Начало и Конец той самой "Жизни"

5. Что же я наделал…

Алан был рад тому, что я согласился, и предложил выбрать, в чем мне пойти на вечеринку. Я не отказался, и спустя мучительный час перемеривания всего моего гардероба и постоянных заходов и выходов в туалет мы определились. Алан выбрал чёрную рубашку с белыми узорами в виде листьев, которую я надел, не застегивая, поверх белой футболки, чёрные сильно облегающие джинсы и массивные чёрные кроссовки. Алан, как я понял, перед походом ко мне уже выбрал, в чем пойдёт. Он был одет в сетчатую футболку-дуохром, которая переливалась из фиолетового в синий и немного в зелёный, светлые штаны и легкие кеды. Мне нравилось то, как он был одет. 
Вечеринка проходила в каком-то большом коттедже, перед выездом мы довольно долго ждали Тришу и ее подругу Алису. Мой приятель уже был знаком с подругой Триши, и мне стало интересно, откуда они знакомы, но я решил в «день веселья» не забивать этим голову и просто отдыхать. После того, как мы все собрались, с Алисой мы быстро сдружились. Всю дорогу до коттеджа мы с ребятами довольно бурно дискутировали и были в очень хорошем настроении. 
По приезду нас ждало довольно большое двухэтажное здание с открытой крышей. Все показали свои проходки, и мы с Аланом понеслись первым делом к алкоголю. Выпив пару стаканов с неизвестной жидкостью, мы пошли развлекаться. Там было довольно весело: мы играли в бирпонг (игра, в которой главная цель — попасть сопернику в стаканчик с пивом, и он его должен выпить; выигрывает тот, у кого остаётся хотя бы один стакан, в то время как у другого игрока должны кончиться стаканчики с пивом), некоторые сидели на диванах и просто общались на разные темы, а главные романтики сидели у костра во дворе в обнимку и тоже общались. 
С Аланом мы старались всегда держаться рядом и не отходить от друг друга, с Тришей и Алисой мы иногда пересекались в разных комнатах. Когда в моем желудке уже было намешано столько разного алкоголя, что я почувствовал, что меня кружит и мне довольно плохо. У меня начал болеть живот, но мне не хотелось «очиститься» — это была другая боль, которую я игнорировал. Через некоторое время я все же понял, почему мой желудок болел, а все потому, что я заливал в себя пойло на голодный желудок, а вот моему приятелю было уже плохо и не на шутку. Я решил обратиться к нему:
— Алан, все нормально? Ты весь бледный.
— Не очень, меня очень сильно тошнит.
Я взял его за руку, чтобы не потерять по пути, и отправился искать свободный туалет. Как только мы его нашли, Алан начал делать своё дело, а я, присев на ванную, ждал, пока он закончит. 
Продолжалось это недолго, от силы минут семь-десять. Закончив, он нашёл зубную пасту на раковине, пальцем протер зубы и сполоснул рот несколько раз. Хоть Алан и прочистился, я видел, что ему все же ещё немного плохо. Он обратился ко мне с просьбой:
— Давай пока останемся тут, мне нужно немного отойти.
— Да, конечно, мне тоже нужно немного отдохнуть, — ответил я.
— Феликс, ты не против, если я закрою дверь, чтобы, если что, нам никто не мешал? — спросил Алан.
— Да,конечно, как хочешь.
Алан закрыл дверь, и мы сидели и просто разговаривали. В один момент он спросил:
— А как ты относишься к ЛГБТ? Принимаешь, не принимаешь?
— Я сам гей, — выпалив это, я не до конца понимал, как это произошло и как я проговорился. Скорее всего, это ещё играющий алкоголь моей голове.
После этой фразы Алан резко встал и направился ко мне, я почему-то на секунду подумал, что сейчас меня как обычно изобьют и убегут, как это было в школе, поэтому я боялся не того, что мне будет больно, а того, что у меня больше не будет друга. Но все оказалось совсем по-другому. Он подошёл вплотную ко мне, и мы начали целоваться. Такого я, конечно, не ожидал. На секунду остановившись, он сказал, что так и думал, что я им с Тришей соврал о девушке, когда мы играли в "Правда или действие". Ничего не сказав в ответ, я решил продолжить наш поцелуй. Я почувствовал, как его холодные руки начали двигаться по моему телу под одеждой, чтобы снять ее, я начал делать то же самое. Когда мы были уже полностью без одежды, я почувствовал, как он начал входить в меня. Мне было довольно приятно и немного больновато, но ощущение эйфории взяло верх надо мной, и я забыл о боли. Спустя минут тридцать-сорок мы оба «закончили». Нашли нашу одежду и принялись одеваться. После того, как мы оделись, перед выходом я ему наказал, чтобы никто об этом не узнал. Он улыбнулся и кивнул. После всего произошедшего я решил еще немного выпить, и после пары пропущенных стаканчиков я понял, что я уже был в очень плохом состоянии, и в один момент я почувствовал, как мне что-то попало в голову, и я отключился…