Начало долгого пути

Пролог

День догорал, словно свеча на ветру, оставляя после себя лишь жалкие отблески на горизонте. Солнце, багровое и огромное, почти полностью скрылось за зубчатой черной кромкой леса. Длинные, и чертовски зловещие тени тянулись от застывших великанов-деревьев, ложились на причудливо искривленные кусты и кочки, переплетаясь и сплетаясь в единый, тревожный узор. Лесная дорога, извилистая и узкая, чутко огибала странный, будто выросший из самой земли холм, вросший посреди вековой чащи.

По этой дороге медленно, словно обреченное шествие, двигался тяжело гружённый караван. Телеги, каждая со своим неповторимым скрипом, стонали под непомерным грузом. Колеса, обмотанные потемневшей от времени кожей, призванной заглушить каждый шорох, оставляли глубокие, влажные следы в мягкой, податливой земле. Кучера, суровые мужики с обветренными лицами, то и дело понукали уставших, с трудом переставляющих ноги лошадей.

Дневные звуки, еще недавно наполнявшие лес жизнью, стихали, словно по команде. Их стремительно сменяли ночные – жуткое, мерное уханье сов, резкий хруст неожиданно сломавшейся где-то вдали ветки, и глухие, неразборчивые рыки, доносившиеся из самых темных глубин леса. Здесь, под покровом сгущающихся сумерек, легко мог найти свою смерть и случайный путник, забредший не туда, и даже опытный, закаленный в боях воин. В густой тени, казалось, оживали сами деревья, их кора, покрытая мхом и лишайником, словно морщинистая кожа древних чудовищ, перешептывалась, предупреждая о надвигающейся беде. Мерцали фосфоресцирующие грибы, придавая чаще потусторонний, призрачный вид, словно предвестники чего-то недоброго.

Где-то на грани слышимости, вдали, завыли волки – долгие, протяжные, наполненные первобытным голодом. Их голоса сливались с тревожным скрежетом и пронзительным писком каких-то мелких лесных тварей, создавая симфонию страха. Ночь, темная и безжалостная, вступала в свои права, и только караван, сам того не ведая, нарушал её мрачную, давящую гармонию. Факелы, закрепленные на высоких шестах телег, отбрасывали дрожащие, пляшущие тени, которые казались живыми, извивающимися руками. Вокруг медленно шли вооруженные охранники – закаленные в боях гильдейцы и матерые наемники из NPS, каждый из которых был нанят за весьма внушительную, звонкую монету.

Караван вёз нечто уникальное – редчайший камень, предназначенный для строительства замка, достойного по праву называться королевским. Этот камень был не просто драгоценностью, он был зачарован: его сила усиливала магические способности обороняющейся стороны.

До заветной цели оставалось всего десять километров – ничтожная дистанция в сравнении с пройденным путем. Но на самой вершине холма, как оказалось, караван уже ждала засада – первая, часть моего отряда. Вторая группа, тем временем, готовила диверсию у самых стен замка, призванную отвлечь внимание гарнизона в самый ответственный момент. Задача была поставлена предельно просто: уничтожить караван, включая весь его драгоценный груз, и не оставить ни единого свидетеля.

С момента официального выхода «Легендариума» прошло всего полтора года, а эта игра уже успела стать настоящим феноменом, взорвавшим игровой мир. Это был не просто очередной фэнтезийный мир с шаблонными эльфами и орками. Это была живая, дышащая вселенная, обладающая собственной, тщательно проработанной историей, сложной политикой и динамичной экономикой.

Здесь, в этом мире, можно было стать кем угодно – от благородного героя, спасающего принцесс, до безжалостного злодея, сеющего хаос; от предприимчивого торговца, сколачивающего состояние, до бесшумного убийцы, чье имя внушало страх. Рейтинг 18+ соблюдался здесь строго, без компромиссов. Боль в игре ощущалась лишь на десять процентов от реальной, но этого хватало с лихвой. Каждый удар чувствовался всем телом. Непроницаемые проклятия истощали силы, делая персонажа уязвимым. В сражениях проливалась кровь – без излишней, нарочитой жестокости, но достаточно часто, чтобы ощутить реализм происходящего.

Экономика игры вращала колоссальные суммы – как виртуальные, так и вполне реальные деньги. Покупались земли, рудники, редчайшие артефакты, нанимались целые армии бойцов. Контроль над стратегическими ресурсами становился поводом для самых настоящих, кровопролитных войн.

На этом, на самом деле, мы и зарабатывали, превратив игровую реальность в источник нашего благосостояния.

Ещё до того, как мы совершили своё первое погружение в этот цифровой мир, мы с моими верными друзьями решили выбрать узкую, но весьма прибыльную специализацию – стать наёмниками, мастерами диверсий и разрушений. Эта ниша на игровом рынке почти пустовала: большинство игроков стремились вступить в могучие кланы, где им обещали защиту и славу. А нам, после службы в армии, вполне хватило чужих приказов и подчинения. Нас учили убивать без лишних вопросов – и мы просто перенесли этот отточенный боевой опыт в «Легендариум».

Клановые войны обходились игрокам слишком дорого: бесконечные расходы на зелья, редкие свитки, дорогостоящий ремонт экипировки – счёт неизбежно шёл на миллионы. Гораздо проще и выгоднее было нанять таких, как мы. Мы никогда не брались за заказы, направленные против игроков одиночек или безоружных мирных поселений. Но клановые разборки, политические интриги и устранение конкурентов – вот это было наше истинное поле деятельности.

Платили нам, как правило, честно. Иногда, правда, пытались обмануть. За прошедший год нас пытались «кинуть» – то есть, не заплатить за выполненную работу – пять раз. Однако после пары наших показательных, карательных операций, больше никто не осмеливался рисковать. Деньги – это кровь этого мира, этой виртуальной реальности. И мы умели её проливать.

Когда первая телега, груженная доверху, показалась из-за вершины холма, вступила в дело наша скальд – Фиона Орущая. Она грациозно коснулась струн своей лютни, вырезанной, по слухам, из костей неведомой, древней твари, и запела старую, как мир, песню, но теперь искусно переделанную под суровые, беспощадные реалии «Легендариума»: