Начало и конец.

Глава 2 - Рождённый во мраке.

Глава 2 – Рождённый во мраке.

Натаниэлю опять снился сон, впервые за последнюю неделю. Он всё так же смотрел глазами человека, сидящего за столом в длинной комнате без окон. Свет шёл только от огромной свечи на столе, которая, впрочем, из-за своих размеров хорошо освещала комнату. Теперь Натаниэль смог разглядеть тяжёлую дверь без щелей почти напротив стола, большую двуспальную кровать справа от стола, за ней красивый столик с зеркалом и набором гигиенических приспособлений. У противоположной стены, рядом с дверью, стоял сундук, покрытый, судя по всему, золотом и драгоценными каменьями, а рядом с сундуком открытый шкаф с какой-то одеждой. Слева от стола, далеко от него, стояла раковина и еще одно зеркало, а в темноте за раковиной была перегородка, что-то скрывающая.

Дверь внезапно открылась без стука и правая рука человека, ранее лежащая на столе, метнулась куда-то вниз и вправо. Натаниэль мог видеть только то, что видел незнакомец за столом, поэтому скорее догадался, что тот потянулся за оружием. В дверь вошёл мужчина и тут же прикрыл её, при этом пламя свечи дёрнулось от струи свежего воздуха, осветив лицо посетителя – впрочем, лицо вполне обычное, ничем не примечательное. Лишь мельком Натаниэль взглянул на него, потом взгляд человека за столом упал и он устало произнёс:

- Ну хоть кто-то зашёл. Я скоро свихнусь в этом чёртовом каземате. Рассказывай.

- Ваше величество, никогда не поздно выйти и развеяться. Мои люди обеспечат вашу сохранность, – отвечал человек у двери с лёгким упрёком в голосе.

- Нет. Не стоит лишний раз испытывать терпение высших сил. Хотя бьюсь об заклад, скоро никакие высшие силы не смогут меня напугать и …

Натаниэль еще не успел отойти от осознания того факта, что он, видимо, смотрит глазами короля, как его вниманием завладел еще более важный факт – глаза короля были направлены на стол, а на столе лежала подробная карта Алкены, на которой было отмечено несколько мест. И одна из отметок указывала на дом, на чердаке которого жил Натаниэль. И тут на границе сознания вора зародился громкий шум, вырывавший его из власти видения.

Джек, позёвывая, завтракал в таверне, наблюдая, как команда Эстер утаскивает со склада закупленные ими бочонки с ромом и вином. Один секретный бочонок он вручил лично Эстер – пиво со специями должно было согреть её от сырости и холода посреди суровых северных течений, и та, смешно переваливаясь уточкой, дотащила его сама до своей каюты, уже предвкушая, как нальёт себе кружечку в честь отплытия. Уже скоро должен был прийти Фердинанд, чтобы проводить корабль, но его всё не было. Внезапно снаружи выхода из таверны послышался какой-то шум, и на лестнице к нему образовалось столпотворение. Потом послышалась негромкая, но при этом внятная команда, и движение грузчиков вновь восстановилось. Как только матросы вышли из таверны, внутрь по одному стали заходить стражники. Сопровождал их один из королевских гвардейцев в оранжевой ливрее. Он и начал разговор.

- Джек Роквальд, владелец таверны? – обратился он к Джеку, вид которого выражал просто смертельную скуку.

- Чем могу помочь господам стражникам? – потирая кружку чистым полотенцем, спросил Джек. Он никак не выделил гвардейца, и тот сузил глаза от гнева – сравнить его с простой городской стражей было равно сильному оскорблению, и каждый житель королевства Лиры знал это, а уж Джек и подавно. Тогда как стражником мог стать почти любой, не имеющий за плечами серьезных проблем с законом, в гвардейцев короля, в народе именуемых «Листами», отбирали людей очень тщательно – претендент не только должен был иметь безупречную репутацию, но также уже на вступлении владеть какими-то исключительными навыками: не только военной подготовкой, но и остротой ума, хладнокровием и тонким пониманием того, что такое вообще жизнь. В гвардию не брали юнцов, жаждущих подвигов и славы, не брали матёрых наёмников, превыше всего ценящих золото, не брали даже идеалистов, слепо жаждущих служить своему народу и королю. Однако порой случалось, что человек без военных навыков становился гвардейцем, если его находили достойным – королю нужны были одарённые люди, а прославленных воинов вокруг него и так хватало. Некоторые известные в народе члены гвардии были весьма слабы телесно, однако каждого из них обучили владению оружием и стилю боя, подходящего индивидуально для них – так что никто из них не был слабым звеном. В народе ходило много историй о доблести и мудрости королевских «Листов» - их уважали, иногда любили, и всегда побаивались. Поэтому сравнивать гвардейца с обычным стражником было всё равно, что играть с сытым тигром – в один момент ему надоест терпеть. Однако гвардеец не дал волю эмоциям, помня о важности своего задания.

- Вы видели этого человека? – и гвардеец достал листок с довольно качественно нарисованным портретом Натаниэля. Джек, не двинув на лице ни одним мускулом, всё так же скучающе взглянул на него.

- Конечно видел. Бывал он тут у меня в таверне, захаживал частенько. А что, натворил что-то парниша?

- У меня есть информация, что вы лично с ним общались, и с его друзьями тоже. Вы его знаете.

Тишина повисла в таверне, посетители, оказавшиеся здесь в этот час, уже жалели, что решили зайти. Джек, воздев очи к потолку, будто бы усиленно думал.

- Да нет, не знаю я его. Сидел с ним за столом пару раз, болтали о том о сём – так ведь это часть моей работы, располагать к себе человека, я же трактирщик всё-таки, господин стражник.

Глаза гвардейца буквально вспыхнули, руки сжались в кулаки, а костяшки побелели. Другие стражники несколько опасливо отодвинулись от гвардейца. Джек явно хотел вывести его из себя. Какими-то титаническими усилиями тот всё-таки успокоился.

- Мне сообщали, что вы с ним больше, чем пару раз за столом сидели. Куда больше, чем пару раз.

- Разве? Да нет вроде, не знаю, кто вам это говорил, но я этого человека видел, но толком с ним не знаком. Можете остаться в таверне и подождать его, вдруг снова зайдёт.