Найди моего мужа

14

14.

Я словно бы влетела в стену. И из этой стены торчали острые лезвия. Опасно присваивать чужих женихов, потом можно задохнуться от внезапной боли, что он всё же чужой… Но я не была бы собой, если бы тут же не начала продумывать возможные действия и последствия в этой крайне неприятной ситуации. Допустим, Брейр раскрывает своё инкогнито. Вариант первый: сказать, что и я - не я, а действительно тайный агент. Не была, тихо жила в столичном доме, находилась в трауре после разрушения дома, ничего не знаю. Вариант второй: выставить Брейра двоежёнцем. Дескать, жила с ним, ничего не понимала, думала, что господин Ривье. И развестись с ним под этим предлогом. Скандал будет… Вариант третий: прикопать сейчас их обоих, сказать, что так и было. Жалко, неосуществимый, свидетелей много, да и Брейра так просто не возьмёшь... Вариант четвёртый…

У меня привычка - искать как минимум пять вариантов, а если никакой из пяти не нравится, то семь или восемь, этого обычно хватает, но тут я не успела. Лизаветта, кусив своё яблоко, натолкнулась взглядом на меня, и её перекосило. То ли зубы увязли в карамели, то ли и в самом деле перекосило… Кажется, она что-то промычала, потому что следом обернулся и Брейр.

- Доброе утро, господин королевский поверенный, - вежливо поздоровалась я, подойдя на три шага ближе. Так вежливо, как никогда ранее. - Как освободитесь, уделите, пожалуйста, мне несколько минут. Это вопрос репутации моего мужа. - “И моей” осталось непроизнесённым, но отлично читалось между строк.

- Анна, - сказал Эрс, совершая непоправимую ошибку, если только он планирует остаться с Лизаветтой - слишком мягкий тон, так не разговаривают с безразличными тебе женщинами. - Я знаю, я всё решу, не переживайте.

- Благодарю! - кротко отозвалась я. На Лизаветту моей вежливости не хватило, я просто развернулась и ушла. Надеюсь, яблоко оказалось достаточно крепким, и она нескоро обретёт возможность разговаривать.

Умом я понимала, что девушка ни в чём не виновата, но симпатизировать ей у меня отчаянно не получалось, и я разрешила себе испытывать неприязнь. Говорят, зачастую неприязнь заглушает наше чувство вины, когда мы поступаем с человеком плохо, но в этом случае пусть это будет просто зависть…

Стремясь уйти как можно быстрее, затеряться из виду, я свернула в ряды с продуктовыми лавками, потом в оружие, потом вообще в какой-то хлам, и уже почти покинула рынок через самый непрезентабельный уголок, но сосредоточившись на том, что у меня под ногами, влетела в кого-то. Подняла глаза, чтобы извиниться, но слова буквально застряли в горле. Тот самый рыжий матрос, что докапывался на пристани, сначала обложил меня отборными ругательствами, потом рассмотрел и схватил за плечи:

- Опять ты!

- Руки убрал! - рявкнула я, и, видимо, от неожиданности он действительно руки убрал.

- Знакомая? - спросил спутник рыжего - очень, очень высокий, широкоплечий детина. На щеке у него была родинка, исключительно правильной ромбовидной формы, и я сама себе не веря, раньше, чем успела подумать, выдохнула:

- Мелкий?

Был в приюте у нас такой мелкий, надоедливый пацан… со своими понятиями о добре и зле, чести и бесчестье. Но дело с ним можно было иметь.

Тот оттеснил рыжего и склонился ко мне. И тут же разулыбался:

- Заучка, ты что ли?

- Воруешь у своих? - сощурилась я и поторопилась расставить точки над “и”. - Ривье Логистикс моя.

Мелкий - нормальное имя никак не хотело приходить на память - присвистнул, а затем, бросив беглый взгляд куда-то за мной, обошёл меня, негромко бросив:

- Найду тебя позже, Заучка. Поговорим. А то вон твоя охрана уже беспокоится.

Я обернулась как будто бы ему вслед, скользнула взглядом там, где по моим впечатлениям Мелкий кого-то высмотрел, но что не удивительно, ничего необычного не заметила - народ толпился, торговался, глазел и сплетничал. Кого он там углядел? Или это предлог, чтобы улизнуть?

На бал я собиралась как на казнь - желания идти было примерно столько же. Я даже подумывала сказаться больной, но это представлялось мне позорной слабостью - настолько спасовать перед трудностями. Добавляя мне беспокойства, Брейр не появлялся в доме финансиста, но передал через Этьена, что приедет сразу на бал, возможно опоздает.

Конечно, надо же ещё невесту выгулять, - злобно подумала я и вздохнула. Буквально за несколько дней королевский поверенный лишил меня душевного равновесия, в котором я пребывала годами. В итоге на бал я тоже опоздала. На саму церемонию бракосочетания нас и не звали - в храме присутствовали только самые близкие, а вот бал был уже для всех. И господин мэр был так любезен, что даже прислал свою карету, видимо, чтобы почётные гости не передумали и не сбежали…

Вероятно, для этого же и Брейр встретил меня у кареты. Его костюм был тоже синего, но куда более тёмного цвета, впрочем, в этом сезоне так даже модно. Можно даже предположить, что супруги Ривье так и задумывали.

- Господин Ривье? - поинтересовалась я тихо на всякий случай, опираясь на его руку. Вдруг Брейр уже снова Брейр в глазах всего города, не хочу попасть в ещё более глупую ситуацию…

- Кто же ещё, госпожа Ривье, - еле заметно улыбнулся мне он.

- А госпожа Вернау…? - я затруднялась сформулировать вопрос, слишком много слов можно подставить: здесь? В курсе? Не устроит скандал? Что она вообще здесь забыла?

- Лиза приехала на бал к мэру, он очень широко рассылал приглашения. Она не знала, что я здесь, я не знал, что она приедет. Мы поговорили, и она будет делать вид, что не знает меня.

- Как хорошо, что у вас такая понимающая невеста! - похвалила я Брейра. Получилось отчего-то на редкость ехидно.

- Анна, - сказал он, придержав меня за талию перед входом в зал. - Вы ревнуете.

- Недоумеваю, - сухо поправила я его. И не стала уточнять, по какому именно поводу. От его ли …предприимчивости, или же от собственной дурости.

- Некоторые разговоры нельзя вести между делом, - серьёзно сказал Брейр. И он, чёрт возьми, был прав. И всё же… - Но это не значит, что разговор не состоится. - И тут же перевёл стрелки: - А что, кстати, мы с вашим мужем будем делать?