лестнице. «Это тебе не третье тысячелетие, дорогая, - ругалась Аня на себя, - Когда смотреть в лицо мужчины можно сколько угодно. Это другие времена, здесь живут совсем по иным законам».