На той стороне

Глава 26. Фамильный герб

Остаток дня до ужина и возвращения графа Павла Андреевича из министерства прошёл спокойно. Явился Саша, и они немного позанимались. Аня восседала в своём кресле на колёсах, сложив руки на коленях, а Саша, примостившись на скамеечке подле неё, читал из хрестоматии небольшие рассказы.

С удивлением Аня обнаружила, что заниматься с мальчиком ей нравится. Он ещё пока держался сдержанно, но Аня понимала, что это до поры - до времени, пока он к ней не привыкнет.

Глаша носилась подле неё с очередным компрессом. Сначала Аня раздражалась, но после второго подхода поняла, что боль уходит, ей стало значительно легче, и это радовало.

Мысли её по-прежнему были далеко. Главной задачей оставалось заполучить шкатулку назад. Вечером должен был вернуться граф Ильинский и решить, что делать с находкой. Аня терялась в предположениях, куда определят шкатулку, но догадаться никак не могла. Павел Андреевич мог просто оставить её дома в качестве реликвии, а мог отдать в полицию для изучения. Не зря Гнездилов об этом говорил. А если шкатулку вскроют и увидят свежее письмо, будет много вопросов.

Что обычно делают с кладом? Оставляют тому, кто его нашёл, наверное. Воровать шкатулку - совсем не то, что подложить её в камин. От мыслей о краже Ане делалось дурно. Не думала она, что может так скатиться. Но выбора не было.

За ужином Аню познакомили с графом. Он был грузным, уставшим добряком лет пятидесяти, может чуть больше, который постоянно вытирал лысину платком и тяжело дышал. На удивление, граф был словоохотлив. Аня поняла теперь, в кого в этом семействе Натали. Павел Андреевич кивнул Ане, выслушал историю с её падением, которую рассказала ему Натали, даже пожурил гувернантку, что нужно быть осторожнее, и потерял к ситуации интерес. Гораздо больше его интересовал ужин.

- Ох, душа моя, Татьяна Александровна, сколько ж дел сегодня было! Как есть – без продыху занимались прошениями и жалобами. Николай, скоро будет проверка вашего ведомства – держи свои дела в порядке. Надобно не ударить в грязь лицом перед министром, – поучал он сына.

Николай скривился, но ответил бесстрастно:

- Конечно, отец.

- Ещё лучше было бы раскрыть какое-то дело, так бы ты смог продвинуться по службе. А министр твоё рвение заметит, эту заботу уж оставь батюшке.

- Merci, papa, – прервал нравоучения графа Николай, и решил сменить тему, вдруг вспомнив о чем-то. – Кстати, у нас же тут чрезвычайный случай произошёл…

- Да, папенька, – перебила братца Натали. - В камине в гостиной нашли старинную шкатулку.

Граф Ильинский отложил прибор и с удивлением посмотрел на семейство. Все они живо начали обсуждать произошедшее. От упоминания о шкатулке Ане стало физически плохо. Она безрадостно ковыряла вилкой в своей тарелке. Николай же, воспользовавшись случаем, наблюдал за ней. Она чувствовала на себе его взгляд, но не подавала виду, что понимает это.

- Презабавно, однако. Ну, кроме как Тереповых, это не может быть ничья шкатулка, – вдруг осенило графа. – Дом они строили сызнова, а мы покупали дом у них.

Все вдруг посмотрели на Аню. Она была единственным представителем семейства Тереповых в этой комнате.

- Анна Алексеевна, вы узнаёте семейный герб? – спросила графиня.

Аня кивнула, хотя и представления не имела, как он должен был выглядеть. Но это был неплохой шанс забрать шкатулку на законных основаниях и оставить с носом Гнездилова, не выдав своей тайны.

После ужина все переместились в гостиную, и Дарья принесла находку. Павел Андреевич покрутил шкатулку в руках.

- Подойдите ко мне, дитя, – позвал он Аню.

Дико волнуясь, она поднялась с кресла и осторожно подошла к хозяину дома. Графиня и Натали запротестовали.

- Анна Алексеевна! Вам нужно беречь ногу! – практически в один голос воскликнули мать и дочь.

- Полноте вам, Татьяна Александровна, Наташенька! Я так устала в кресле сидеть! К тому же я очень осторожно. Компрессы, назначенные Сергеем Львовичем, очень помогли. Видите? Я уже даже наступать могу, – заверила Аня своих благодетельниц.

- Так совсем скоро в пляс пойдете, - раздался вдруг у двери голос Гнездилова.

Аня обернулась на голос и замерла. Зло взяло! Какие черти принесли его сюда? Зато Николай и Натали радостно приветствовали нежданного гостя.

Позади высокой фигуры Гнездилова стоял Иван Кузьмич, который не успел доложить о прибытии посетителя.

- Гнездилов Александр Сергеевич, ваше сиятельство, – исполнил свой ритуал швейцар. – С визитом!

Граф кивнул Кузьмичу, взмахом руки отпуская того.

- Здравствуйте, дорогой Александр Сергеевич! Давненько вас не видывал! – Павел Андреевич тяжело поднялся и сам подошел к гостю. Пожал ему руку, приглашая в комнату, что означало высокую степень благоволения. - А мы тут безделицу одну рассматриваем презабавную. И вы, как лучший сыщик столицы, просто обязаны помочь в нашем деле.

- Благодарю за комплимент, ваше сиятельство. К вашим услугам, – поклонился Гнездилов.

В тот момент, когда явился, словно чёрт из табакерки, этот следопыт, Аня осматривала шкатулку. Держала её, словно впервые видела, покрутила в руках и указала на круглый выгравированный герб. Старалась сохранять самообладание, но руки предательски дрожали, а внутри поселился липкий страх. Вот уж не ожидала, что он явится без приглашения.