Надэя. Незаконнорожденная

Глава 7

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Новые реалии

Прошло чуть больше часа, как мы выехали из Вимаро, а мое тело уже задеревенело и начало болеть. Дарк всячески пытался помочь мне, но я только отмахивалась от него. Места здесь малолюдные и неспокойные.

Солнце уже давно скатилось за горизонт, а на небе зажглись первые звезды. Тальян принял решение остановиться на ночь на опушке леса. Он громко сетовал на отсутствие трактира или, на худой конец, крестьянского дома, а когда Дарк не позволил ему развести костер, его сетования стали еще громче. Видимо, Тальян привык к удобству и уюту, а тут такой облом.

После небольшой словесной перепалки мой нянь решил его добить:

— Что ж, разведи костер, — сухо произнес он, распрягая своего коня. — И сюда сбегутся бродяги и разбойники со всей округи. Они — отчаянный народ. Стоит им тебя увидеть, они с удовольствием тут же перережут тебе глотку, чтобы снять сапоги. Ты торопишься на тот свет?

Последующая от него фраза заставила меня улыбнуться и еле сдержать вырывающийся наружу смех. Ну детский сад, ей богу!

— Но как же мы поужинаем без костра? — капризно спросил работорговец, нервно оглядываясь по сторонам.

Дарк, видя мою реакцию, усмехнулся. Он тоже не понимал, как Тальяну удалось столько лет таскаться по миру со своим живым товаром.

Отцепив от коня седельную сумку, Дарк вытащил из нее завернутые в холстину хлеб, сыр и яблоко. Развернул на земле плащ и приглашающе по нему похлопал ладонью. Я не стала тянуть и медлить, уселась первая, на восточный манер, скрестив ноги.

Вилониец довольно улыбнулся. Отрезав ломоть хлеба и кусок сыра, он без лишних слов вручил их мне. Ела с удовольствием, ведь выехали мы из замка даже не поужинав. Тальян тоже не стал отказываться от протянутого ему хлеба, хотя я заметила его скованность. Видимо, ему еще не приходилось быть в подобной ситуации, когда раб заботится о его ночлеге. Точнее, не раб, а его охранник.

Расстелив на земле свой плащ, Дарк велел мне ложиться. Перечить не стала, да и зачем? Доставшееся мне тело было слишком юным и неприспособленным к тяготам походной жизни. Оно, в отличие от разума, устало и требовало отдыха.

Я с блаженством легла на импровизированное ложе. Дарк укрыл меня моим же плащом и лег рядом. К утру я поняла, что он и Тальян караулили по очереди, дабы в случае чего не подпустить к себе ненужных гостей.

Как только рассвело, мы, позавтракав, двинулись дальше. Я не вслушивалась в разговоры мужчин, хотя надо было. Все мое внимание было уделено окружающей нас природе, которая словно сожалела о том, что мне приходится покидать родные места. Нет-нет, да ветерок пригладит мои распутавшиеся волосы, нет-нет, да солнышко выглянет из-за туч, чтобы отогреть озябшие от утренней прохлады руки.

Наконец мы добрались до прибрежной деревушки, где Тальян встретился со своими сообщниками и их товаром. У меня чуть ли не на лоб полезли глаза, когда я увидела высоких, широкоплечих и физически сильных мужчин. Десять молодых мужчин, позволивших нацепить на себя рабские метки. Все они прикованы друг к другу цепью, звенья которой продевались в железные петли ошейников.

Среди них я заметила и трех женщин, вид которых не вызвал во мне жалости. Что-то отталкивало меня от них, хотя они тоже были в аналогичных поводках. Только вот связаны они были немного гуманнее, чем представители противоположного пола – цепь, сковывающая их, крепилась к поясам.

Разношерстной толпой мы все сгрудились в небольшое судно, перевозившее шерсть и морепродукты. Из разговоров Тальяна с сообщниками, купившими часть палубы для перевозки своего живого груза, я поняла, что направляемся мы к берегам Юраккеша.

— А где находится Юраккеш? И кто там живет? — спросила я у Дарка, когда мы расположились прямо на полу у правого борта судна. Здесь, в отличие от других мест, был хоть небольшой, но тенек, тянувшийся от основания деревянного ящика с мой рост.

— Люди, Надэя. В своё время я сражался с ними, будучи ещё вольным отпрыском своей матери. Они такие же люди, как и мы. Живут, умирают.

Дарк произнёс это тихо, глядя на водную гладь. Видимо, воспоминания ещё бередят его душу, поэтому он ненадолго ушёл в себя.

— А их язык? Такой же, как и на Саркоте? — мне не терпелось узнать подробностей.

Дарк отрицательно покачал головой. Плохо, очень плохо. Не зная языка, мне придётся очень туго. Не думаю, что смогу быстро его освоить.

— У них свой собственный язык, но я его понимаю, и ты быстро научишься.

— Значит, мы останемся в Юраккеше, Дарк? Но Тальян со своими сообщниками говорил о Хашемире и Антее…

— Мы останемся в Юраккеше, но тише, Надэя. Об этом никто не должен узнать.

— Мы отправимся к семье матери Надэи, да?

— Я думал об этом, моя маленькая госпожа. Путешествие будет слишком длинным и опасным. Увы, но у меня нет денег даже на половину пути. Придётся задержаться в Юраккеше, пока ты не вырастешь и не окрепнешь телом. Возможно, нам удастся это через несколько лет, но не сейчас.

Я понятливо закивала головой. Если бы Дарк того хотел, то избавился от Тальяна ещё не успев покинуть территорию графства де Сантар. Но для меня нахождение в этом государстве было бы опасно. Он, впрочем, как и я, не сомневался, что леди Антая убила бы меня при первом удобном случае.