На той стороне

Глава 47. Ослепление ревностью и радость, когда радоваться, казалось бы, нечему

Николай выскочил на крыльцо театра, когда уже ни Гнездилова, ни Ани на улице не было. Он осмотрелся и понял, что если и выходили они подышать, то сейчас уже точно никого он тут не застанет. Да и второй акт скоро, возвращаться в ложу пора.

Взяла досада. Ревность слепила молодому подполковнику глаза. Никогда ещё Гнездилов не поступал так. Он всегда был с дамами осторожен и сначала по дружбе давал Николя приоритет в выборе. И чтобы вот так, наперекор всему, увезти Анну Алексеевну прямо со спектакля практически на глазах всего света, из-под носа у самого Николая - это было уму не постижимо!

- О, Николя! – так некстати заприметил его старый знакомый по университету, оказавшийся в этот день в театре. - И вы здесь!

- Честь имею! - из вежливости поклонился Ильинский. На самом же деле ему хотелось набить кому-нибудь рожу, а не любезничать.

- Что-то вы не в духе. Жаль, такую сцену пропустили, - беспечно болтал знакомый.
Николай поднял одну бровь, выражая удивление. - Да, да. Сослуживец-то ваш, Александр Сергеевич, отправился в погоню за прекрасной незнакомкой.

- В погоню? Что вы говорите? – тут уж Николай Павлович заинтересовался.

- Как есть, граф. Прямо сцена для иллюзиона, право слово. Сначала девица выбежала на крыльцо и буквально на ходу в пролетку запрыгнула. А следом он, даже у жандарма коня отнял и пустился за нею вскачь.

Николай с подозрением посмотрел на рассказчика. Тот продолжал донимать:

- Не верите, так сами и спросите. Вон он стоит, – встретив недоверие, рассказчик сперва хотел обидеться, но передумал. Добродушно улыбнулся и заговорщицки подмигнул: - А вообще давайте к нам после спектакля, мы едем в «Медведь».

Николай поклонился, буркнул «Спасибо, но в другой раз» и отправился к жандарму. Публика стала покидать крыльцо, до начала второго акта оставалось не так много времени.

- Скажи-ка, мил человек, у тебя взял жеребца надворный советник? - обратился он к служивому.

- Здравия желаю, ваше благородие! Так точно-с, у меня. Надворный советник Гнездилов по важному делу взяли-с.

- Это какое же важное дело у советника может быть во время представления в театре? – с сомнением спросил Николай Павлович.

- Так особо опасных преступников ловить отправились.

Николай посмотрел на вояку, и тот, перекрестившись, заверил графа:

- Истинное слово, ваше благородие! Так и сказали-с, особо опасные преступники. И помчались галопом за пролеткой, в которой барышня сидели, – жандарм указал рукой нужное направление. - В сторону проспекта ускакали.

- Благодарю! - задумчиво сказал Николай и, отсалютовав жандарму, отошёл прочь.

Чёрт знает, что такое! Значит, не вместе они уехали? Он отправился за Анной в погоню? Но зачем? А может, это у них игры такие. Но Гнездилов был вовсе не тем человеком, что поднимает шум из общения с дамой. Нет, что-то тут было однозначно не чисто. В голове молодого Ильинского вихрем проносились мысли. Зачем Гнездилову преследовать Аннет, да еще и объявлять её преступницей? Между прочим, с этим нужно быть осторожными и сначала проверять, прежде чем обвинять и преследовать.

К тому же, Анна уехала вовсе не в сторону Галерной улицы и это тоже было странным. Слишком странным. Куда может поехать гувернантка, если не к ним домой? Только к себе, решил Николай и отправился к стойке, где был привязан его жеребец. Пусть он и дурак, конечно, но лучше проверить один раз и увидеть всё своими глазами. Если между этими двумя произошла ссора, то он непременно застанет Гнездилова дома у Аннет. И тогда ему, Николаю, только и останется, что молча удалиться. Непроизвольно кровь ударила в голову, и он шумно задышал, втягивая ноздрями воздух, словно тот самый жеребец. Как же зацепила его эта девчонка, что он готов позориться и стучать в дверь квартиры её дядюшки ради удовлетворения своего болезненного чувства собственника.

С чего вдруг, через день после знакомства, он решил, что имеет хоть какие-то права на неё, Николай не знал. Им руководило лишь сумасбродство. Если эта дерзкая и такая манящая девушка предпочла ему надворного советника, он будет в ярости. Если же ей и правда плохо, и извозчика она взяла сама, то зачем Гнездилову её преследовать? Аннет - опасная преступница? Это просто курам на смех! Но ведь, и Гнездилов не дурак, просто так не имел обыкновения обвинять людей.

Николя решительно ничего не понимал. И поэтому ему оставалось лишь поехать в сторону Рождественской улицы, где была квартира графа Терепова. Как найти нужный дом? Да всё просто: кто ж лучше дворников знает свой участок? Ну, или у околоточного спросить. Те тоже в курсе всех, кто проживает рядом.

***

Когда-то Аня ходила в драмкружок. Она вообще много куда ходила в детстве - на танцы, в музыкалку, занималась языками и даже, прости Господи, самообороной. На этом настаивал отец. Был в её жизни и период драмтеатра. Выдающихся успехов не достигла, но красиво шлепнуться в обморок – это, пожалуйста, это легко и просто.

Полученные в детстве умения помогли ей сейчас в обстоятельствах, которых она никогда в жизни не смогла бы и нафантазировать, не то что прожить. Однако вот они, эти обстоятельства, кушайте - не обляпайтесь. Как только она свалилась кулем на каменный пол подсобки, Гнездилов выругался и, подняв её на руки, вынес из тёмной дворницкой. Аня висела тряпочкой на его руках, максимально расслабившись, чтобы он не заподозрил подвоха, а сама судорожно соображала. Куда он несёт её? Что теперь с ней будет? И что в конце концов ему от неё надо?