На вторых ролях, или Королева бисера

Глава 3

Матушка Риди проталкивалась сквозь толпу, как нож в мягкое масло. По пути она вежливо со всеми здоровалась и страдальчески вздыхала, когда её жалели по поводу потери багажа.

— Ах, не говорите, сьера Альба, — причитала она, — моё сердечко чуть не разорвалось от страха за своих девочек, так что про багаж я вспомнила в последнюю очередь.

Лерка вцепилась в мою руку, как утопающая, и зашептала мне в ухо:
— Верка, если это точно ты, скажи, что я не сошла с ума.
— Ты не сошла с ума, — кивнула я сестре, — но нам нужно серьёзно поговорить.
— Как мы тут оказались?
— Лер, давай всё обговорим в спокойной обстановке. Сейчас улыбайся, будь хорошей девочкой. Нам ещё тут жить.
— Не учи меня, — Лерка взбрыкнула и недовольно посмотрела на меня. — Без тебя понимаю, что нужно быть хитрее, чтобы из такого богатства не выгнали.
— Я объясню тебе всё вечером. Перед сном приходи в мою комнату, — сказала я сестре и выдохнула, когда она спокойно согласилась.

Я не обольщалась насчёт Леркиной покорности. Стоит ей понять, что она главная героиня этого романа — и про меня забудут, даже не вспомнят. Хотя я буду этому только рада. Лерка, ко всем своим недостаткам, была ещё и очень злопамятна.

Матушка Риди влилась в одну из толп кумушек и стала разговаривать с такими же матерями незамужних девушек, которые поглядывали на нас с Леркой непримиримыми взглядами.

Оно и понятно — сравниться красотой с сестрой было нелёгкой задачей. Тем более платье Лерка выбрала ярко-красное, которое подчёркивало её огненные волосы. Она выгодно выделялась среди пастельного царства и притягивала к себе взгляды всех мужчин в зале.

Пока матушка Риди узнавала последние новости, к нам подошла одна из группировок, собравшаяся возле решительной брюнетки в светло-лиловом платье. Черноволосая показалась мне знакомой — точно, это она недавно хлестала служанку по щекам. Неприятная особа.

— Кого мы видим! Еры, сёстры Риди выползли из своего клоповника, — сказала она, оглядывая нас с Леркой.

Сестра дёрнулась, но я удержала её за руку и покачала головой.

— Ну как вам чужие вещи? Не жмут? — вторая, блондиночка с нежным взглядом, который не вязался с ядовитым языком, примкнула к подружке. Остальные переглянулись, но поддерживать травлю не стали.

— Авейра, не вижу твоего любимого ридикюля, — брюнетка рассмеялась. — Я слышала, что ты даже спишь со своими дурацкими поделками. Как была неумехой в пансионе, так и осталась.
— Говорят, что они совсем без денег, — блондинка громким шёпотом поделилась со всей толпой, которая, затаив дыхание, слушала неприятные колкости.

Правда, я не поняла, про какой ридикюль говорит чернявая. И в книге этого не было.

— Если эти сучки не закроют рты, я прорежу им шевелюры, — прошептала мне на ухо Лерка.
— Дорогая сестра, тебе не кажется, что окна в зал зря открыли? — обратилась я к Лерке, чтобы она отвлеклась.
— Почему? — удивление Лерки оказалось как нельзя кстати.
— Налетели мелкие кровососы. А ты же знаешь, у меня аллергия на эту мелкую, пищащую толпу.

Блондинка покраснела, брюнетка раздула ноздри, и от неё в разные стороны полетели уже знакомые мне чёрные завихрения. Она — тёмный маг, и, судя по всему, ещё плохо сдерживающий свои силы.

— Кого ты назвала мелкой пищащей толпой, мерзавка?!
— Разве не понятно? — я удивлённо посмотрела на брюнетку. — Извини, не помню твоего имени. Я просто говорила с сестрой, что тут много мелких насекомых.
— Ты, Авейра, всегда была несдержанна на язык, за что тебе в пансионе «тёмную» устраивали. Ты возле нас рот не смеешь открыть! — блондинка высокомерно вздёрнула нос.
— О боги, ничего не меняется… Как были в пансионе бешеными, так и остались, — возмущённо сказала одна девушка из толпы. — Девочки, давайте не будем ругаться, сегодня только первый день. На нас смотрят Шерпевские, а Ланская мне хвасталась, что их пансион в этом году займёт первое место по выданным замуж невестам. У них хороший выпуск. Так не будем давать им повод усмехаться над нами ещё больше.

— Ты, Липка, от этих нищебродов недалеко ушла, — отрезала тёмная. — И мне плевать на этот рейтинг пансионов, — брюнетка злилась и не могла остановиться.

Постепенно все девушки, даже её закадычная подружка-блондинка, стали отходить от неё подальше.

Вот не помню я в книге таких сценок. Там о девушках вообще мало что писалось.

Я выдохнула. Лерка ещё крепче вцепилась в мою руку, испуганно глядя на тёмную магию.

— Даяна, — рядом послышался знакомый голос, и я увидела, как маркиз Рисус аккуратно берёт за руку брюнетку и поглаживает её по пальчикам. При этом он посмотрел на меня так злобно, будто я виновата, что его родственница — а это теперь точно ясно по внешнему сходству — не может сдерживать свои силы.

— Грегоран, со мной всё хорошо, — попыталась успокоить родственника девушка. — Ты же знаешь, что магия мне даётся легко.

— Что у вас случилось? — Рисус осмотрел напряжённую толпу.
— Мы просто разговаривали, — сказала Даяна и с призывом посмотрела на подругу-блондинку.
Но та не стала скрывать:
— Опять эта Риди свой рот открыла, господин Рисус.

Маркиз ожёг меня взглядом, и я поняла, что у хозяйки моего тела с этим мужчиной уже были раньше проблемы. Могла бы и сразу догадаться — с чего бы ему воспринимать меня так остро с первой встречи?

Взгляд Рисуса медленно перетёк на Лерку, и его зрачки увеличились. Ноздри вздрогнули — он принюхивался. Ему явно понравилось то, что он видел.

Лерка тут же горделиво выпрямилась и даже отпустила мою многострадальную руку. Уж взгляды, в которых мелькает восхищение, она считывала на раз.

За это время сила Даяны уже втянулась в хозяйку, и Рисус отпустил руку родственницы. Заиграла приятная музыка, и на середину зала стали выходить парочки.

Рисус сделал шаг к нам и, как заворожённый, подал руку Лерке:
— Позвольте пригласить вас на танец, ера Риди. Слава о вашей красоте разлетелась очень быстро, и я вижу, что она не врёт. Я маркиз Рисус — или для вас Грегоран.
— Грегоран! — возмущённо шипела за его спиной Даяна, но всё было напрасно.