Найду тебя в канун святых

38.Последняя из рода де Сент-Море

Эпилог

Да́йна

Эта ночь была долгой, но она просто восхитительна. Что-то искреннее и светлое вторглось в мою душу. Возможно, то, что давно закинуто в закоулки собственного мира. Впервые, за все наше знакомство с Мираном, я смогла быть честной до конца. Перед собой в первую очередь. Разрешила себе отпустить, перестать сопротивляться, признать, что давно отрицала и просто отдаться в его руки. Голова абсолютно пуста и такая легкая. Могла думать лишь об обретенной свободе и чувственных губах Мирана. О его действиях и медовых глазах, горящих страстью.

Я знала, что сходство с Алленом просто так не уйдет, но врала что это для меня неважно. Думала, что смогу убрать это и отпустить самого Мирана. Наверняка, если бы шпион послушал меня и отступил, я все равно бы иногда наведывалась, а может просто смотрела издалека, чтобы не делать больно.

Когда же увидела его на башне смогла признать - если выживу и Бонье не будет в моей жизни все окажется зря. Раньше же мне было бы плевать, но память вернулась, и сама себя не узнаю иногда.

Как например то, что повела шпиона в Лувр. Спросите «зачем?» - кто ж знает. Просто в какую-то секунду захотелось раскрыть парню глаза, что много лет мы были знакомы, пусть и заочно, как бы странно не звучало.

Многие годы думала, что деньги приходят от мужчин, которых я соблазняла, держала под каблуком или внушением. Может от подаренных украшений, которые отдавала на продажу. Однако оказалось, это были гонорары за картины, а многих из вампиров убивал Марсель, подчищая мою память Спирасором. Я даже не помнила, какие картины рисовала, сколько их было, как выглядели и кому посвящала.

Нет, отчасти правда. Я действительно знакомилась, уводила мужчин, но в какой-то момент они надоедали, и я пытала, мучительно убивала, но не всех. Марсель же убирал лишь тех, кто мог рассказать правду о его плане. А потом заставлял поверить, что я сама решила закончить эти отношения.

Так что мне самой захотелось сходить в Лувр освежить память, а откровенность уже сама пошла. В этом году, я каждый раз рядом с Мираном убеждалась, что могу ему доверять и быть собой. Появилась уверенность, что не станет поучать. Совсем как Аллен. Только запрещала себе это принимать.

Дома нет, как и тяжелых оков на моей душе, а следом я решила разрушить и другие - поддержать Мирана с семьей, рассказать о прошлом и дать отвлечься от всего дурного, что произошло и с ним тоже. Да, это я о сексе. Фото с Мариеттой Мартен особенно сильно напомнило об этом. О его истории, предательстве и боли. Мы похожи больше, чем я думала.

Позволить себе чувствовать с ним было лучшим решением, как и признать, что люблю его и не хочу больше заставлять страдать своим сопротивлением. Миран и так многое сделал для меня, и пора отплатить - научить принимать вампиризм и быть с ним в ладу, чтобы не чувствовал себя в клетке. Пусть доверие и открытость будет первым шагом. Надеюсь, Миран ощутил разницу, ведь раньше я не позволяла отпустить ситуацию. Внутренний голос постоянно талдычил, что зря я вообще позволяю человеку быть рядом и как неправильно с ним спать. Хотя с этим конечно не поспоришь.

Когда твердила, что с обращения ничего не изменилось сама себе лгала.

Всю ночь мы не могли оторваться друг от друга. Лежали в постели, целовались, чувственно и медленно ласкали, задыхались, не спешили. Нам абсолютно ничего не мешало.

В медовых глазах вижу счастье и это умиротворяет. Он понимает, что преграды позади. Я должна была сама раставить точки в наших отношениях. Не хотелось создавать путаницу, поэтому сказать, что мы в отношениях удачно вписалось.

С рассветом лучи солнца пробираются к нам через маленькое окно. Мы лежим друг к другу лицом прикрытые одеялом. Морщусь, пытаясь закрыться волосами, а Миран бормочет.

— Это солнце всегда теперь будет так ощущаться?

От возмущения на его лице смеюсь.

— Оно тоже меня раздражает.

Миран убирает мои пряди и медленно целует в губы.

— Предлагаю чем-то его завесить и никуда сегодня не выходить.

Быстро киваю. Миран накидывает халат и выходит. Раздается звук мобильного, и я беру его из кармана штанов, что недалеко от кровати. Миран перекрывает солнце и возвращается ко мне.

— Что там, рыжая?

— Глория просит заехать к ней в лавку.

— Не сказала зачем?

— Нет, только, что это срочно и важно.

Мы оба валимся на спину с недовольным стоном.

— Ну вот, — досадно говорит Миран целуя мое плечо. — Только собрался пленить тебя здесь, пока солнце не сядет, как что-то снова происходит. Я думал драма уже закончилась. По крайней мере на какое-то время.

— Дьявол! Если это не так важно, как она сказала, я сверну ведьме шею прямо там.

— Думаю все равно лучше съездить, вдруг действительно что-то у нее есть, а потом уже сможем вернуться, и никто нас не вытянет, пока сами не захотим.

***

Дорога кажется вечностью. Пока заезжаем на парковку, где стоит моя девочка, чтобы я смогла забрать косметику и привести себя в порядок. Потом пока едем в лавку. Я уже на грани от того, чтобы не начать проклинать старуху.