Наглый. (не)верный. Истинный - 2

Глава 23. Брамион

Я обещал Мадлен, что между нами больше не будет секретов, но когда она спросила, как мы с Андреасом попадём к фейри… выбора не было. И времени не было. Если бы я сказал, что всё-таки собираюсь лететь, у неё началась бы паника, и страх передался бы мне. А когда она боится, я ни о чём не могу думать. Но предстоящие разборки с фейри слишком важны, и я не могу позволить себе отвлекаться.

— Я всё расскажу, обязательно, — шепчу себе под нос, спускаясь по лестнице. Как будто если сказать это вслух, то у моего намерения появится вес.

Я всё расскажу. Признаюсь, что снова летал, а дальше… надеюсь, она поймёт, что это было единственно верным решением.

Но несмотря на все попытки убедить себя, что поступаю правильно, мне хочется выть от ненависти к себе. Ведь я же обещал ей, обещал…

На первом этаже валяется груда камней, свидетельство ещё одной ошибки. Я так спешил заложить дыру в стене, что сделал всё неправильно, небрежно, и даже лёгкое прикосновение Мадлен заставило кладку осыпаться.

В проёме тихо. Вокруг темно, но даже так он выделяется, зияя чернотой. Я бы хотел пройти мимо и не смотреть туда, но это невозможно — пролом притягивает. Кажется, он зовёт спуститься, но это лишнее. И так прекрасно помню, что внутри. Широкий коридор, по обеим сторонам которого тянутся камеры с толстыми железными прутьями, а в них — груды белых костей.

Чтобы пройти дальше, приходится встряхнуться и сделать над собой усилие. И дать ещё одно обещание: как только вернусь, вычищу темницу до основания. Похороню всех, кто там лежит. Возможно, Доментиан был прав, и мёртвым это уже не нужно, но определённо нужно живым. Моей жене негоже жить над братской могилой.

Решив, что так и сделаю, я глубоко вздыхаю, переступаю через камни и выхожу наружу. Ночь звёздная и тёплая, но ветер налетает со всех сторон, заставляя слегка поёжиться.

Чёрные маги молодцы — уже ждут меня возле башни, пришли пораньше. Если мы отправимся в путь сейчас, то не просто не опоздаем, а прилетим чуть заранее.

Я окидываю их взглядом и понимаю, что они подготовились куда лучше меня — все вчетвером переоделись в чёрные тренировочные костюмы с эмблемами Академии…

Стоп, что? Их четверо?!

Проклятье, опять этот…

— Какого пекла? — шиплю я. — Я же сказал, что Лаис остаётся.

Хаулер выходит вперёд, закрывая собой Гиарду и складывая руки на груди.

— Так решило Братство. Все должны участвовать.

— У тебя с головой непорядок? Взгляни на него. — Я указываю пальцем на Гиарду, который упорно избегает смотреть мне в глаза. — Взгляни на него и скажи, ты бы обрадовался, если бы кто-то вроде Лаиса пришёл тебя спасать?

До сих пор я старательно избегал слов «толстяк» и «обуза», но, видят Боги, моё терпение на исходе. Ещё одна чушь о Братстве, и я не сдержусь.

— Не забывайся, Кадум, — подаёт голос Найт. — Мы будем следовать указаниям господина Доментиана, а не твоим.

— Вот как? Отлично. Тогда вперёд. Ищи сам господина Доментиана! А потом расскажи ему об идеалах Братства и необходимости тащить с собой Лаиса. Уверен, он вам похлопает и поставит зачёт.

Демон повыдёргивает придуркам перья, но хотя бы не я буду виноват.

С каждой секундой всё больше жалею, что связался с этими грифонами…

— Брам. — Ко мне подходит Витальго. Он смотрит пристально, кладёт руку мне на плечо. — У нас задача — помочь учителю спасти невесту. Если ты прав, и дело серьёзное, то пригодятся все. Лаис тоже чёрный маг, и он дракон…

— Хорош дракон, который за себя и слова сказать не может.

— … он чёрный маг, — настойчиво повторяет Андреас. — Учился тому же, чему и мы. Он сможет нас прикрыть.

Гиарда за спинами грифонов энергично кивает, а я не могу сдержать смешок.

— Боги, Витальго, ты сам-то в это веришь?

Он делает паузу, шумно вздыхает, и я понимаю, что нет.

— Если мы быстро расправимся с фанатиками, — говорит Андреас вместо прямого ответа, — Лаис точно никак не помешает.

Этот бессмысленный спор начинает меня раздражать. Время уходит, а мы всё ещё не в пути. Я сбрасываю руку Андреаса.

— Делайте, что хотите. Сами будете объясняться с Доментианом за этот цирк. Я отвечаю только за то, что привёл Витальго, а вы, — я обращаюсь к Хаулеру, Найту и Гиарде, — отвечаете за себя.

Они кивают и расступаются. Найт достаёт из-за пазухи какую-то связку и начинает раскладывать её на земле. Я хмурюсь и подхожу ближе, присматриваюсь, пытаясь понять, что за ерунду они придумали.

— Это верёвки? Зачем?

— Сеть, — отвечает Найт. — Лаису нельзя летать, и мы с Грифом ему поможем.

— Взаимовыручка и доблесть! — напоминает Гиарда, широко улыбаясь, а я не знаю, смеяться или плакать от этого абсурда.

Грифоны расстилают широкие плотные сети, Хаулер произносит заклинание, которое должно их укрепить. Я до конца не верю в происходящее, но когда Лаис сначала встаёт, а затем пытается сесть в центр этой переноски, будто бродячий пёс, мне вдруг становится противно и стыдно за него и весь драконий род.