На волосок от счастья

Прощание

Из вчерашнего вечера в день сегодняшний со мной пришла тоска. По крайней мере, мне так сперва показалось. Потом я поняла, что это не тоска, а какое-то странное, несвойственное и незнакомое мне спокойствие. Я вдруг осознала, что у меня давно не выдавалось такого дня, когда можно никуда не спешить, а делать то, что хочешь, изредка разбавляя это блаженное состояние домашними заботами, которые доставляют мне удовольствие.

Оказалось, я почти забыла, как это – стоять у окна, вдыхая едва уловимо пахнущий осенью теплый ветер, смотреть на то, как серые облака сменяются свинцовыми, и надеяться, что у вас хорошая погода и дождь не испортит поездку. Держа в руках очередную чашечку кофе, я разглядываю деревья и вдруг замечаю, какой усталый цвет у листвы. Прижимаюсь разгоряченной головой к прохладному стеклу, шепча невнятные молитвы, и ощущаю, как утекает время, капля за каплей, словно кровь из иглы, забытой нерадивой медсестрой после снятия капельницы.

Непривычно ласковый, невесомый поцелуй одиночества позволяет остро почувствовать себя частью этого странного, равнодушного мира… и я прилагаю усилия, чтобы не броситься за окно и не улететь вместе с ветром. Плата за короткий полёт не так уж и велика, но несколько несвоевременна.

Под звуки любимых песен я заглядываю в свои воспоминания, чтобы без боли и тайного страха улыбнуться им или уловить на губах солоноватый привкус слез, а потом с легкостью распрощаться с ними…

Как сладко плавать в легкой полудреме, скользить по тонкой грани между тем, что принято считать реальностью, и тем, что принимают за сон, под тихое мурлыканье кота, решившего, что моя рука – самая удобная разновидность подушки.

«Почему так происходит, мама? Для всех мужчин в моей жизни я лишь красивая игрушка, таблетка от одиночества, о которой они забывают, удовлетворив свою страсть и тоску, чтобы вспомнить обо мне, лишь когда им опять захочется… Почему так происходит, мама? Ведь я живая и хочу взаимной любви. Неужели мне так и суждено прожить всю жизнь? Почему, мама?»

И правда, почему? Едва ли я найду ответ, а мама и подавно… Хотя что-то шепчет, что ответ таится в глубинах моей памяти, тёмных, жутких и манящих, как океанская бездна.

«Что мне сделать, чтобы заставить тебя полюбить меня?» – очередная песня возвращает меня во вчерашний день, но я уже спокойна. И впервые мне приходит в голову, что это вопрос какого-то безумца, который считает, что кого-то можно заставить полюбить…

Я размышляю о твоих словах, и мне уже не хочется плакать от обиды. Ты, в общем-то, был прав, сказав, что я преследую тебя. Да, меня сорвало с катушек. Взрослой, но до смерти перепуганной девочке нужна была твоя помощь… и я получила ее, хотя в первый миг мне стало обидно до кома в горле. А потом я решила, что есть те, кому наша ссора в радость, и передумала обижаться.

И только гораздо позже осознала то, что твоя фраза была как пощечина во время истерики. Достаточно сильная, чтобы выбить меня из жуткого состояния, в меру болезненная, чтобы я переключилась на новую проблему, довольно обидная, чтобы я задумалась, но недостаточно унизительная, чтобы я принялась крушить все вокруг, включая свои смешные чувства к тебе (пожалуй, им досталось бы в первую очередь). Нет, правда, блаженное спокойствие – сегодняшняя божественная странность. По-своему, чудо. Я стала чище, мудрее и даже легче, пока плыла по течению этого дня.

И без ехидства и тоски поняла, что тебе и правда больше не надо ждать от меня звонка. Я не позвоню тебе… разве что по делу. Хотя мне, наверное, будет тяжело. Но меньше всего я снова хочу услышать ту или похожую на нее фразу… Я слишком гордая, дорогой. Боюсь, даже я до конца не представляю, насколько «слишком».

Сейчас пойду на улицу и буду бесстыдно целоваться с ветром… А потом дождусь ливня, чтобы, глядя на его потоки, вдруг осознать, что я свободна от тебя. С этой мыслью я и усну, укутавшись ароматом благовоний и теплым сияньем свечей. И ночью увижу тех, кто по-настоящему мне дорог. Тех, к кому я упрямо иду уже много-много лет. Спотыкаясь, ошибаясь, уставая, но иду.

© Элина Лисовская