Находка в другой стороне галактики, или Помнить свое же...

Глава VII. Часть Первая. Находка

Еще когда мы подступали обратно к столице, мне три раза приснился один сон из моего детства. Причем не просто какой-то там сон. Давно, когда мне было лет шесть, во сне мне привиделся солнечный пляж с желтым песком, море, и на пляже я и девочка чуть старше меня. Мы играем, вокруг много всяких игрушек, любимые сладости вкушаем, обычное дело. Только при этом мы с этой девочкой как будто не просто друзья, а что-то большее (для меня-ребенка это было не совсем ясное чувство). Причем мы при желании играем как дети, а при желании становимся взрослыми с сохранением того же чувства чистого светлого единства. Вроде бы описание не таит в себе чего-то такого уж особенного, но сон был таким ярким и жизненным, что я (парень шести лет с четкой жизненной позицией и умением отличить сон от яви) проснулся посреди ночи, вышел в гостиную в шортах, присел на диван и стал ждать. Ее. Не как ждут чего-то несбыточного, а как происходит ожидание городского автобуса на остановке. Нужно, может, немного подождать, но он точно здесь пройдет и это случится совсем скоро. Так я ждал какое-то время, пока отец, проходя тоже посреди ночи по своим делам через гостиную, не отправил меня спать. Таких снов со мной не случалось ни до, ни после. А тут, через почти тридцать лет, на другой планете вдруг повторился точь-в-точь этот же сон с тем же чувством реальности, только при этом теперь прическа, профиль этой девочки и даже запах с каждым повтором представали передо мной все более четко. Когда сон повторился уже в городе (в четвертый раз), то уже совершенно очевидно это была Ульти. Я неделю ходил, чесал репу (образно), как это понимать. Тут сон повторился в пятый раз. В этот раз мы не просто о чем-то там разговаривали, а конкретно случился диалог (когда проснулся, я записал его сразу же):

- Душа моя, ты думала, как мы построим наше следующее путешествие?

- Да-а! Мне хочется, чтобы в этот раз я пораньше отправилась, а ты чуть позже. А то до этого мы вместе прилетали, а последние несколько раз я все время была младше.

- Ну так потому что выходить-то пораньше надо. Я обещал, что буду в такое-то время.

- Ну там так красиво, особенно когда летишь в середине пути! Я там не могу не остановиться.

- Тогда давай в этот раз я полюбуюсь за тебя. Ты полетишь первой, я тебя подтолкну, если ты опять будешь завороженно разглядывать Божественные картины.

- Хорошо, ты обещал!

- Да. А вообще разве это влияет на что-нибудь?

- Да нет, но интересно посмотреть на тебя с высоты.

- Но без шуточек? А то вдруг ты воплотишься где-нибудь на островах Лайн. Сейчас на Земле давно уж не Гондвана, будет непросто тебя найти.

- Все равно! Надо будет найти.

- Надо.

- Ладно. Не-е, все как договорились, будет.

После такого сна я еще две недели репу чесал (образно), пока работал. Если решить, что диалог правдивый, что это действительно две души так разговаривали перед отправлением в очередное воплощение, то почему же мы вообще на разных планетах родились (хотя Ульти в самом деле старше меня на несколько лет). Наверное, решил я, диалог может быть правдивым, наверное, и правда мы вот так договорились, но я, видимо, не нашел ее еще все-таки. А вижу я лицо Ульти во сне, потому что она здесь и я влюблен в нее, и это уже игра сознания. Наверно, так. К тому же, если решиться и рассказать ей про все мои думы, то тогда получится, что в своей неуверенности я переложу ответственность за выбор и на ее плечи частично. Кроме того, даже если никакого выбора никто делать не будет, то уж во всяком случае она при моей помощи окажется в состоянии растревоженности. В общем, это будет лишнее для нее знание, решил я.

Но вот через 2 недели мы с Ульти пересеклись в университете, который завис, как полагается, над центральной площадью-парком столицы. Была открытая лекция как раз о творчестве того Гаринчанского писателя, который смешал реальность и искусство. Суть лекции, как я и предполагал, была в области моральных категорий. Как по мне, прав Довлатов — «если вранье не имеет целью конкретную выгоду, то это не ложь, а искусство». Может быть, это грубо, но отчасти это определение творчества вообще. Лекция была студенческая, нравы простые, я эту мысль и высказал, приподнявшись с жесткой скамьи почти под самым потолком в лекционном зале мест на 1000. Как только я присел после этого вброса, начался небольшой галдеж. А я в это время резко повернулся влево, мне показалось боковым зрением, что за окном на дереве распустился цветок — но нет, только показалось. Зато наткнулся на взгляд заместительницы директора издательства, которая сидела на ряду позади меня и при этом у самой левой стены зала. Мы смотрели друг на друга, даже через расстояние я обратил внимание, какие огромные, прекрасные, глубокие у нее глаза. Столько в них было обворожительной силы, что даже сосредоточиться и уловить цвет этих глаз мне не представилось возможным. В этот дивный миг связи я вспомнил про свой сон и, хотя зарекся, все же мысленно спросил: «как ты считаешь, стоит рассказать тебе?», а в ответ услышал ясное и громкое телепатическое: «Да!». На этом наше общение закончилось.

Ну так и что же вы думаете? Прошло еще 2 недели. Я наконец доделал все, что было оговорено заранее, и отнес работу в издательство. Там была Арминлавель, которая не удивила меня, сообщив, что не меньше 2 недель потребуется, чтобы полностью все проверить, получить одобрение от Самбура (который вернется из дальней поездки через декаду) и предоставить мне расчет[1].

За оставшееся время, мне подумалось, нужно разобраться с одним долгом и, раз уж был такой диалог, открыть карты и быть честным, то есть дать вводную и для второго участника соревнований. Позвонил по браслету Ульти, договорился о встрече с ней и через 2 дня мы увиделись у меня в моем временном жилище. Когда она зашла, я как раз дописывал картину (трудно не увлечься рисованием на этой планете, я всерьез). Рисовать я не умею, но чем мне нравится масло — вроде возишь кисточкой, как малоопытный маляр, а потом смотришь, немного отойдя от картины, а там деревья получились, и небо, и трава вроде на траву похожа. Ну или это только рисовальщику так кажется. Но в случае с картинами мне лично не принципиально, эта супер-картина у меня в голове или она объективно существует. Я свою концепцию объяснил Ульти, мы посмеялись, вышли на плоскую крышу (часть домика была одноэтажная, и из окна второго этажа другой части можно было попасть на крышу). Начинался закат, Солнце переходило плавно из ультрамарина в сиреневый и дальше в более насыщенный оттенок фиолетового. При этом по всей Данде свечение, идущее отовсюду и так поразившее меня в первое посещение этого города, сливалось со светом заката. Создавался вовсе уж мистичный и при этом возвышенный настрой. В этой романтической обстановке и после непринужденного начала я предложил Ульти потанцевать, зазвучала музыка (местная, но очень похоже на тихий аналог танго, у меня была коллекция записей), мы покружились, я продемонстрировал свой навык парения и это было изумительно для нас обоих. Находясь в танце и вдруг воспарив (я удержал спутницу за талию), мы почувствовали волну единения. Как будто (или и вправду) перенеслись в то место с льющимся со всех сторон Белым Светом, в котором происходил наш диалог во сне. Передо мной пронеслись несколько фрагментов (последовательно, но как-то одновременно при этом). Вот я отпускаю Ульти вперед, когда мы, невесомые, летим в пространстве того же белого света, но с ощутимо заданным вперед направлении — как в туннеле, но без крыши сверху. Ульти улетает, помахав мне (я почувствовал ее улыбку). Я немного тоже пролетаю вперед и останавливаюсь у открывшихся справа от меня, как в грандиозном иллюминаторе, переливов какой-то то ли галактики, то ли вообще целой Вселенной. Этот вид сначала затягивает просто красотой, а когда кажется, что уже почти насмотрелся, вдруг начинаю осознавать, что это не просто цвета, звезды, какие-то космические облака переливаются, а отчетливо угадываются 2 фигуры, мужская и женская (они по своему масштабу в половину величины отображаемого пространства, но выглядят аутентично, как Боги), которые соединились в танце, похожем на вальс не быстрого темпа. От такого открытия я опять очень удивлен и не в силах оторвать взгляда, настолько это чудесно. Проходит еще время и, продолжая любоваться танцем, понимаю, что танцует пара не только во всей Вселенной, получается, но еще и с самого начала этой Вселенной, то есть их танец происходит одновременно и во времени. Я тихо радуюсь, восторгаюсь про себя, счастлив за них. Наконец понимаю, что это не они, это мы и есть. Я и Ульти. Ульти и я. Мы. Ошеломленный величием замысла Всевышнего, возвращаюсь в реалии белосветного полутуннеля и тут понимаю, что время-то шло и я очень надолго здесь задержался. Начинаю разгоняться, лечу как можно быстрее, думаю, что понятно теперь, почему Ульти так задерживалась, как бы мне не сделать рекорд по опозданиям. Наконец я долетаю до знакомой развилки. Помню, что здесь всегда одно и то же. Дорога разветвляется на 2 под углом в 45 градусов. Они обе такие же белосветные. По центру между ними остается что-то вроде препятствия. Как будто тот же белый свет, только очень плотный. Хочется естественным образом свернуть. Когда уже сделал выбор, что поверну вправо, вдруг вспоминаю, что я же не тело, ничего не произойдет, если я пролечу через стену, и сворачивать никуда не нужно. Пролетаю через стену, а в следующий миг я уже снова вернулся сознанием в реальность. Причем там в этот момент мы только завершали круг в своем танце, паря над поверхностью крыши. Я посмотрел на Ульти и понял, что у нее было то же видение. Мы синхронно и неосознанно сказали тихо и нежно «Привет». Приземлились, уселись на крышу. Говорю: