Начало всех начал

Часть шестнадцатая

Мы приехали в какой-то загородный клуб. Феликс сообщил, что здесь есть несколько залов ресторана, а фитнес-центр с бассейном, сауной и массажем находится в отдельном крыле здания. Мы выбрали тихий затемнённый, но уютный зал. На столах горели светильники, имитирующие свечи. Казалось, что мы одни в этом пространстве. Играла скрипка.

— Девочки, теперь слушайте меня внимательно! — сказал Феликс, разливая в бокалы вино. — Удалось предварительно договориться о нашем участии в дефиле по Европе. Ксюше предстоит ещё поработать в моей студии, ибо пакет фотографий недостаточен, — я говорил, что времени мало. Только две модели подходят под твой, малолетка, образ. Зато ты можешь стать рекламным лицом любой фирмы, в чём я уверен. О контракте с Женей разговор впереди. Н. хочет немного изменить модель твоего платья с учётом неожиданного успеха показанного тобой образа. За дело уже взялись. Н. готов раскрутить популярную сегодня русскую тему. Ну, а я аккредитован своим журналом на весь срок. Вам остаётся только ждать, а мне не только работать в студии, но и заниматься вашими визами. Загранпаспорт, надеюсь, у тебя, Женя, есть?

— Мне скучно, — шепнула мне на ухо Ксюша, — я в дамскую комнату на минутку. А он в тебя влюблён. Всё доложу твоему мужу.

«Она не сомневается, что он у меня есть, — подумала я равнодушно. — Что говорить Филу о загранпаспорте?»

— Иди, найди и доложи! — сказала я Ксении и ответила уже Феликсу:

— Феликс, оставь меня в покое. Меня затянуло в какой-то авантюрный вихрь, я не могу поверить в происходящее! Меня ждут серьёзные дела, которые важнее девчачьих капризов и остальных милых глупостей.

— Ничего не понимаю, какие могут быть дела?

Ах да, он думает, что я из Лондона…

— Ничего не надо понимать. Это мои проблемы.

— Никакие проблемы не исключают и моего подарка — круиза по Европе. От Ксюши я узнал, что Сергей не в Москве. До его возвращения ты отдохнёшь, наберёшься сил и сможешь решить любые проблемы. Кстати, для него это послужит хорошим уроком. Не стоит оставлять жену в одиночестве! Женя, это не страшно, всего три-четыре недели… Ты единственная, кто не пришёл в дикий восторг. Бери пример с нашей рыженькой бестии. А где она, кстати?

Ксюша танцевала с каким-то восточным господином. К нам подсел Эрудит.

— Ксения сказала, что для меня нашлась работа.

А она уже вела за наш столик явно араба:

— Позвольте представить принца Али Сашида, совершающего путешествие через Россию в Западную Европу. Учился два года в институте Мориса Тореза, дольше не позволила династия. Перешли на английский. В разговор включились все, кроме меня.

Принц заказал ещё вина, и тут заиграли мою любимую мелодию. Феликс протянул мне руку, приглашая потанцевать. Вино вскружило мне голову, и я полностью отдалась танцу и музыке. Платье шелестело, как ветерок в кронах деревьев. «Плачь, скрипка моя, плачь. Видишь ты, как на сердце тоскливо. О моей любви ей не говори...»

Когда мы вернулись к столику, Али Сашид потрясённо произнёс по-русски, коверкая слова:

— Я наблюдал чуд, я знаком стихи Блок, вы живой образ его стих, моя любимий стих: «Веют древний поверье её упруги шелка... и в кольце тонкая рук…». И он поцеловал мою руку — колец на ней не было.

— Непорядока… маленькай презент, мадам… — он снял с пальца перстень с тёмным красным камнем и надел мне на палец. Ксюша захлопала.

— Виват, виват! Ваш русский просто песня. Удивила вас новая Россия?!

— Приятно удивила, — ответил он уже по-английски. Эрудит перевёл, исключительно для меня.

— Смею я пригласить вас в следующем году в морское путешествие на моей яхте? Оно вас тоже удивит.

Я находилась в полном замешательстве. Момент отказа от подарка был упущен и я, «чьёрт побьери», не владела иностранным языком в той степени, чтобы не было стыдно. И всё же я сняла кольцо и положила на стол напротив принца.

— Ви хотеть мине обид? Это от душа. Я питал экстаз, смотреть вас. Я буд память Россия чирес вас!

Под столом Ксюша наступила мне на ногу. Араб от волнения стал говорить явно на своём родном языке. Эрудит усмехнулся и перевёл, что таких безделушек у него много, и подарки делают его ближе к Аллаху. Теперь перстень был насильно водворён на своё последнее место. «Его мизинец соответствует моему среднему пальцу», — уже безропотно констатировала я.

Пространство явно исказилось с момента утреннего звонка Ксении. Ореол благополучия и безмятежности незаметно окружал и меня. Это был никогда не ведомый мне параллельный мир, в котором живут люди, много людей... Я со своим интернатом на Алтае и со своей квартирой в пятиэтажке была совсем далеко от него.

А Ксения уже терзала Фила. Эрудит упражнялся в арабском. Прервал его Феликс:

— Надеюсь, ты не продаёшь наши национальные секреты?

— Али потрясён переменами. Я сказал, что он совсем не узнает Москву через пять лет, — пояснил тот. — Это клуб нефтяного магната, имя которого многие знают. Я слышал о строительстве в зелёной зоне Москвы серии таких элитных клубов. И это ни для кого не секрет. В этом клубе бывают и депутаты.

— Наши русские борзые, депутаты и магнаты, в одном флаконе — это давно уже не секрет, — с усмешкой сказал Феликс, снова наполнил бокалы и произнёс тост: