Найти любовь. Метод Шишкина

ПОПЫТКА НЕ ПЫТКА

ПОПЫТКА НЕ ПЫТКА

Оказавшись в своей комнате, я поняла, что расслабиться здесь точно не получится. Где-то в том углу скорее всего все еще торчит скрытая камера и, возможно, сейчас Фред за мной наблюдает. Еле удержалась от того, чтобы помахать ему рукой. Надо же, ее совсем не видно. Но она там. Пффф… Я так параноиком стану.

После всего пережитого я ощущала себя грязной, испачканной. Лучшим решением было сходить в душ. Я взяла чистую одежду и пошла в ванную комнату. Уже раздеваясь, вдруг подумала: «А что, если он установил камеру и здесь, в ванной?» Нет, так я точно с ума сойду, вот и паранойя подоспела. Я практически заставила себя раздеться и залезть в душ. Прохладные струи воды помогли переключиться в режим «Блаженство и успокоение». И выходить из этого режима вообще не хотелось. Сколько я уже так стою здесь? Двадцать минут? Полчаса? А может дольше? Век бы не вылезать…

Вдруг в дверь постучали и я услышала довольно взволнованный женский голос:

- Извините, это горничная, я принесла чистые полотенца. Позволите занести их вам?

- Оставьте на кровати, пожалуйста, я скоро выйду.

- Хорошо, прошу прощения за беспокойство.

Хлопнула входная дверь. Значит горничная ушла.

Я закрыла воду и стала вытираться? Сколько в итоге я тут пробыла? Точно не меньше часа. Что ж, можно сделать вывод, что в ванной скрытой камеры нет, раз Фред прислал горничную, проверить меня. Неужели он держит меня за такую дуреху, раз думает, что я поверю, во внезапную потребность поменять чистые полотенца среди белого дня? Или просто решил напомнить мне о себе, о том, что присматривает за мной?

Намотав на голове тюрбан из полотенца и укутавшись в халат, я вышла из ванной и завалилась на кровать прямо поверх покрывала. Да-а-а, такого счастья – поваляться в кровати днем – у меня давно не было. Но долго лежать я не смогла. В тишине одиночества в голову снова стали лезть навязчивые мысли о перспективах моего существования. Да, Алана я больше не увижу, в этом я была уверена. Но никто не отменял того будущего, которое приготовил для меня Фред. Не даром он особо не стал отрицать обвинения в том, что меня ждет гарем. Опять же этот арабский язык, история и культура, которые я здесь зубрю. Все говорит о том, что Алан не лукавил про этот метод Шишкина и про уготованное мне будущее. Не даром же столько возни со мной развели в этом центре подготовки.

Горничная принесла обед. Я поела, почти не чувствуя вкуса еды, а потом, сделав несколько бессмысленных кругов по комнате, не зная, чем себя занять, снова улеглась на кровать. Внутри кипело негодование на всех: на Фреда, что затащил меня в эту Систему, на Алана, который должен был меня спасти, а оказался ненормальным извращенцем, даже на горничную, которая как ни в чем ни бывало работает в этом Центре, где держат людей против их воли. Но больше всего меня сводили с ума слова Алана о моем будущем и душащее чувство безысходности.

Все эти мысли не давали покоя. Устав глядеть в потолок, я снова встала, высушила волосы, переоделась и решила прогуляться вокруг центра. Может быть, на улице мне станет легче. Но и на улице я не могла забыть о своей участи. В голове вертелись одни и те же вопросы. Почему я? Почему меня никто не спрашивает, что нужно мне, чего хочу я сама?! Алан крутит в свою сторону, Фред выкручивает в свою. А я реально беспомощная марионетка. Неужели я ничего не могу сделать? И тут меня пронзила внезапная мысль - простая и понятная – нужно сбежать! Все это время, с тех пор как я оказалась тут, я ни разу не думала о побеге, а сейчас поняла – именно это то, что мне нужно!

Я свернула с дорожки на траву и ноги сами понесли меня в противоположную от здания Центра сторону. Вскоре среди деревьев я увидела аккуратный черный забор, сваренный из прямоугольной трубы. Высота забора была метра два и, благодаря моей неплохой теперь физической форме, я почти без труда взобралась на него. Теперь мне оставалось только спуститься на другую сторону и поскорей сделать ноги. Думать о том, что меня ждет за забором, как и о том, где мне искать помощи, я пока не хотела. Сейчас надо было сбежать, остальные проблемы я собиралась решать по ходу жизни.

- Алиса, не делай глупостей!

Я вздрогнула и обернулась. Ко мне быстрым шагом приближался Фред.

- Фред, оставьте меня в покое, пожалуйста.

- Ты все равно не сможешь сбежать. За этим забором еще два периметра, один из которых под высоким напряжением. Тебя просто убьет, когда ты попытаешься на него влезть.

Блефует или нет? Никогда не узнаю, если не проверю.

- Извините, Фред, я вам не верю.

Я перекинула ногу и спрыгнула вниз. И угодила прямо в руки откуда-то взявшегося громилы-охранника на две головы выше меня и вдвое шире в плечах. Он попытался взять меня за локоть, но я вывернулась из его хватки, лягнула ногой, попав по голени и побежала. Но не смогла пробежать и десяти метров, как он догнал меня, грубо схватил за волосы, а потом больно заломил руки так, что я вскрикнула от полноты ощущений.

- Полегче, Шон, - крикнул ему Фред с той стороны забора, - У девочки просто был очень трудный день. Нервный срыв.

- Понятно, - буркнул себе под нос громила, ловко застегнул наручники у меня за спиной и крепко взял за локоть, - Пошли, нервная.

- Шон, - вновь окликнул его Фред. - Сделай крюк до второго периметра, покажи девочке, почему ей не стоит туда ходить.

Охранник молча кивнул и повел меня прочь от забора. Через сотню метров, обходя разросшиеся здесь кусты и деревья, мы дошли до этого второго периметра – забора из металлической сетки. Шон остановился на некотором расстоянии от него и, не выпуская из руки мой локоть, другой рукой нашел в кармане монету. Он ловко подкинул ее так, что она полетела прямо в этот забор. Когда монета коснулась сетки, прозвучал хлопок и полетели искры. Я вздрогнула.