Найти тебя. Опекун для призрака

Глава 40. Боль Аспена

Виктор Гистли

- Господин Гистли, разрешите, - в кабинет входит Филипп, закрывая дверь рукой в гипсе. – Я хочу поздравить вас и Эмили с… эээ… свадьбой. Сегодня в прессе на первой полосе ваша с Эмили гравюра с благотворительного бала. И даже дана ваша любовная история. Невероятно фантастическая… Вы правда украли Эмили?

- Боже… - тру переносицу, которая пульсирует и отдает болью в мозг. – Ты с утра пришел меня поздравить, или по делу?

- Простите. Да, по делу, - Филипп открывает папку, выкладывая передо мной листы. – Я тут прошелся по научной литературе, раздобыл кое-какую информацию по селистенским камням. Она на уровне псевдонауки, но все же… Душа или ее часть в селистенском камне ненадолго. Есть срок, приблизительно до года, или немного больше. Цвет камней меняется по мере исчезновения души до серого. Поэтому, если мы хотим узнать о мире Полутонов, то нужно поспешить, пока душа из камней не выветрилась, если так можно сказать. Разрешите взглянуть на камни ключа-артефакта.

Филипп говорит дело. Но поспешить можно, если понимаешь то, о чем писал Аспен.

Тянусь ко внутреннему карману пиджака… Но…

- Этого не может быть! – говорю вслух, жмуря глаза, усмехаясь.

- Что… что случилось?

- Мне нужно спешить.

Стремительно выбегаю из кабинета, чуть не сбив Филиппа, и мчусь к повозке.

Какой же я дурак! Потерявший голову и бдительность.

- Эмили… Пожалуйста.

Беру свободную лошадь и отправляюсь домой на всех парах, верхом.

***
- Донна, где Эмили? – вбегаю в гостиную.

- Эм, она в комнате, уже как двадцать минут, скоро должна спуститься.

Мчусь туда. Комната не заперта. Но вот ванная комната… Закрыта.

- Эмили! – стучу, но через несколько секунд, не слыша шагов, выламываю дверь.

Пусто…

- Что за… - на полу платье Эмили, в котором она была утром. Набранная ванна…

Прикасаюсь к воде… Вода еще теплая… Вижу на дне кулон.

- Эмили… Что ты наделала? – сжимаю кулон в руке до скрипа.

Я зол, но, одновременно, мне страшно.

Вспоминаю сегодняшнее утро. Нервно смеюсь, садясь возле ванны.

- Маленькая обманщица! – тру глаза, не прекращая ухмыляться своей глупости и наивности… Я утром поплыл. – Если с тобой что-то случится, Эмили… Я умру.

Эмили в Межмирье… Боже, почему так плохо! Она читала дневник. Она все поняла…

Я достаю дневник Аспена, бегло его читаю…

- Бездна тебя раздери, Аспен! Ты не мог написать свой секрет прямо, без загадок! – швыряю дневник в стену.

Выдыхаю…

Но…

Из дневника Аспена выпадает листок. Подхожу ближе и вижу, что корешок обложки отошел, и оттуда выпало несколько листков.

- Аспен… Ты просто… - сдерживаю ругательства.

Разворачиваю листы. Он спрятал послание в своем дневнике…

Читаю… И по мере движения взгляда по буквам, моя душа покрывается льдом.

«Наверное, я совершаю ошибку, но сил терпеть все в себе больше нет. Мое сердце разрывается от боли и страданий, которые я прячу ото всех.

Моя дочь. Моя любимая Эмили. Ты так далеко, но, одновременно рядом. Прошло так много лет. Тебе было бы уже семнадцать. Я представляю, какая бы ты была умница и красавица.

О, если бы ты знала, Эмили, как я себя корю. Я не пошел с вами на озеро в тот день.

Я настраивал прибор, который должен был связать меня в очередной раз с миром Полутонов, пожертвовав нашим общим выходным. Я слышал звуки, старался передать сигнал. Я почти отчаялся. Но тут послышался зов… Я обрадовался, пока не понял, что меня зовешь ты, Эмили… Ты говорила, что тебе страшно, что ты в какой-то комнате, что хочешь домой… Я уже подумал, что тронулся разумом. О лучше бы так оно и было… Но прибежала твоя мать вся в слезах. И мой мир тогда оборвался на до и после. Я узнал, что ты провалилась под лед. Я побежал на озеро, прихватив с собой все необходимое. Я нырял за тобой. Но все было бесполезно…

Сколько всего произошло тогда… Твоя мать не выдержала такого горя. Сначала она потеряла рассудок… Затем перестала вовсе есть, и мне пришлось определить ее в дом для душевнобольных, где она скончалась от истощения. Я погубил вас обоих.

Мне нет прощенья, я понимаю.

Все это время я трудился, не покладая рук. Я пытался наладить с тобой контакт, Эмили. Это было не просто. Но я слышал тебя отдаленно. Ты звала меня. Я во что бы то ни стало, решил, что верну тебя.

Я воровал, я обманывал, я скрывал правду.

Все шло мучительно медленно. Пока я не повстречал Лорену. Это удивительная женщина. Она стремилась быть моей ассистенткой. Она будто бы знала, над чем я тружусь. Я никого не допускал. Никто не должен был узнать, что я провожу тайные исследования. Но она раскрыла мне свою тайну. Лорена – иномирянка. Это удивительно. Она стремилась вернуться в свой мир. С ней работа значительно продвинулась. Ей были открыты большие знания. Но, одновременно, определилась опасность нашего разоблачения - Виктор, муж Лорены. Я знаю, что она использует его. Но не осуждаю. Я тоже иду напролом, чтобы вернуть дочь, как и она, чтобы вернуться домой…»

Дочитав этот лист, внутри меня образуется провал.

Это абсурд.

- Этого не может быть…

Боже… Моя Эмили…

Аспен… Ты хотел вернуть ее… Все твои старания ради дочери… Я догадывался. Но не думал, что все на столько трагично.

Я беру в руки второй лист.

«Сегодня произошло непоправимое. Мы запустили с Лореной аппарат, вмещающий душу… Я отдал треть. Но никак не ожидал, что Лорена использует кулон сразу же. Лорена исчезла… Она в Межмирье… Я понимал, что помогу ей. Но все же не ожидал. Я не обижен. Она страдала в этом мире. Она страдала и из-за своего мужа, который был деспотом. Лорена часто плакала из-за него, жаловалась… Она хотела домой. Это небольшая плата за ее помощь.

Аппарат, перемещающий душу, взорвался. А я сбежал, как последний трус. Но мне нужно спешить. Я слаб, без трети души… Скоро камень выпьет ее всю. А мне нужно еще отправиться в Межмирье и вернуть тебя, Эмили»