На встречу судьбе

Глава вторая

— Ты что, дура? — Вопрошала у меня телефонная трубка голосом моей любимой тётушки, с вечера оставленной мною на хозяйстве. — Ладка, тебе сорок лет, у тебя трое детей, кому ты ещё нужна будешь! Бери козла за рога, пока козёл не передумал.

— Легко вам говорить... А если он маньяк какой-нибудь? А у меня дети!

— А вот здесь раньше нужно было думать. Даже если он маньяк, теперь он твой законный муж, со всеми вытекающими. Мне кстати уже Галка отзвонилась и все рассказала. Мужик хороший, денежный. Знаешь сколько он за эту роспись денег отвалил?

— У-у.

— А вот теперь будешь угу! Тридцать тысяч только в карман сунул и ящик дорогого коньяка приволок. Хотя, за тебя мог бы и доплату потребовать, но не стал. Джентльмен потому что. А ещё дурак влюблённый. Уж я то знаю, я фотографию видела.

— Какую ещё фотографию? Наташка сказала, что мы не фотографировались...

— Ну это вы не фотографировались, а Галка, за такие деньжищи, решила тебе доброе дело сделать и включила камеры. Так что теперь у нас есть и фото и видео доказательства!

— А мне пришлёшь?

— Хочешь посмотреть, как ты всю церемонию хихикала, как дура, да молодожёна за попку щипала?

Я аккуратно сползла по стене, которую подпирала на протяжении всего разговора. Я. Щипала. За попу. Мало знакомого. Мужчину. Мужа... Моего, теперь, мужа. Как? Как я могла себе позволить такое, да ещё и на людях?

— Этого не может быть...

— Может, может. И видео есть. Но тебе не дам, а то ты всю брачную ночь краснеть будешь...

— Какую?

— Хоспади, трое детей, а на обычные вещи реагируешь как пятиклассница. Ладно уже. Поглумились и хватит, теперь серьёзно. Детей я в садик отвела, сообщила что сегодня вы в новый дом переезжаете. Ванька счастлив! Машке тож...

— Марии.

— Тьфу ты, чтоб тебя! Да какая разница?

— Большая. — Сразу забыла о сути разговора и приготовилась защищать честь любимого имени.

— Короче, с МАРИЕЙ, — тётушка выделила имя самым противным тоном из тех, на которые была способна, — со старшей твоей, провела политико-воспитательную беседу. Обещала нервы твои поберечь и палки в колеса не ставить.

Дальше я уже ничего не слышала. Вернее слышала, но не воспринимала. В голове плясала дикие шаманские танцы одна единственная мысль: как я буду смотреть в глаза дочери? Ведь это же я ей еженедельно долдоню о рисках случайных знакомств и опасности в обществе! Это я не отпускаю её с ночёвкой к подруге на дачу, из-за возможных опасностей в лице... Да в любом лице! А тут такое...

— Тёть Кать, я вам позже позвоню...

— Да ну тебя! Позвонит она... После медового месяца позвонишь, а пока вон, жизнь свою личную непутевую устраивай, раз уж счастье такое привалило.

Дочку ждала с замиранием сердца и содроганием всего, что ещё в состоянии содрогаться. Как она отреагировала на эту выходу своей непутевой матери? На этот счёт тётушка ничего не сказала, но, если устроила дитяте выволочку, значит реакция была буйная. Хотя, с другой стороны, тётя Катя может устроить головомойку и просто так, на ровном месте, не наказания ради, а профилактики для.

Переживать просто так, что называется с пустыми руками, я категорически не умею, поэтому активно хваталась за всё, что под руку попадётся. За пол часа я успела не домыть посуду, не донести грязное белье до стиральной машины, не догладить Ваняткину рубашку, не доубирать Варюшкины игрушки и разогреть борщ.

Марийка зашла необыкновенно тихо, без привычного недовольства всем и вся, и даже не хлопнула дверью так, чтобы стекла звенели не только у нас, но и у всех соседей по девятиэтажке.

— Дочь, это точно ты? — решила уточнить, осторожно выглядывая в коридор, буквально одним глазком.

— А ты кого-то другого ждала?

Марийка поставила школьную сумку на стул, обула комнатные тапочки и с довольным видом прошествовала мимо меня в свою комнату. В тапочках... Не бросив сумку и обувь в одну большую и грязную кучу... Это точно моя дочь?

– Заяц, нам нужно поговорить...

— О чем?

Вопреки моим ожиданиям, дочь не спешила устроить истерику, не швырялась вещами, не закатывала глаза, картинно падая в обморок, нет, она достала чемодан и принялась собирать вещи.

— Ну, как о чём, о жизни.

— А какой смысл о ней разговаривать? Её нужно жить. А если ты хочешь обсудить свое замужество, то давай в другой раз, сейчас у нас времени нет. Во сколько там твой Крюгер подъедет?

— Кто? — не поняла я, совсем сбитая с толку поведением своей старшенькой.

— Фреди Крюгер, а кто ещё?

В голове сразу всплыл образ из старого ужастика. Нет, Фредерик на это совсем не похож. Уж я то знаю, мне тётушка Катя фотографию прислала. Нормальный такой мужчина, вполне себе среднего роста, что, между прочим, на голову выше меня, густые светло-русые волосы подстрижены и уложены по последнему писку мужской моды, (слава богу, хоть не лысый, как коленка), плюс ко всему этому фигура...просто сказочный принц. С уверенностью можно сказать одно, этот персонаж не мог быть обделен женским вниманием. Тогда почему он выбрал меня? Нет, здесь явно какой-то подвох. Но, с этим будем разбираться позже, сначала дочь. Когда она вообще успела посмотреть эту гадость? Я же запрещала смотреть ужастики!

— Я очень надеюсь, что это просто ассоциация на имя с незнакомым фильмом...

— Ой, мам, не волнуйся, не смотрела я эту древность. Тебе сейчас о другом волноваться нужно.

— О чём?

— А ты на часы посмотри. Нам выезжать через три часа, а у нас ещё вещи не собраны, дети из садика не за раны и я, между прочим, не накормлена. Есть чё поесть?

— Борщ... на плите.

Мария поправила вечно болтающуюся перед носом прядь чёрных, как смоль, волос и довольно пританцовывая упорхала на кухню.

Нет, это точно вселенский заговор! Чтобы моя дочь добровольно пошла есть борщ, не сопровождая поход бурчанием о пользе вредной пищи и невозможности поглощения её организмом жуткого красного варева, в котором героически умирали ни в чем неповинные овощи? Нет, здесь определённо что-то не так. Не долго думая, я прошлепала вслед за дочкой, в кои-то веки забыв про тапочки.