Найди её, если сможешь

Глава 10

Глава 10

МАКСХЕН РАЙС (МАКСИМ АНАТОЛЬЕВИЧ)

"Я ненавидел ее несколько веков подряд, гораздо дольше, чем любил, но сильнее ли? Время ничего не значит. Воспоминания ранят так же сильно, как и тогда..."

Один из миров галактики "Красной пыли"

Королевство Азоров, Дриммхасс

Я шел по длинному коридору замка, направляясь в покои отца. Вокруг было темно и тихо, только гулкие шаги сапог рикошетили от каменных стен, отбивая единый ритм с позвякиванием меча. Рядом практически неслышно шел советник, шурша темным плащом. Он и передал мне просьбу отца увидеться. Стояла глубокая ночь, и я понимал, что, скорее всего, ему стало хуже, иначе меня не стали бы беспокоить в такое время, выдергивая из кровати.

Король уже несколько месяцев болел и не покидал покоев. Возле него практически постоянно оставалась мать, а управление королевством легло на мои плечи. Но мне это было не в новинку. Я знал все тонкости этого дела, меня этому учили с детства. Так как мой приход к власти оставался лишь вопросом времени, я уже сейчас старался показать отцу все, на что способен. Не нужно ему лишний раз волноваться что то, чего он добился для живущих здесь азоров, уйдет в пучину анархии с моим властвованием. Я с достоинством приму наследие и продолжу вести род белокрылых к процветанию.

Мы дошли до большой медной двери. Тихо постучав, я скользнул внутрь, оставив советника со стражей снаружи. Толстый темный ковер заглушил звук моих шагов. В комнате было темно. Тяжелые кроваво-красные шторы закрывали высокие окна, не пропуская ни одного луча алой звезды. Единственный источник света, кованый трезубый подсвечник, стоял у изголовья кровати и отбрасывал неровные блики на бледное лицо отца. Король любил вещи, с первого взгляда говорящие, что в них хранится история. Отец всегда чтил традиции. Даже то, что наше королевство было самым развитым в галактике, не влияло на вкусы и предпочтения отца. Новшеств он не любил, в отличие от меня, кому подсвечник пригодился бы разве что в драке. Мне нравилось то, что у нас гармонично сочетались электричество и свечи, документы в деловых папках и пергаментные свитки. Эти вещи никак не мешали друг другу, наоборот – дополняли.

Я встал на одно колено у ног отца, опустив голову в поклоне. Сначала показалось, что он спит, но вскоре кровать заскрипела, и я услышал:

— Здравствуй, сын, — прохрипел король. — Подойди ближе, — со вздохом он приподнял голову и тут же опустил на подушку.

Силы покидали отца с каждой минутой. Я подошел к нему и присел рядом. Он нащупал мою руку и посмотрел в глаза.

— Чувствую, что пришло мое время. Сегодня я улечу навсегда. Мой век был долгим, и я ни о чем не жалею. Напротив, я очень горд, что смог воспитать сына, который станет хорошим правителем нашего королевства. То, что ты будешь достойным королем — сомнений не вызывает, но есть одна просьба, — сделал он паузу, чтобы отдышаться, было видно, что каждое слово дается ему с огромным трудом. — Она заключается в одном: не повторяй моих ошибок. Женись, только если полюбишь, не мучай ни себя, ни бедную женщину. Ту, которая будет вынуждена наблюдать всю жизнь, как все твои мысли и сердце занимает другая. Если встретишь ту единственную, сразу проси ее руки, не трать время на раздумывания. В этом деле затягивать нельзя. Ведь кто-то может решиться быстрее, чем ты, и тогда… — не договорив, он снова закашлялся.

Этот приступ отнял у короля все силы. Он уснул. Но сон его был поверхностным, а дыхание прерывалось и становилось все тише. Все это время я держал его за руку и, хмурясь, размышлял о его словах. Эта просьба выбила почву у меня из-под ног. Я ожидал чего угодно, любых наставлений, но любовь? Вспоминая их брак с мамой, я понимал, что он был построен больше на взаимоуважении, чем на любви. Наверное, поэтому, чувствуя, что конец близок, отец не послал за ней.

Признаться, я вообще не думал о женитьбе. Да, я знал, что перед коронацией это необходимая процедура, но была ли у меня на примете кандидатура? Нет. Мысли всю жизнь были направлены на учебу и тренировки. Сделать тело сильнее и выносливее, а мозг пластичнее. Но любовь? Какая-то чушь. Действительно ли она имеет такую ценность, что отец посчитал нужным сказать именно о ней в свои последние минуты? А прошлые мои связи? Все те девушки, что приходили на ум, вызывали у меня бурю разных эмоций, но не любовь. Если среди них и была та, которую я полюбил, то, наверное, в это время я спал, ведь не заметил ничего особенного. Скорее всего, мне просто непонятно это чувство.

Стрелка часов отбивала четвертый час, когда дыхание отца еще больше замедлилось, а потом и вовсе прервалось. Немного подождав, я заставил себя встать с кровати и перевернул его, освобождая спину, из которой на глазах вырастали белые крылья, чтобы унести его в последнее путешествие. Я с болью в глазах наблюдал, как его тело превращается в пыль, оставляя мне лишь воспоминая и отзвук его последней просьбы.

Я быстро вышел из комнаты и кивнул стражникам, чтобы созвали совет, а потом унесся прочь из замка.

Сегодня будет прощание с королем. Там мне надо вести себя спокойно и уверенно. А сейчас я словно оголенный нерв, чистая боль. Мне надо прийти в себя. Немного очистить мысли.

Я брел от замка все дальше и все быстрее. Этого показалось мало и, расправив крылья, я взлетел в небо. Облака на востоке загорались розовым светом. Ныряя в белые шапки, я чувствовал свежесть на лице, а волосы в скором времени намокли. Я пролетал города и деревни, смотрел, как шумят верхушки деревьев Когтистого леса. И на душе становилось спокойно. Устав за несколько часов полета, я свалился где-то на зеленой равнине недалеко от неизвестного мне города. Сев в тени дерева на краю обрыва, я наблюдал, как утренняя белая звезда, поднимаясь все выше, раскрашивает водную гладь всеми оттенками радуги.