Начертательная магия, или Пари на наследство

Глава 5. Битва с умертвием и другие занятия

После плотного завтрака мое настроение улучшилось и даже нежить не казалась такой уж страшной. Тем более, что Макс Истрован сказал, что ее на занятиях не будет.

Но то ли он не знал, то ли специально обманул, а может, преподаватель решил привнести “изюминку”, но нежить была.

Жених практически под ручку сопроводил меня куда-то на нижние уровни и буквально втолкнул в дверь аудитории. Я еще удивилась, чего она такая толстая, чуть ли ни бронированная, а потом увидела Это! Оно лежало на столе, плохо пахло и было похоже на огромного серого слизня, частично вывернутого наизнанку.

Вот теперь я поняла, почему в столовой не узнала никого из адептов, а ведь надеялась, что, увидев знакомых, вспомню еще что-нибудь.

Они оказались все здесь и с непередаваемой смесью брезгливости, отвращения и страха взирали на стол.

Преподаватель, высокий худой мужчина с резкими чертами лица, посмотрел на меня:

– Вы опоздали, адептка Арсон, так что идите ближе, помогать мне сегодня будете именно вы.

Поймала на себе несколько облегченных взглядов, похоже, пока меня не было, профессор как раз выбирал себе жертву.

Ладно, Яна, ты же некромант, так что вперед. Это просто неудачно сваренное желе. И вдруг как обухом по голове – ни фига я не некромант! ОУН – это общеобразовательный курс, как и все остальные, что нам преподают. А я на факультете Начертательной магии. И это факультет для тех, у кого не хватает сил на что-то другое. Мы теоретики и низшая каста в Академии.

А Энди, гад, он точно знал, что ждет меня сегодня, но накормил, сволочь, на убой. Желе, Янка, это просто неудачно застывшая овсянка с комочками!

На нечто на столе старалась не смотреть. И не дышать. Понимая, что если вдохну чуть глубже, то завтрак захочет наружу, а преподаватель мне этого не простит.

– Да, профессор Греймер, я к вашим услугам, – сделала два шага вперед, продолжая про себя читать мантру, что если перемолоть гигантскую улитку со сгоревшим киселем, то как раз получится то, что сейчас лежит на столе.

Профессор не иначе, как проникся моей готовностью ассистировать, потому что достал из кармана затычки для носа и протянул мне.

– Возьмите, адептка. Адепт Истрован предупредил, что вам пока нельзя использовать магию, но в следующий раз будьте любезны, используйте руны.

Все, я их обожаю! И профессора, и куратора. Одного за то, что дал затычки и ужасный смердящий запах ушел, (если бы он еще куда-то тело дел, ему вообще бы цены не было), а второго за то, что позаботился и предупредил. Милаха-парень, правда же? Только на наследство моей бабули претендует, сволочь, а так хороший!

– Итак, адепты, руны защиты от поднятой нежити выглядят так…

Дальше профессор некромантии нарисовал в воздухе несколько знаков, очень впечатляюще у него это получилось, я даже о трупе слизня забыла. Легким пассом он отправил знаки светиться на доске, и продолжил:

– Расстояние между соседними знаками должно быть таким, чтобы любой маг мог наполнить их с минимальными затратами энергии. Руны могут быть нанесены на любой носитель, даже на воздух, но чаще всего некроманты наносят их на землю или пол вокруг себя. Сейчас адептка Арсон нанесет руны вокруг своей персоны, а мы пока рассмотрим плетение, которое вернет нежить в исходное состояние.

Эй, а я? Мне тоже интересно! Но спорить с профессором не решилась и принялась чертить вокруг себя руны. Решила, что 12 штук, как в циферблате, будет вполне достаточно. С черчением и рисованием у меня проблем никогда не было, рука Джоанны тоже была достаточно тверда, и руны эти мы уже проходили. Чертить магические знаки на каменном полу черным мелом оказалось неожиданно приятно. Я воображала, что я, как Хома Брут из гоголевского “Вия”, готовлюсь читать молитвы у тела умершей панночки и мне очень нужно, чтоб никакой Вий, даже с поднятыми веками, меня не нашел.

– Адепт Горски, помогите адептке Арсон наполнить руны силой, – услышала я голос профессора.

Ко мне нервной дерганой походкой подошел щуплый парень и принялся что-то шептать, прикасаясь к каждой руне. Я знала, что он вливает в них силу, но убей, не понимала, как. А-а-а, чем больше я на все это смотрю, тем больше хочу так же!

– Достаточно, адепт Горски. Итак, на чем основано действие цепочки защитных рун? Часть из них отводят внимание нежити, и она не сразу понимает, где находиться жертва. Внимание на объект, адепты.

Тут профессор сделал какой-то жест, будто что-то с пальцев стряхнул, и куча на столе зашевелилась.

Мать моя женщина, это реально слизень! Огромный мерзкий слизень с большим зубастым ртом. Тварь поднялась и теперь крутила головой.

– Итак, пока тварь не видит свою жертву, но поскольку на опоздавшей адептке Арсон нет защитного амулета, то вечно это продолжаться не может, – спокойно вещал профессор. – В итоге он учует ее запах.

Слизень и правда еще немного покрутил головой и развернул свою омерзительную пасть и нескольких десятков глаз в мою сторону. А потом подумал и пополз ко мне.

Божечка, забери меня отсюда, я уже не хочу быть магичкой!

– Вторая группа рун создает защитное поле, не позволяющее нежити сразу напасть на свою жертву, – продолжал рассказывать преподаватель.

Слизень подполз к кругу из символов и, как панночка, принялся долбиться в невидимую преграду. Профессор мне резко разонравился, методы у него совершенно негуманные! Почему ему никто не скажет, что натравливать нежить на адептов непедагогично?

– Третья группа символов атакует нежить, временно выводя ее из строя, и дает некроманту возможность предпринять действия по уничтожению объекта или побега… – спокойным размеренным тоном продолжал профессор.

И только было я расслабилась, ожидая, что сейчас какая-нибудь молния поразит слизня в самое темечко, как он закончил:

– Но поскольку на атакующее заклинание у адепта Горски сил не хватило бы при всем желании, то в данном случае эти руны не сработают и нежить благополучно преодолеет защиту первой степени.