Наглый. (не)верный. Истинный - 2

Глава 35. Мадлен

За дверью слышится стук каблуков — чёткий, деловитый, уверенный. Когда всё закончится, он будет сниться мне в кошмарах.

— Лума, прошу, заклинание тишины.

Бабочка делает несколько взмахов крыльями, и звук затихает. Я пытаюсь заставить себя поверить, что ко мне в башню не стучится Паола.

Днём я боялась и плакала слишком много. Под вечер сил не осталось. Я могу лишь устало тереть опухшие веки и смотреть в открытое настежь окно. Ночи стали холодными, и Брам бы сейчас ругался, что я обязательно простужусь… если бы он был здесь.

Звёзды кажутся острее, чем обычно. Они рассыпаны по небу, как мелкие камни на чёрном бархате. Я даже толком не знаю, зачем смотрю на них. Может, в надежде, что одна вот-вот придёт в движение и окажется вовсе не звездой, а мерцающим красно-зелёным драконом?

Но если Брам вернётся в виде дракона, я лично его убью. Нельзя же так… за что он так?

В дверь стучат так неистово, будто собираются её выбить. Я подпрыгиваю и недоумённо смотрю на Луму.

— Прости, — говорит она упавшим голосом. — Заклинание такое слабое оказалось… Я попробую ещё раз.

— Не нужно. Отдыхай. Ты сегодня и так хорошо постаралась.

Голосовые иллюзии и полёты туда-сюда по Академии, похоже, вымотали её сильнее, чем я могла предположить. Моя любовь к Браму даётся непросто даже моему фамильяру.

Лума садится на кольцо и принимает вид сапфира. Я откладываю её на столик, чтобы лишний раз не тревожить, а сама иду открывать. Распахиваю дверь в тот момент, когда Паола заносит кулак для очередного дикого удара.

— Тебе здесь не рады, — говорю ей совершенно спокойным тоном.

— Где Брам?

Она небрежно толкает меня плечом и проходит в гостиную. И если ещё вчера (и даже три часа назад) я бы этому возмутилась, то теперь мне всё равно. Кажется, все эмоции, что бурлили внутри, вытекли вместе со слезами. Брам должен порадоваться — если всё это время он чувствовал мой страх, то теперь ничего не будет ему мешать.

— Язык проглотила? — Паола опускается в кресло и закидывает ногу на ногу. Её остроносые туфли поблёскивают в тусклом свете. Серебристые каблуки, похожие на лезвия, подчёркивают изящество и без того стройных ног. — Понятно! Ты совсем спятила, вот и молчишь, как идиотка.

Я перевожу взгляд на её лицо. Должна признать, смотреть на туфли было приятнее.

— Мне нечего тебе сказать, вот и всё.

— О, конечно! Не можешь признать, что тебе плевать на Брама? Это было бы смело, но я уже поняла — ты просто трусиха.

Я не чувствую даже злости, только странное оцепенение.

— Мне? Плевать на собственного мужа?

Паола слегка бледнеет на этих словах. Но это не мешает ей вздёрнуть подбородок, прежде чем спросить:

— Тогда почему ты до сих пор его не вызвала? Браму грозит опасность!

— И по чьей же вине?

— Не перекладывай ответственность. Давай, Мадлен, призови его наконец.

Я непонимающе смотрю на неё и моргаю. Ещё раз. И ещё.

— Э-э… что ты имеешь в виду? — Я стараюсь говорить с Паолой мягко, как с ребёнком. Или, скорее, с человеком, у которого помутился рассудок. — Если ты про почтовый огонь, то у меня не хватает магических навыков…

— Пф-ф, хватит прикидываться! Ты же сама говорила, что вы истинные. — Она прищуривается. — Или всё-таки соврала?

Кажется, я начинаю понимать болезненный ход её логики.

— Мы истинные, но это не значит, что я могу призвать Брама по щелчку пальцев. Мы не обмениваемся мыслями.

Мне всегда казалось, что это к лучшему. Истинность у некоторых рас предполагает, что пары буквально слышат, что происходит в головах друг у друга. Никакого личного пространства. Но теперь, когда уже вторые сутки я понятия не имею, где Брам и что с ним… Я бы отдала полмира, чтобы услышать хотя бы одну его мысль.

— Но разве истинная связь не предполагает…

— Нет. Мы связаны, но не буквально.

Паола откидывается на спинку кресла, её лицо выражает смесь разочарования и недоверия.

— Тогда как ты собираешься его найти? У Брама проблемы, а ты просто сидишь здесь!

— А что я могу сделать? Я не умею летать, чтобы броситься на его поиски…

— Хоть что-нибудь! — Она поднимается на ноги. — Но забудь, ты права. Сиди тут и дальше с этим страдальческим выражением лица. Счастье Брама, что я приехала и придумаю, как ему помочь. — Паола подходит ближе, и её голос становится тише: — Знаешь, сначала я не верила, что ты действительно настолько никчёмна, как о тебе говорили. Пассивная, безыдейная…

— Уходи отсюда! — Не могу не признать за Паолой талант — ей всё-таки удалось меня снова вывести. Так сильно, что Брам непременно должен почувствовать. — Ещё раз появишься возле башни, и пожалеешь об этом.

— Боюсь-боюсь, — ухмыляется она. — Всё, на что ты способна, это утопить меня в потоке нытья.

Я не успеваю ответить — Паола разворачивается и уходит, оставляя после себя шлейф тяжёлых духов. И я не знаю, что злит меня больше: её грубость, граничащая с безумием, или то, что она права. На Брама вот-вот могут донести в империю, а я до сих пор ничего не сделала, чтобы предотвратить это. Нужно найти способ вернуть его в Академию.