На живца

Глава 7

После переправы через ледяную реку, которая едва не стоила им жизней, оба были на грани. Яну и Алексея колотило от холода уже не на шутку. Пилот в очередной раз краем глаза взглянул на девушку, и ужаснулся, насколько синими стали ее губы, а подбородок то и дело судорожно подрагивал, невольно заставляя зубы стучать. Сам он боялся даже открыть рот, и тем самым впустить с воздухом внутрь еще больший холод. Они шли в темноте, почти не разбирая дороги, двигаясь на каком-то автомате, понимая, что если кто-то из них остановится, от усталости рядом сразу рухнет и второй. И тогда они просто замерзнут в лесу, на радость местным хищникам, которым вряд ли снова смогут противостоять.

— Надо... согреться, — с трудом выдавила Яна дрожащим голосом, и простужено закашлялась. — Иначе... мы не доживем до утра. Идти дальше в таком состоянии — верная смерть.

Горский кивнул, понимая, что она права. Он давно уже внимательно смотрел по сторонам, пытаясь найти укрытие, но, как назло, ничего, где можно было бы укрыться, на пути не попадалось.

Внезапно Яна, на секунду замерев на месте, дернула пилота за руку, и резко ускорила шаг.

- Куда? – спросил он, едва двигая онемевшими губами.

- Там… какой-то домик… Смотри!

Не сразу поняв, о каком «домике» девушка говорит, Алексей, проследив за ее жестом, наконец, заметил в отдалении избушку.

- Будь здесь и следи за периметром, - шепотом скомандовал пилот, мгновенно сконцентрировавшись. – Вначале надо убедиться, что там никого нет.

- Она заброшена, ты что, не видишь? – возмутилась Яна, непослушно дернувшись вперед, но была остановлена грубым рывком за локоть.

- Стоять, я кому сказал!

Практически впечатав девушку спиной в дерево, так, что она ойкнула, майор строго посмотрел на нее. – Никогда. Не стоит. Забывать. Об осторожности!... Возможно, там ловушка, мне нужно всё проверить!

Яна открыла было рот, чтоб возразить, но под тяжелым взглядом Горского, смолчала. Вот то-то же.

- Прикроешь, если что.

Отступив на шаг и убедившись, что она больше не рвется вслед за ним, Алексей аккуратно двинулся к дому. Отчасти он и сам понимал, что жилище, судя по заброшенному виду, уже много лет, как не используется, но перестраховка еще никому не мешала.

Низкое, покосившееся строение было сложено из темных, почти черных бревен, покрытых мхом и лишайником. Крыша, когда-то, вероятно, крытая дранкой или соломой, теперь проседала, местами проваливаясь внутрь. Треснутые стекла от времени затянулись пылью, а дверь, едва державшаяся на петлях, была перекошена. Вокруг избы царила атмосфера заброшенности: трава и кусты уже начали подбираться к самым стенам, возле дома валялись обломки старой утвари – ржавая лопата и несколько досок, которые, судя по всему, некогда являлись частью забора.

Алексей, обойдя дом со всех сторон, попробовал заглянуть в окна, но из-за грязи с внутренней стороны ничего не увидел. Подобрав с земли несколько мелких камушков, он бросил их в стекло, и тут же резко пригнулся, прислушиваясь. Но внутри царила тишина. Ни шорохов, ничего, что могло бы указывать на наличие в избе какой-либо жизни.

Поняв, что засады тут ждать не приходится, Горский подошел к двери и попробовал толкнуть ее, но замок, хоть и старый, все еще держался. Пришлось приложить усилие, и с громким скрежетом петли поддались. Замок, лязгнув, сломался, и дверь распахнулась, издав противный скрип.

Тем не менее, заходить пилот не торопился. Остановившись на пороге, он поморщился от ударившего в нос запаха сырости, и осмотрелся. Внутри царил полумрак. Пол был покрыт слоем пыли и грязи. На стенах виднелись следы плесени, а в углах паутины свисали с потолка, словно занавески. Мебели почти не осталось – только старый разваливающийся стол, да пара сломанных стульев. В углу единственной комнаты валялась груда тряпья, которая, вероятно, когда-то служила постелью. Никаких свежих следов, остатков еды или инструментов. Только тишина и запустение, словно дом ждал их, чтобы стать временным укрытием.

Высунувшись на улицу, пилот тихонько свистнул, давая понять Яне, что опасности нет. Девушка, оглядевшись по сторонам, кивнула, и бегом припустила к хижине.

***

- Пожалуйста, скажи, что здесь есть печь!

Обхватив себя за плечи, и не переставая при этом дрожать, Яна с надеждой посмотрела на пилота.

- Камин есть, но разжигать мы его не будем.

- С ума сошел? Это же наш шанс согреться, и обсохнуть!

- Либо шанс сдохнуть, - огрызнулся Горский, пытаясь ледяными пальцами расстегнуть куртку. За последние несколько часов он успел окоченеть не меньше Яны, но позволить себе наплевать на все элементарные меры предосторожности просто не мог.

– Но послушай…

- Нет, это ты послушай! – повысив голос, Алексей подхватил с пола старое одеяло, и, встряхнув, протянул девушке. Поднявшееся вокруг облако пыли его нисколько не смутило. – Нам нельзя разжигать огонь. Мы не знаем, кто нас преследует и какие у них средства слежения. Лучше лишний раз не светиться. Но просохнуть, ты права, нам необходимо. Раздевайся. Полностью.

Яна, поняв, что спорить бесполезно, молча начала стягивать с себя промокшую одежду. Ее руки дрожали, и она с трудом справлялась с молниями и пуговицами. Горский, стараясь не смотреть в ее сторону, сам разделся догола, и завернувшись в покрывало, стал развешивать вещи. Стесняться сейчас было нелепо – ни сил, ни времени на условности не оставалось. Оба дрожали от пронизывающего холода, и единственное чего они жаждали, это хоть немного согреться. Девушка, избавившись от промокшего белья, поспешно закуталась в поданное одеяло. Грубая ткань, пропахшая пылью и затхлостью, казалась сейчас единственным спасением. Яна прижала его к телу, стараясь сохранить остатки тепла, но холод все равно пробирал до костей.