На встречу судьбе

Глава восьмая

Первым и, пожалуй, единственным желанием было въехать в милую соседскую физиономию чем-нибудь потяжелее. Так, чтобы умную, с виду, голову навеки покинули глупые мысли. Но, останавливал тот факт, что из тяжелого в моем распоряжении были только бутыль с компотом и два спасательных круга. Причем, круги все еще были накрепко привязаны к детям, да и потерю долгожданного компота мне не простят все те же дети. Да, дилемма…

Хотя, с другой стороны, может у нашего «дорогого», и с каждым разом все более дорожающего гостя, просто такое своеобразное чувство юмора? В таком случае:

— Это. Очень. Глупая. Шутка. Антон Вадимович. — Процедила я сквозь зубы, выделяя каждое слово и надеясь на наличие разума у этого женоподобного субъекта в мундире, ведь, в сущности, я дала ему шанс свести на нет вполне себе назревающий конфликт. Но! Судя по всему, мой порыв оказался не понят.

— Что вы, что вы, Лада Андреевна, о шутках не может быть и речи! Я серьезен, как никогда.

Плесов растянул губы в самодовольной улыбке и чуть склонил голову в подтверждение своих слов. При этом, воздух вокруг него задрожал и покрылся черными «мурашками», как будто вокруг соседа засуетился целый рой комаров и винных мошек. Или это мои галлюцинации прогрессируют? Сперва, зеленый туман, потом черная рябь… А может это вовсе и не рябь никакая, а грязная соседская аура? Тогда у меня не глюки появились, а третий глаз открылся, позволяющий видеть внутреннюю сущность человека, у Бийского зеленую, как молодая трава, у Плесова черную, как сажа? А у детей? А у детей я не разглядела ничего, кроме хитрой ухмылки на лице Марии, явно подготовившей речь.

— Вы уж извините, дядя Антон, — начала она таким голосочком, что впору было ведра подставлять, для сбора меда, — но Варвару мы за вас не отдадим. Маловата она еще для семейной жизни, да и вы ей разве что в дедушки годитесь. А вот на счет вашего внука мы еще подумаем. У вас же уже есть внуки?

Марийка подняла честные глазки на краснеющего от злости Плесова и невинно похлопала ресничками. Ну просто ангел воплоти!

— Вообще-то я хотел посвататься к вам, Мария, — скрипнул он зубами в унисон с рыком Фредерика, — а вашей сестре мы еще успеем присмотреть достойного жениха.

— А вы, значит достойный? — Марийка уперла руки в бока и зло сверкнула глазами, удерживая на лице вежливую улыбку.

— Более чем. Видите ли, мой возраст и мой социальный статус…

— Слыш, пенсионер на социалке, а спинку тебе вареньем не помазать?

— И пчел напустить. — Добавила я, мысленно напуская на него его же черные мурашки, пускай порезвятся и пообедают.

— Я себя не на помойке нашла, чтобы ко мне всякие там старики с женскими задницами клеились! Кстати, где жопу качаешь? В тренажерку ходишь, или на унитаз часто приседаешь?

Плесов пошел белыми пятнами от едва сдерживаемой злости и уже практически слился со своим парадным мундиром. Нет, Марийка, конечно, изрядно переходила порог дозволенного, но и этот индюк хорош – явился свататься к РЕБЕНКУ! Да его счастье, что мы до сих пор полицию не вызвали и протокол не составили об… Блин, даже думать проивно!

— Антон, тебе лучше уйти. — С нажимом прорычал Фредерик, сжимая увесистые кулаки и плотнее «укутываясь» зеленым туманом.

Значит, все-таки, не аура? Вероятно, я, таким образом, вижу человеческие эмоции? Интересные дела… С такими способностями мне в пору какой-нибудь магический салон открывать на соседней улице и гадать по ауре, ну, или что я там вижу. Осталось только разобраться в том, что же это и как оно работает.

Снова метнув, мягко говоря, недовольный взгляд на визитера, отметила в нем некоторые перемены. Лицо, еще секунду назад бледное и перекошенное от гнева, приняло крайне недоуменное выражение, с толикой неверия, возмущения и… восторга? А очень, как оказалось, милые черные мурашечки, уже не кружились вокруг него черным маревом, а в буквальном смысле нападали и, я надеюсь, очень больно кусали за все возможные и невозможные места.

— Что ж, сейчас я уйду, — процедил Плесов сквозь стиснутые зубы, — но очень надеюсь, что мы с вами, Лада Андреевна, еще вернемся к этому вопросу. Даже если через несколько лет.

— И сегодня, и завтра, и через несколько лет мой ответ будет один: шли бы вы, Антон Вадимович, туда, где солнце не светит, причем радостно и с подскоком.

И он пошел. Уж не знаю, от чего Плесов подпрыгивал, от радости ли, или от того, что его все еще без устали атаковали такие миленькие мурашечки, совершенно неожиданно принявшие нашу сторону в конфликте, но факт оставался фактом – Антон не шел, а весело скакал к скучающей на берегу лодке, а после так же весело подпрыгивал, налегая на весла.

— Мария, — услышав обращение мужа к дочери, я, наконец, оторвала взгляд от столь увлекательного зрелища, — в сущности, со старшими так разговаривать не следует, но сегодня, я тобой горжусь! На мой взгляд, ты поступила абсолютно верно.

— А что, кто-то сомневался? Я, между прочим, всегда права, и в словах, и в поступках. Скажи же, мам?

— Боюсь что не всегда, но в данном, конкретном случае, я солидарна с Фредериком, — подойдя к дочери, я обняла ее за хрупкие и не в меру тонкие плечики, и звучно чмокнула в щеку, — я тобой горжусь, дочь. Но чтобы больше я подобного хамства не слышала.