Найди свою любовь

Глава 1

Работать посудомойкой может быть не слишком престижно, но это давало мне шанс заработать на кусок хлеб и маслице. Маслице уходило на оплату комнаты у древней старушки, хлебушек - на "подарки" преподавателем, которые не хотели закрывать сессию без подношения. А корочки доставались мне. Тяжело учится  на бюджете и не прогуливать занятия, а этого наши преподаватели не любят.
Но я не привыкла жаловаться на судьбу. Чего на нее жалиться? Мне и так повезло, крыша над головой была, я даже каким-то чудом поступила в вуз, пусть и на платное. Это единственное, что дала мне дорогая и любимая мамочка - оплата моего образование в небольшой Юридической Академии города Арсеньевска. На одном условии, что я буду работать в ночном клубе "CHerная Дыра". В этом клубе когда-то работала моя мамка, вначале стриптизершей, а потом, когда вышла в тираж, подрабатывала там барменшей.
Она попросила взять меня на работу, и меня взяли. Мама очень надеялась, что я пойду по ее стопам и стану стриптезершей. Данные у меня были. Но мне заниматься этой грязной работой не хотелось и я решила стать посудомокойкой. Платили меньше, но график был удобный. Работать я начинала рано утром, в часа четыре, когда заведение закрывалось и нужно было очищать грязную посуду от остатков и запихивать все в посудомоечную машину. Зато утом, не выспавшаяся я спешила на лекции.
Мама ругалась, ей не нравилась моя работа, но работать у шеста мне не хотелось. Танрцевать я умела плохо, все из-за неклюжести, а моим формам не хватало окружности и лоска. Тело требовало вложений - но где взять деньги бедной студентки. Только спать с кем-то за деньги, но этого делать не хотелось. И вообще встречаться с мужчинами не хотелось.
Мама по этому поводу считала, что меня подменили в род.доме. Уж она таскала мужиков к нам в однушку постоянно. Часть мужиков интересовала не мама, а я. К счастью, у моей подруги Яны была крайне умная мама, которая объяснила, чем это может кончится и поэтому я часто оставалась ночевать у янки дома. Мамины хахали, желавшие модолого тельца долго не выдерживали и смывались в закат, а мама даже не замечала моего отсуствие, глуша горе от утраты очередного кавалера в коньяке.
Я же, натерпевшись домогательств от маминых хахалей - замуж не хотела. Я не хотела ни с кем встречаться, хотя мама пыталась меня с кем-то познакомить, считая, что пока я несовершеннолетняя, то могу залететь от какого-нибудь лоха, а потом шантажом на себе женить. Именно таким путем моя мама появилась на свет. Бабка забеременнела и вышла в семнадцать замуж, ее муж был простым работягой и быстро спился.Меня мама родила в восемнадцать по большой и великой любви, правда,  ее любовь, то есть мой папка быстро смылся в закат.  И мама всегда сетовала, что надо было переспать с ним, пока она была несовершенолетней.
Поэтому, когда мама нашла  на сайте знакомств какого-то дядю Вову и свалила к нему в Москву, я вздохнула с облегчением. Мне на тот момент исполнилось восемнадцать, поэтому мама продала нашу однушку, выписала меня и с деньгами укатила. А мне пришлось снимать угол у бабы Вали, жившей в соседнем подъезде. Моя замечательная подруга Янка уехала вместе родителями, которые перебрались в областной центр по работе, а больше приютить меня было некому. Баба Валя была добра и за дополнительную уборку в ее квартире и выгул ее собаки - Ежика, крохотного двортерьера с жесткой черной, давала мен тридцати процентную скидку  на жилье. Правда из-за выгула собаки я нередко опаздывала на занятия, если меня перед этим задерживали на работе, от чего наши бессовестные преподавател ругались.
То что я поступила в вуз было чудом, мама неожиданно решила проспонсировать мое обучение, в надежде, что я вузе подцеплю какого-нибудь мальчика, который, чтобы откосить от армии заделает мне ребенка. Но на нашем юрфаке учились в основном девочки, а малочисленых  мальчков интересовали дочки прокуров и судий, чтобы пробиться на теплое место. Вечно заспаная замухрыжка их не интересовала.
Но нельзя сказать, что в моей жизни было все плохо. Единственное, что ее по настоящему отравляло, так это один из наших клубных охраников, по прозвищу Целлюлит. Я не знаю, кто дал ему тако прозвище, но Целлюлит был худым, можно сказать тощим. Наши ребята из секьюрити были парнями видными, ходящими к качалку и жрущими протеин, особенно летом, когда из под маек виднелись накачанные бицепсы и трицепцы. Целлюлит на фоне их казался березкой, которая выросла среди могучих дубов.