Найду тебя в канун святых

15. Ушла и забыла

Миран

Когда Да́йна падает, сразу рвусь к ней. Марсель занят другими, осталось двое. Рыжая вампирша смотрит на меня с удивлением, и может даже злостью. Опустился к ней и поднял на руки. Она с трудом смогла закрепиться на шее. Хорошо, что дома никого, смог пронести ее на свою постель.

— Какого дьявола ты помнишь? — прошипела Да́йна.

Не стал ей говорить раньше, но я изучал средство защиты от вампиров. Там было много чего, и неизвестно что из того сработает, поэтому пришлось рискнуть. Я подозревал, что Да́йна может вот так резко прийти, и заставить забыть, но не хотел этого. Надо узнать девчонку лучше. Исполнена ведь только половина плана. То, что было в отеле никак не выходило из головы. Такая страстная девушка, с которой в тот момент ушли все горести и радости. Осталась только страсть, и ни капли не жалею.

— Вербена, — говорит Марсель, заходя к нам.

Я закивал головой. Подходит ближе, всматривается, изучает. Сверху вниз глядит ещё пару секунд, а потом садится на кровать.

— Я принесу противоядие, сестра. Подождешь, хорошо?

Она сначала хотела что-то сказать, но в итоге просто кивнула.

Вампир остановился в дверном проеме:

— Присмотри за ней. Я скоро.

И ушел, оставив с Да́йной тет-а-тет. Я лег рядом. Когда общалась с братом, во взгляде, лишь на секунду, промелькнула благодарность. Она добрая, только притворяется стервой, или просто же отталкивает часть себя. Я без понятия. Лежу, глядя в потолок. Рукой осторожно касаюсь тонких пальцев. Телом сейчас не может двигать, но я почувствовал, с какой скоростью по ней пробежали мурашки. Как бы мне хотелось, чтобы дала в ответ другие знаки, но пока увы. Не знаю, насколько уместно в данной ситуации, то, что я хочу сделать.

— Вербена значит, — тихо говорит она, повернув ко мне голову.

— Я не желаю забывать тебя, Да́йна, — поворачиваюсь на бок всматриваясь в глубокие глаза.

— Между нами ничего больше не может быть, — строго произносит рыжая.

— А, по-моему, наоборот.

— Ты достал! Бесишь! Забыл, что я могу и убить?

Да, возможно, если бы могла двигать всем, а не только головой, то наверняка бы сделала это.

— Пока не можешь, зато я запросто поцелую тебя.

Придвигаюсь ближе, обхватываю лицо руками и прижимаюсь к пухлым красным губам. Криками, которые она пыталась издавать, сопротивлялась. Однако я дал понять, что не отступлю, и вампирша ответила мне. Когда поцелуй стал глубже. Когда вложил в него ту страсть, что была, между нами в номере. Напомнил, как было хорошо. Пока, конечно, в парни не набиваюсь, это мне не надо, но испытывать крепость ее ненависти ко мне, это, пожалуйста.

Хотя, думаю, что рыжую легко переубедить. Чертовка не такая уж и злая. Она женщина, а им нужна страсть, которую я могу предоставить. Только пусть даст знак, что думала обо мне. Хоть раз, даже если в плохом ключе. Не знаю, смогу ли изменить вампира, но по крайней мере сопротивление точно будет. Я уже не тот, кого она встретила в Самайн. Всё ведь началось именно тогда. Спас от Фи́липпа, присматриваю сейчас. Как до этого она справлялась? Мне не хотелось отпускать ее, но не мог затягивать поцелуй надолго.

— Еще раз так сделаешь, и я сломаю твою шею, — пригрозила рыжая сквозь зубы.

— Ты такая привлекательная, когда злишься. Я же тебе ничего не сделал за сломанную тачку, разбитое окно и трупы на моем газоне.

— Это я еще плохо старалась.

На лице ухмылка, а в глазах заплясали чертики.

— Хвасталась совсем другим.

— Сделала бы хуже, если бы не прервала игру.

— А может ты не хотела меня убивать, а только притворялась?

Девушка смеётся в потолок:

— Я смотрю ты самоуверенный.

— А еще я богатый и сексуальный, — смеюсь в ответ подложив руки под голову.

— Ох, Миран, за все мои сто пятьдесят лет ни один состоятельный мужчина меня этим не смог купить. Деньги - вода. Так что даже не пытайся.

— Это было просто, к слову.

Мы замолчали. О чем она думает? Какие мысли пробираются в стервозную голову?

— Как только Марсель вернется, наши пути разойдутся, — заявляет она серьёзно.

— Да́йна…

— Не надо. Ты сказал, что не хочешь меня забывать, ладно. Однако я не собираюсь быть пленницей Парижа. Я вампир, и не могу…нет не хочу вечно шататься по этим улочкам. Мне нужна свобода, которую не желаю делить с людьми.

— Могу поехать с тобой, — предложил я.

По глазам понятно, что удивил, но Да́йна пыталась это скрыть за маской безразличия.

— Нет. Нас кроме секса ничего не связывает. Скажи еще спасибо, что жив, Бонье, — не причастно выдала вампирша.

В этот момент входит Марсель. Да́йна, выпив антидот, и не прощаясь, скрывается в сумерках с братом. Что дальше с ними мне трудно представить. Встретимся ли мы когда-нибудь снова это тоже вопрос времени, но мне бы хотелось. Пусть она отстраняется, но я прикоснулся, лишь на мгновение, к другой Да́йне. Доброй, страстной и раненой, как и я. Это написано на истинном лице, что она прячет за натянутой стервозной маской.