Начало всех начал

Часть девятнадцатая

Алтай. Аэропорт. Моё черноволосое, большеглазое счастье бежит мне навстречу и бросается на шею с восторженным криком:

— Мама! Мамочка прилетела!

Зеленоглазое моё чудо, мой сыночек Серёженька, просто Ёжик, по-иному его здесь и не называли.

Я совсем не ожидала, что Пётр Иванович приедет меня встречать на нашем микроавтобусе со всей своей семьёй, которая накинулась на меня с поцелуями и обнимашками.

— Завидую их искренней любви к вам, — заметил Марк Викторович, подойдя к нашей весёлой компании. — Сегодня вы можете быть свободны, а завтра на двенадцать часов назначена пресс-конференция. Ваше присутствие обязательно.

— Марк Викторович, когда вы успели? — удивилась я.

— Мои ребята из предвыборного штаба здесь уже неделю. Всё подготовлено. Народу будет много. Твой друг, редактор газеты, выступил по радио, написал статью с рекомендацией моей кандидатуры от твоего имени, объяснил твой отказ. Подписные листы собираются, но работы ещё много. Сегодня меня представят местным партийным органам, а завтра после конференции я поеду к вам в интернат открывать компьютерный класс.

— Ваши ребята не теряли времени даром.

— Нас ждут две машины, может быть, и вы с нами?

— Нет, спасибо, я с друзьями в интернат.

Честно признаюсь, меня уже мало волновала вся эта суета. Главное, чтобы слова Марка Викторовича не разошлись с делами, что сплошь и рядом случается с депутатами: слова для народа, дела — для себя.

В доме Петра Ивановича меня ждала вся наша гоп-компания во главе с ещё не долеченным Геной. На меня обрушилась масса новостей, после чего начались допросы с пристрастием. Просидели до позднего вечера. Я убедила почти всех в правильности выбора кандидатом в депутаты именно Марка Викторовича, привела кучу аргументов в его пользу.

Перед сном я прошлась по спальным корпусам. Все радовались долгожданному подарку: целому компьютерному классу. Теперь моё детище будет связано со всем миром через интернет. Первая ласточка прогресса в глубинке.

Наконец, мы с сыночком остались одни.

— Мамочка, ты победила Москву? — неожиданно для меня спросил он.

Я уже забыла, что, оставляя Ёжика первый раз на такой длительный срок, назвала понятную для мальчика цель — уезжаю победить. А он помнил!

— Победила, сынок. Только никто об этом не знает, кроме меня.

 Мы шептались с ним почти всю ночь — столько всяких впечатлений накопилось у малыша за это время. Он подрос и окреп, лопотал стихи на английском, похвастался, что плавает уже быстрее друга Вовы. Я гладила его отросшие кудряшки и не могла наслушаться. По физическому и умственному развитию он не уступал второклассникам. Жизнь на природе явно пошла моему чаду на пользу.

Каково ему будет в загазованной Москве? Будем надеяться, что детство не окончательно убито в моих будущих воспитанниках, и мы заживём вместе с ними без драк и конфликтов среди уже подмосковной природы.

Заработанное с таким трудом уважение открыло   дверь туда, где могли исполниться мои честолюбивые мечты, но я закрываю её ради того, чтобы остаться рядом со своим сыночком.

 Дети и мои коллеги по работе получили все заказы.  Клаве, моей сердечной подруге и второй маме Ёжика, я подарила перстень. О расплате с неизвестным спонсором, который помог закончить ремонт в новой квартире, я подумаю потом. Кольцо — Клавочке!  Если бы не она, я не сделала бы для интерната и четверти задуманного. Ксюшу поразила цена этой драгоценной вещицы, а меня поражает доброта женщины, которой нет цены.

Моему искромётному другу Гене была обещана нирвана в закрытом клубе нефтяного магната по приезде в гости. Мои ныне пустые карманы, надеюсь, наполнятся к тому времени ровно на такую космическую сумму. Смешно. Получила я и окончательный расчёт — ещё смешнее.

От гомерического хохота умрут все, кто услышит, что я без гроша в кармане могла стать депутатом. Просто положение вещей в данном месте и в данный период было именно таковым. Эти вещи на свои места ставила я сама со своими единомышленниками все эти трудные годы.

Гена сообщил, что собирается взять кредит и выкупить настоящее, но пришедшее в полный упадок издательство. Ему ещё долго идти к своей мечте: «Свободное слово свободному народу». Просвещать и вещать, пока его слову верят. Вера, доверие — великая ценность. Они почти утрачены к правительству, к депутатам, к соседу, другу… Что может быть страшнее?

Ещё Гена схватил за рога «золотого тельца»: его рекламная газета «По рукам», в пику московской «Из рук в руки», неожиданно стала основным источником дохода. Не отвалятся ли его ангельские крылья на дороге благих намерений? Аппетит приходит во время еды.

Мы улетели в Москву утром в среду. Раньше просто не получилось: надо было посмотреть выставку поделок и рисунков, сделанных за лето, и оценить приготовленный к нашему приезду концерт в честь самого старшего выпускника школы-интерната Кира Ниловича, которого полюбили ещё на спортивном празднике, когда он прыгал в мешках в семейной эстафете.

Мы хохотали над приколами старшеклассников во время концерта и окончательно были повержены в прах, когда на сцене при полном параде в костюме Гамлета с пером на шляпе появился мой Ёжик. Было невероятно трогательно, когда он начал играть отрывок из Шекспира: «To be or not to be…». Мне даже на миг показалось, что мелькнуло лицо Лорда. Тень отца Гамлета, подумала я, хотя мистикой никогда не грешила.