Надежда для князя: переписать судьбу

Глава 20

Ольга поворачивается к нему:

- А вы никогда не думали, чего стоит красота? Ухаживать, мыть, сушить, расчёсывать! А эти замысловатые платья? А прачки, прислуга - знаете, сколько они трудятся над нарядами своих хозяек?

- Ольга, это ни в коей мере не значит, что мы должны отказаться от красивого! - не сдаюсь я. - Можно ведь пойти по другому пути! Развивать технологии! Взять хоть тот же уход за волосами! Можно ведь и не заваривать эти травы. Не разводить в тазиках мыло. Просто продумать рецепт и произвести на фабрике красивый флакончик с моющим средством, содержащим всё необходимое для здоровья волос!

- Правильно! - кивает Верочка.

- А ещё провести водопровод и канализацию во все дома! - продолжаю я. - Тогда и уход за длинными волосами перестанет быть проблемой. И стирка. Стирать вообще не люди должны, а машины! И убирать тоже. Вот это и будет, кстати, одним из прекраснейших вариантов решения женского вопроса!

- Согласен! - оживлённо кивает Дима. - На мой взгляд, Надежда сейчас предложила просто замечательное решение! Освободить женщин, и прежде всего страдающую прислугу! С помощью машин и усовершенствования быта. Есть ещё и другие аспекты, конечно. Но тем не менее...

- С вами очень интересно, правда! - улыбаюсь я. - Но уже поздно! Моя мама будет ужасно волноваться!

- Мы вас проводим! - говорит Сева.

Я обращаю к нему благодарный взгляд.

- А что Благовольский, кстати? - спрашивает вдруг Валуев. - Когда он вернётся?

- Обещал, что скоро! - произносит Ольга.

Верочка смеривает её откровенно недоумённым взглядом.

- Может, он ещё и сказал, куда и зачем отправился? - ехидно замечает она.

- Нет! - с нажимом произносит Ольга. - Нам лучше и не знать! Ты же понимаешь, что он вовлечён в очень серьёзные дела!

- Как вам Благовольский, Надежда? - спрашивает вдруг почти всё время молчавшая Валуева.

- Не знаю даже, с одной стороны, он, конечно, очень привлекательный во многих отношениях...

Ух ты, как они скривились! Явно опасаются появления конкурентки.

- С другой... - продолжаю я. - Вот мы только что говорили про женский вопрос. Я для себя однозначно решила - никаких отношений с мужчинами, пока не встану на ноги! Независимость в финансах, наличие дела, которое всегда прокормит - ключ к свободе!

- Я говорил, кстати, что вспомоществование женскому образованию совершенно необходимо! - произносит Валуев.

- Надежда, вам обязательно нужно сделать доклад по женскому вопросу! - произносит Дима. - Вам однозначно есть, что сказать!

- Я... подумаю! - киваю я. - И мне точно пора!

Дима и Сева выходят меня провожать. Весь долгий путь до нашего дома мы обсуждаем женский вопрос.

- Опять ты поздно, Наденька! - укоризненно качает головой мама.

Я же рассказываю ей про графиню Закревскую и перспективу давать уроки её дочерям.

- Слава Богу! - радостно восклицает она.

Я думаю опять взяться за свою повесть про приключения на Венере. Но вместо неё начинаю писать вдруг рассказ. Про Петербург будущего и про уверенную в себе красивую женщину, которая успешно сочетает любимую работу и счастливую семью. Где изображаю кажущуюся пока фантастической в этом мире бытовую технику. Ту самую, которой почти ежедневно пользовалась в своём.

Радикальненько, пожалуй, получается по здешним меркам, - соображаю я. - Но ведь логично! Зачем нужна прислуга, когда не надо таскать воду, дрова и выносить помои? Когда в доме имеются стиральная и посудомоечная машина, а на кухне - комбайны и мультиварки? И, главное - никаких революций не надо!

К обеду следующего дня я дописываю свой рассказ. Меня правда здорово зацепила эта тема!

Но теперь пора готовиться к важной встрече. Надо произвести впечатление на Закревскую! Потому что мне очень нужна эта работа. Даже несмотря на риск пересечься с человеком, которого мне желательно никогда не видеть.

Я надеваю одно из лучших платьев. Делаю скромную аккуратную причёску. Выхожу. Мама предлагает взять извозчика, но я отказываюсь. Привыкла уже пешком. Мне нравится даже. А ещё тут выхлопных газов от машин нет! Хотя парочку довольно милых ретроавтомобилей я уже успела увидеть.

Натали Закревская - действительно очень приятная женщина. В этом году ей должно исполниться тридцать. У неё трое детей. Старший сын, уже гимназист, и две девочки. Одной почти пять, другой - почти шесть.

Мы договариваемся, что я буду приходить каждое утро на три-четыре часа. Учить девочек русской грамоте и письму, читать и обсуждать с ними книги.

- Пятьдесят рублей в месяц вас устроит? - спрашивает она.

- Да, вполне! - отвечаю я.

Даже не ожидала такой щедрости! Если всё сложится, через пару месяцев мы сможем переехать на более приличную квартиру. Правда, я уже знаю, что лучше подождать до конца весны. Тогда многие переселяются на дачи и в городе освобождается жильё.

Уже на следующий день прихожу в особняк Закревских. Знакомлюсь со своими ученицами. Старшая, Любочка - довольно бойкая, младшая - поспокойней.

Но, думаю, сработаемся! Я же психолог, в конце концов! Да и с детьми возиться всегда любила. Даже в родном мире. Пока мой брат в Питере жил - всё время с племяшкой нянчилась.

Затюканные, откровенно говоря, дети. Чопорная англичанка, похоже, держит их в ежовых рукавицах. Манеры и всё такое. Это хорошо, конечно. Но в меру.

Я вспоминаю детские игры. Специально изучала, когда одно лето подрабатывала вожатой в детском лагере. Жаль, что втроём далеко не во все поиграешь. Но мне всё равно удаётся расшевелить своих учениц. Надо, чтобы они с удовольствием ждали моих уроков.

Да и их я стараюсь поживее проводить. Выбираю самые интересные детские книжки для чтения. Мы даже маленькие сценки по ним ставим.

Девочки так смешно говорят! Постоянно вставляют английские слова. Хорошо хоть я изучала английский в родном мире. Наденька знает только французский и немецкий.

Кажется, ученицы меня полюбили! Любочка даже зовёт прийти на свой день рождения. Тащит меня за руку к маме и требует, чтобы она меня пригласила.