Найду для тебя мужа

Глава 4

Марк

В полумраке домика Ксюша кажется особенно хрупкой и беззащитной. Она дрожит всем телом. И тут мне приходит в голову, что мои благие намерения могли быть восприняты совсем иначе. Надо срочно что-то делать. Не говоря ни слова, беру стоящий неподалеку кровати большое одеяло. Подхожу к Ксюше и осторожно накидываю его ей на плечи, стараясь не касаться ее больше необходимого. Она вздрагивает, но не отстраняется.

Сажусь рядом с ней у камина, который, к счастью, уже успел хорошо разгореться. Пламя жадно пожирает сухие ветки, отбрасывая причудливые тени на стены домика. Мы сидим, касаясь плечами, и это едва заметное прикосновение обжигает меня сильнее, чем огонь в камине.

- Подожди немного, сейчас станет теплее, - говорю я.

Подбрасываю еще дров в огонь, наблюдая, как языки пламени взлетают вверх, разгоняя мрак и холод. Ксюша кутается в одеяло, ее взгляд устремлен в огонь. В нем читается усталость и растерянность.

С треском рассыпаются искры, когда я подкидываю еще пару поленьев в камин. Огонь жадно лижет дерево, и в комнате становится ощутимо теплее. Отхожу от камина и направляюсь к массивному дубовому шкафу, который стоит в углу гостиной.

- Так, посмотрим, что у нас тут припасено, – бормочу себе под нос, открывая дверцу. Глаза сразу цепляются за знакомую бутылку. – Ого, да у нас тут очень хороший виски, – с удовлетворением произношу я. – Теперь мы точно не замерзнем, – улыбаюсь, зная, что это лишь предлог.

Возвращаюсь к Ксюше, которая уютно устроилась под теплым одеялом на диване. Ее глаза сияют в отблесках пламени.

- Как раз отметим твой день рождения, – говорю я, протягивая ей стакан с янтарным напитком. Она улыбается в ответ и берет стакан, касаясь кончиками пальцев моих. Этот мимолетный контакт обжигает теплом.

Я присаживаюсь рядом с ней под одеяло, она сразу прижимается ко мне. Запах ее волос – нежный, цветочный – наполняет меня умиротворением. Делаю глоток виски, отчего тепло разливается по телу. В тишине слышно лишь потрескивание дров в камине.

- С днем рождения, – шепчу я, наклоняясь к ней. Она поднимает на меня глаза, в которых я вижу вселенную. Этот момент – идеален.

- Спасибо. – Ее губы совсем близко.

Так, стоп. Сердце колотится где-то в горле.

Ксюша смотрит на меня своими огромными зелеными глазами, полными ожидания, надежды… и, кажется, даже чего-то большего. Но я не могу. Не должен. В голове – калейдоскоп мыслей, каждая из которых больно бьет по вискам. Карина. Она ждет меня. Мы договорились провести этот вечер вместе, в уютном шале, вдали от городской суеты. Год. Целый год мы вместе. И все рухнет из-за мимолетного порыва?

Черт, как же неловко.

Смотрю на Ксюшу и понимаю, что вижу не просто хорошенькую девчонку с наивными глазами. Она… особенная. И я чертовски сильно рискую все испортить. Нельзя позволить этому зайти слишком далеко. Карина этого не заслуживает. Да и Ксюша тоже.

Выпиваю почти залпом стакан с янтарным напитком. Надо остановиться. Но как же прекрасна и соблазнительна сидящая рядом девушка. Ксюша тоже допивает свой бокал и смотрит на меня затуманенным взглядом.

- Согрелась? - спрашиваю, наблюдая, как по щекам Ксюши разливается легкий румянец. Оранжевый отблеск пламени камина играет в ее глазах, делая их еще более загадочными. Она кивает, ставя пустой бокал на столик.

- Устала я, Марк, ужасно устала, - тихо говорит она, отворачиваясь к огню. – От всего. От этой вечной опеки, от контроля каждого моего шага. Папа считает, что я маленькая девочка, которую нужно оберегать от всего мира. Но мне уже восемнадцать! Я хочу жить своей жизнью, совершать ошибки, учиться на них.

Я молча беру ее руку в свою. Холодные пальцы сжимают мою ладонь, и я чувствую, как она дрожит.

- Сегодня был просто предел, - продолжает Ксюша, всхлипывая.

- Я понимаю, Ксюш. Это тяжело, когда тебя не воспринимают всерьез, когда не доверяют твоему выбору. Но знаешь, родители ведь обычно так поступают из любви. Они боятся, что тебе будет больно, что ты разочаруешься.

Она вздыхает, не отрывая взгляда от танцующих языков пламени.

- Я знаю. Но эта любовь душит меня. Я хочу сама решать, с кем мне дружить, куда поступать, чем заниматься. Я хочу быть свободной, Марк. Понимаешь?

Ее слова еще висят в воздухе, но я уже не слышу их. Вижу только ее, Ксюшу, всю ее нежность и упрямство в этих распахнутых глазах. Кажется, время замирает, когда мои пальцы касаются ее щеки. Шелковистые волосы скользят между пальцев, словно нити лунного света. И тогда я не выдерживаю.

Наклоняюсь к девушке. Ее дыхание обжигает мое лицо. Мои губы находят ее губы, сначала робко, неуверенно, словно боясь спугнуть это мгновение. Но она не отстраняется. Наоборот, подается навстречу, и тогда я позволяю себе углубить поцелуй.

Это не просто прикосновение губ. Это взрыв. Вулкан, проснувшийся внутри меня. Ее губы мягкие, податливые, в них тает вся ее решимость, вся ее борьба за свободу. Я целую ее жадно, страстно, вкладывая в этот поцелуй всю свою любовь, всю свою нежность и отчаяние.

Ее руки взлетают к моим волосам, сжимая их. Есть только Ксюша, ее губы, ее тепло, ее запах, сводящий меня с ума. Мои руки скользят по ее спине, ощущая каждый изгиб. Пальцы зарываются в ее волосы на затылке, слегка оттягивая их, и она издает тихий стон, еще больше распаляя меня. Одеяло падает с ее плеч.

Я углубляю поцелуй, и она открывается мне навстречу. Наши языки сплетаются в танце, страстном и неудержимом. Все, что мы не могли сказать словами, мы выражаем сейчас, через этот безумный, головокружительный порыв.

Опускаю руки ниже, к ее талии, притягивая ее ближе, насколько это возможно. Хочу почувствовать ее каждой клеточкой своего тела. Ее тело отвечает, изгибаясь навстречу, жар волной прокатывается по моей коже.

К черту все! Шале, Карина, наши отношения. Сейчас есть только я и Ксюша.