Наемный игрок

Глава 5

За полчаса до назначенного времени я сидел на скамеечке перед клиникой и в очередной раз все обдумывал. Я изучил все вдоль и поперек, все-таки дело касалось вживления инородных тел в мою черепушку. А она мне еще дорога как память. И именно вживлять. Из того, что я перечитал, процедура проходила следующим образом: в черепе высверливается отверстие необходимого размера и в него вставляется чип очень маленького размера с полуторами тысяч электродов, каждый из которых в четыре раза тоньше человеческого волоса. Занимается этим не человек, а заранее запрограммированная машина, на ее счету уже туева куча успешных операций. Тем более, что как и сказал Евгений Альбертович, я последний, а так все участники прошли это еще месяца три тому назад. Это именно тот вариант, когда я смогу и дальше заниматься тем, что умею, только без мышки.

Исходя из контракта, у меня будет свой рабочий день и несколько вариантов работы. Либо я работаю сменным игроком, либо наемным. Сменный игрок приходит как на работу: например с восьми утра до восьми вечера на персонаже работает один игрок, а с восьми вечера до восьми утра на этом же персонаже приходит работать другой игрок. При этом как и на обычной работе у них есть обед, перерывы и так далее. А есть наемные игроки. Эти товарищи подписывают дополнительные бумаги и переезжают жить в исследовательский центр. Их подключают к капельницам, следят за ними, как за больными в коме. Такие игроки даже спят в игре, да и вообще постоянно в ней находятся. Конечно, они тоже могут выйти. Но для них кнопка выхода работает слегка иначе. Это скорее кнопка вызова персонала, чем действительно выхода. Например, игрок нажимает на выход, а работникам исследовательского центра, закрепленным за данным игроком, приходит соответствующее оповещение. Они приходят, отключают его от аппаратов, убирают все результаты его жизнедеятельности, покидают помещение и нажимают кнопку разрешения выхода. Человек выходит из своего состояния, отмечается у дежурного и идет решать свои дела. Потом приходит, отмечается о приходе, заходит в игру и персоналу приходит оповещение. Они снова приходят, подключают все обратно и идут дальше делать свои дела.

В самой же игре человек чувствует себя как в реальности. И если раньше НПС или просто неписи могли отвечать только заранее прописанными в коде фразами, то по завершению исследований на них наложится некоторая матрица поведения тех людей, которые проходили испытания. Это сделает игру более интересной и захватывающей. Да и вероятность того, что любой игрок сможет погрузиться в игру в прямом смысле слова прям мурашки вызывала. Честно говоря, мне очень хотелось согласиться. Просто взять и согласиться. Но быть подопытной крысой...

- Молодой человек, а вы пунктуальны, - окликнул меня весьма знакомый голос.

- А вот вы припозднились Евгений Альбертович, - вставая со скамейки произнес я.

- А вы за словом в карман не лезете, как я погляжу,- хмыкнул мой собеседник, - что ж, пойдемте осматривать ваше вероятное будущее место работы, если вы не решили отказаться, конечно.

- Пойдемте осматривать, - махнул я рукой и лысый психолог повел меня в сторону возвышающегося новенького здания.

Вблизи строение оказалось еще интереснее. Казалось, что оно построено из стекла, хотя, наверное, это было не так. Зато внутренняя обстановка резко контрастировала с внешним видом - если первый этаж еще и придерживался стиля hi-tech или как его там, то все остальные этажи больше напоминали что-то среднее между санаторием и гостиницей. Были тут и теннисные корты, и бассейн, и столовая, и целая куча людей... А еще было целое крыло, отведенное для исследователей. Вот там были сплошь компьютеры и какая-то электроника. И люди в белых халатах. То крыло, в которое меня повел Евгений, видимо, предназначено для участников программы. Вообще, как мне кажется, у них весьма интересно получилось совместить исследовательский центр и полигон для испытаний, создав желающим поучаствовать максимально комфортные условия.

Целый день мы потратили на то, чтобы я мог ознакомиться со всем, пообщаться как с участниками, так и с работниками, которые на пальцах объясняли, что это и почему это безопасно. Но самым запоминающимся для меня стало пробное погружение. Доктор говорил, что краски будут тусклыми, а ощущения притупленными? Как бы не так! Я смог почувствовать мягкость травы, услышать пение птиц, солнце ярко светило в глаза и мне пришлось прищуриться, а пробегавший мимо кабанчик боднул меня, от чего я упал на спину. И я все чувствовал! Пусть не как в реальной жизни, а с некоторыми поправками, но я чувствовал! Мне показалось, что цвета немного посерели и чувства притупились, но не надолго. Вот мой затылок пощекотал легкий ветерок и перед моими глазами загорелась надпись: "Время тестового режима закончилось, выход будет осуществлен через 30...29...28..."

Выход оказался плавным, правда, мне очень сильно не хотелось выходить, в какой-то момент мне даже показалось, что обратный отсчет словно замедлился, но, наверное, мне просто показалось. Когда цветной мир угас, я открыл глаза и увидел перед собой стоящего ко мне спиной и смотрящего в окно Евгения Альбертовича. Легким кашлем обозначив, что я уже тут, я стал вставать с весьма удобного кресла, в которое меня посадили. Лысый психолог повернулся, помог мне отключить все и указал рукой на выход. Что ж, не дурак, намек ясен, демонстрация окончена и пришло время принимать решения.

Десять минут назад. Лаборатория

- Что, мать его, происходит?! - орал человек, стоящий возле экрана и отслеживающий показатели парня, которого подключили к портативной версии чипа.

- У нас зашкаливают показатели! Видимо, парень оказался слишком восприимчив, необходимо уменьшить уровень сигнала! - вторил ему второй.

- Запускайте нашего Пумбу, пусть собьет его, сменим сигнал при временной дезориентации, он ничего не заметит, - спокойно проговорил человек, до этого просто стоявший сбоку.

- Сейчас! Вы слышали начальника, выпускаем свинку. Так, так, так... - от усердия и полной сосредоточенности работник наморщил свой лоб, а пальцы так и перебирали несуществующие клавиши в воздухе.