Найти тебя. Опекун для призрака

Глава 27. Он и я

Эмили

Хожу в бытовой комнате из стороны в сторону уже минут семь, путаясь в длинном платье. Корсет мешает сделать дыхание глубже. Чувствую в теле жар, как от высокой температуры. Но я не больна. Или, все же, больна. И эта болезнь – Виктор.

В душе – калейдоскоп чувств и эмоций. Я еще не отошла от сумасшедшего поцелуя, но уже анализирую свое поведение и поведение Виктора.

За столь короткое время у нас было столько моментов, когда мы были рядом. Он с самого начала нарушал мое личное пространство. И я не сопротивлялась, и, даже, наоборот, позволяла это. Я сама хотела этого.

«Так нечестно, Виктор!»

Человек, имя которого меня пугало, как только я услышала, что он стал моим опекуном. Но, как так вышло, что этот Человек стал центром моей жизни?

- Так неправильно! Неправильно! - говорю себе, метаясь по комнате.

Он сделал все сам, вольно или невольно, что я не осталась равнодушна к нему.

«Приручил, как зверька?!» - от этой внезапной мысли страшно и неприятно. Гоню ее прочь. Но оставляю на заметку. Если Виктор сделает мне больно, я скажу себе, что все знала заранее. Я буду готова к худшему… Если оно произойдет.

Почему я ожидаю от него подлости?!

Он слишком закрыт. Он окутан тайной. И от этого все мои догадки.

Но наш поцелуй… Поцелуи… Объятья... Его поддержка, когда мне было страшно…

Он не мог быть неискренним. Я чувствовала, что он хотел быть рядом со мной, как и хотел этого поцелуя, он не руководил собой. Он был искренним.

А еще этот его взгляд, когда заметил, что подглядываю за ним из-за шторки, здесь, в бытовой комнате.

Скоро нужно отправляться на учебу. А внутри меня раздрай. Подхожу к зеркалу, осматриваю себя.

Глаза просто огромные и блестящие, губы искусаны поцелуем. Я изменилась. Передо мной уже не девочка. Не та, наивная воспитанница. Прикасаюсь к своим распухшим губам, закрывая глаза. И в памяти вспыхивает взгляд и прикосновения Виктора.

Трогаю пылающие щеки. Но в следующий миг улыбаюсь.

Чувствую внутри тепло. Тепло, исходящее от Виктора. Он был искренним. Чувствую, что он в ответе за свои действия. Да, он опасный, хладнокровный человек, но только не со мной. Он, кто угодно, но не подлец.

Я чувствую, что от него ко мне исходит трепет, нежность…

А что испытываю я?

Испытываю то, в чем боюсь себе признаться.

А Виктор, будто, не может поверить, что я могу к нему что-то чувствовать. Будто никогда не испытывал подобного от своей бывшей жены.

Лорена…

Что это за женщина была? Почему она так бесчувственно относилась к Виктору?

От ее имени веет холодом. Что-то с ней было не так.

«Достаточно рефлексии!»

Выбираюсь, как воришка. Захожу на кухню к Донне, которая во всю хлопочет. Маленькая Скай, тут как тут, трется возле нее. Замечаю, какой у нее уже круглый животик.

- Ну все, попрошайка! Лопнешь скоро! – отнекивается миссис Джексон от настойчивого мурчания.

- Доброе утро, миссис Джексон, - обращаю на себя внимание Донны и чувствую, как загораются щеки опять. Думаю, что по моему лицу можно прочитать все то, что произошло утром.

- Эмили, дорогая, здравствуй! – Донна ставит на стол молочную кашу с фруктами и мятный чай. – Садись скорее завтракать.

- Миссис Джексон, уже так много времени… мне нужно спешить…

- Нет, нет, Эмили! Ничего не знаю. Виктор просил меня проследить, чтобы ты не уехала на учебу голодная, - говорит, а потом многозначительно смотрит на меня, слегка улыбаясь.

А я немного в прострации. Виктор беспокоится за меня? Интересно…

Не могу не послушаться. Сажусь за стол. Тем более пахнет изумительно.

От слов Донны, мне почему-то становится спокойнее. И даже внутри поднимаются некие коварные мыслишки помучить Виктора.

«Ах вот, как выглядит женское коварство!»

«Добро пожаловать, Эмили, в категорию вредных женщин, которые изводят мужчин, что влюблены в них!» - смеюсь про себя, но…

«Влюблены?!»

«Виктор влюблен?»

Аппетит сразу испаряется. Ведь теперь мне важнее другое.

Мысли движутся в хаотичном порядке. И, как назло, опять побеждают те, что за плохое.

Лидирует понимание того, что у мужчин в таком возрасте могут быть простые инстинкты, а женщины все романтизируют и преувеличивают.

«И откуда такие познания, Эмили?» - удивляюсь себе.

Наверное, все от сестер из приюта Глемт. Где они изо дня в день нам рассказывали про греховные отношения. И вообще, что отношения греховны по факту. Что мужчины все коварны, что используют женщин, обманывают, удовлетворяют потребности, а их самих ни во что не ставят. Что верить им нельзя.

Почему они так говорили нам – сложный вопрос. Может они сами были обижены мужчинами? Встретили не тех и разочаровались?

***
Прощаюсь с Донной и отправляюсь в больницу.

День проходит очень насыщено. Пациентов много. Была одна операция с доктором Паулом. А после, собрание с группой.

Периодически я смотрела в окно на падающий снег, который рождал во мне забытые воспоминания о родителях. Нечеткие, неуловимые.

- Эмили? – из мыслей меня выдергивает Паул. – Все хорошо? – садится рядом.

- Да… - улыбаюсь ему. – Все хорошо.

- Эмили, послезавтра благотворительный бал, - Паул говорит очень серьезно, но как-то иначе. Будто переживает за что-то. – Я отправил письмо твоему опекуну. И в нем просил его разрешения сопроводить тебя на бал, как представителя своей группы.

Я не перебиваю, слушаю Паула. И немного волнуюсь, потому что не знаю, как отреагировал Виктор на его письмо.

- Думаю, что все будет хорошо, и твой опекун даст добро. - Паул улыбается мне, но меня немного коробит его настойчивое обозначение Виктора, как моего опекуна.

Возможно, Паул догадывается или, даже, видит, что Виктор ко мне относится иначе.

- Думаю, что Виктор согласится, - пожимаю плечами.

- Эмили, - Паул садится ближе, и на доли секунды вижу его будто бы виноватый взгляд. - Эмили, я хочу попросить тебя на балу об аудиенции. Все хорошо, не переживай! Просто пообещай, пожалуйста, что уделишь мне время и выслушаешь.