Найти тебя. Опекун для призрака

Глава 34. Их ночь

Эмили Гистли

Его руки касаются мох плеч. Движутся вверх, собирая мурашки. Ладони касаются лица и волос, пропуская локоны сквозь его пальцы.

А взгляд Виктора. Этот взгляд… Полный желания.

Утягивающий в пропасть. Только в той пропасти нет погибели.

«Виктор меня любит!»

Это на столько невозможно, что отказываюсь верить, что эти слова звучали на самом деле.

«Мой Виктор меня любит…»

- Давно ли я стала твоей женой? – не шевелюсь, позволяя прикасаться к себе. Прикрывая глаза.

- Думал об этом почти сразу… Но официально оформил все после нашей встречи… Ночью… Тогда, в столовой. Когда ты увидела мою рану… Пыталась помочь, прикасаясь ко мне. А на самом деле принесла мне новую муку. Но самую сладкую, - успокаивающе шепчет.

Дыхание Виктора уже опаляет лицо. Мы дышим с ним дыханием друг друга. Его дрожь передается и мне... Или наоборот.

- Почему ты не рассказал… Вернее… Ты все решил за нас!

Он улыбается, обволакивая меня своей близостью… Но что-то женско-вредное заставляет продлить его агонию. Я сдержана, не отвечаю ему. Создавая дистанцию…

- Я захотел тебя себе… Вот так, не спрашивая… Ты бы не выбрала такое чудовище, как я… Поэтому…

- Ты так думаешь? – обрываю его речь, которая сражает меня. Заставляя сдаться…

- Эмили… - в его глазах немой вопрос? – Ты бы стала моей женой?

Смотрю на него, молчу. Хочу продлить на столько, на сколько могу, эту интригу, немного мучая его. Или не немного…

- Эмили! – почти рычит, соприкасаясь со мной лбом. Держит за плечи, немного сжимая. – Не мучай меня… Я знаю, что заслужил… Но…

- А ты не чувствуешь? Неужели, ты до сих пор не понял? – смотрю ему в глаза. Виктор отстраняется, бегая взглядом по моему лицу, в ожидании ответа, не веря… – Я тоже люблю тебя! И я твоя жена, Виктор!

Секунда. Его сумасшедшая улыбка. И губы Виктора находят мои в неудержимом, сметающем поцелуе. Я в его жестких объятьях. Я обнимаю и целую уверенно своего мужа в ответ…

«Своего мужа…»

Как это звучит… Как нега. В которой я растворяюсь, когда Виктор подхватывает меня на руки, продолжая безудержно целовать.

Этот поцелуй – словно Виктор нашел источник в пустыне. И теперь восстанавливает свою жизнь.

Я удержана на его руках. Мелькает гостиная. Виктор уносит меня, так и не разрывая поцелуя. Забирает меня ото всех, вернее. Даже от меня самой. Теперь уже комната Виктора перед глазами. И прикосновения становятся жадными, присваивающими.

Мое серебристое платье падает легким облаком на пол. Разорванное по шву, оно гибнет от нетерпеливых рук Виктора - моего мужа. Не справившись со шнуровкой, он решил его уничтожить, и теперь оно не подлежит больше восстановлению. Белье постигла та же участь.

Пропустив тот момент, когда спина нашла опору в виде мягких простыней, я...

Я растворяюсь в своем человеке, чувствую его порывистые, но нежные и бережные прикосновения.

Я растворяюсь в них. Закрывая глаза, ощущая прохладу на ничем незащищённой коже, растворяюсь в обжигающих поцелуях, скользящих по шее, ключицам, груди и животу. Мое тело выгибается навстречу им. А руки скользят по плечам и груди Виктора, освобождая его от рубашки.

«Моя Эмили», «любимая» - я слышу эти слова, между поцелуями, как и всего Виктора. Вижу в его глазах восхищение, когда нависает надо мной, замирая на миг, будто не верит, что происходящее - реально.

Он мой, а я его. Не может быть иначе.

Он был осторожен. Нежен. Сдержан. Я чувствовала, что это ему стоит - быть сдержанным. Напряженные каменные мышцы, дрожь в теле, судорожное дыхание. Мы стали одним целым.

"Тише, малыш... " - слышала согревающее, когда на миг тело пронзила боль.

Его бешено бьющееся сердце, объятья, руки, сомкнутые у меня на талии, которые согревают и укрывают от всего мира и притягиваю вновь ближе к нему… Совершенно близко... До конца.

Его тяжесть тела надо мной. Его взгляд в мои глаза, полный любви и трепета. Я чувствую эту любовь. И я отдаюсь ему без остатка.

«Я его жена!»

Теперь по-настоящему.

«Я люблю тебя, Виктор» - говорю это, кажется, вслух, задыхаясь от ощущений, а поцелуй Виктора забирает остатки моего прерывистого дыхания.

Виктор наслаждается мной. Но, одновременно, делает все, чтобы хорошо было именно мне. А я сладко умираю в его руках.

Притянув меня после нашей ночи к себе на грудь, прижимая, целует так чувственно. Накрывает нас одеялом, закрывая мое обнаженное тело, заботясь о том, что еще я не могла привыкнуть так быстро к нему, в своей новой роли жены.

Я чувствую себя самой желанной, самой любимой. Я чувствую его успокаивающие прикосновения, забываясь сном. Согретая его любовью…

***

«Он мой! » - шепот, который будит меня…

Мне снится опять этот голос. Опять из-за пережитого стресса? Это все странно и, возможно, пугает. Но мне не страшно, я чувствую крепкие объятья своего мужа. Прижимаюсь инстинктивно к нему ближе.

Но что это?

Замечаю, что на полу что-то сверкает в свете Луны… Что-то знакомое. Приглядываюсь…

Нужно подняться и посмотреть подробнее. Но не могу. Рука Виктора крепко прижала меня к себе.

Осторожно отстраняюсь от притягивающих меня обратно объятий. Улыбаясь. Он несознательно во сне боится меня потерять. Не пускает. Все-таки, осторожно освобождаюсь от захвата, дотягиваясь до пледа, скрывая свою наготу.

Подхожу к вещи на полу, что привлекла внимание. Беру ее в свои руки… И не могу поверить…

Раскрываю кулон… Вижу свой портрет…

- Не может быть! – произношу, оборачиваясь на Виктора…

Кулон выпал, возможно, из брюк Виктора, которые лежат неподалеку, на полу…

Кулон, который я подарила отцу… Виктор носил его с собой…

Неужели…

Мысли вихрем проносятся в голове. А догадка поражает: неужели Виктор был последним, кто видел моего отца… Он забрал кулон.

Замочек кулона сильно стерт, будто кулон много раз открывали и закрывали. Зная отца – он не мог отдать никому свой подарок с моим портретом. Он бы берег его и спрятал бы.