Надежда для Лисички

Родной город

Из воспоминаний, которые не хотят меня отпускать, вырвал звук открываемой дверцы машины. Это Кир.

- Ну что, куда поедем? - спрашиваю, а сама выруливаю с парковки и еду знакомой дорогой. Есть только одно место, где мы сможем спокойно поговорить. Кир молчит.

- Кирилл! Ау! Земля вызывает! Прием! - молодой человек наконец то отмер, смотрит удивленно, как будто не ожидал меня увидеть.

- Вась... Я не понимаю, что произошло с тобой. Не понимаю, что происходит с тобой. Почему ты вернулась так поздно? Что случилось в Париже? Почему Ника перестала отвечать на мои сообщения? - бесконечный поток вопорсов, которые мучили Кира всё это время, вырвались наружу. И я его понимаю. Он ждал меня для этого разговара два месяца, вместо обещанных пару дней.

- Кир, я тебе всё объясню, когда мы приедем на место - руки непроизвольно сжимаются на руле. Отвлекаюсь от разговора, объезжая затор. Вождение - моя страсть. За рулем я отдыхаю, я чувчсвую свою машину до малейшего болтика, знаю. какая она отзывчивая, знаю, что не подведет, поэтому смело давлю на газ. Кирилл испугавшись хватается за ручку и прожигает меня, полным недоумения, взглядом.

- Василиса, я сегодня толком ни чего не ел - смущенно начинает парень, и я понимаю к ему он клонит - может заедем в мак - предлогает, склонив голову на бок, как щенок, который просит поиграть. Эх, а я надеялась, что мы обойдемя без тошнотворных запахов.

- Конечно, заедем. Только я тебя в машине подожду. Я на правильном питании, не хочется искушать себя - улыбаюсь, мол понимаешь, какая штука. А сама благодарю мозг за вовремя придуанную отмазку.

Приходится разворачиваться, потому что нужное нам заведение находится в другой стороне. Всю дорогу Кир молчит, погруженный в свои мысли, а я ему не мешаю, наслаждаясь поездкой. Припорковавшись у мака, я осталась ждать в машине, а Кир пошел кушать. Надеюсь, он додумается не приходить с едой в машину.

Пока жду его, залезла в телефон, проверить рабочую почту. Ответив на все сообщения, решаю позвонить Нике, но телефон вздрагивает от вибраций входящего вызова.

Номер незнаком, но я почему то снимаю трубку.

- Алло - голос дрожит, ладошки вспотели. Липкий холодок прокрался по макушке. В ответ раздается мужской, до боли знакомый голос.

- Привет, Лисёнок. Я пока жив. Не могу долго говорить. За тобой будут приглядывать. Люблю тебя - голос у мужчины дрожал от переизбытка чувств. Он положил трубку, не дав даже слова сказать ей, которая сейчас сидела ни жива, ни мертва.

- И я люблю тебя - успела прошептать, но он уже сбросил. С усилием пытаюсь сглотнуть ком, который застрял в горле. Дышать становится тяжело. Я чувствую, как краска сходит с лица. Меня тошнит, кружится голова. А дышать всё труднее и труднее.

"Это паническая атака" - последняя мысль, перед тем, как я теряю сознание.