Наказание Демона Любовь

Глава 1.

Не верю в мистику. Как по мне, всё это — хрень собачья. Но моя подруга одержима всякой ахинеей. В старшей школе она даже пыталась вызвать пиковую даму, чтобы та помогла ей замуж за демона выскочить.

Ну, я, в принципе, сама виновата, что дружу с ней. Она в садике песок жрала — это, как выяснилось, о многом говорит.

И вот сейчас я тащусь с ней на другой конец города к какой‑то тётке, которую посоветовала бабка, у которой внучка… и так далее. Короче, это фиаско. Несмотря на весь мой ум и красоту, я снизошла до этой поездки в свой единственный выходной.

Уже вижу, как завтра буду стоять в ночную смену за стойкой и путать ингредиенты для коктейля. Потому что не спала ни хрена. И все мои аргументы, что дома завелась инородная жизнь и мне есть чем занять выходной, идут на хер. Ведь я не могу бросить Риту. Она хорошая, но мозгов — как у воробья.

Спустя два часа мы приехали хрен знает куда. Район явно не располагает к жизни людей, любящих классическую музыку и устрицы на завтрак. Кругом бегают крысы. Фонари не работают. Под домами спят бездомные. Из‑за каждого угла несёт экскрементами, а на углах у дорог стоят проститутки.

— Блеск… — вздыхаю. — Нас тут не вые… — не успеваю договорить.

— Ну, Мия! У тебя такое милое имя и такой скверный характер!

— Это потому, что ты притащила меня в квартал блядства. Мне этого дерьма на работе хватает. — Кручу головой. — Пьяные обрыганы и шлюхи не располагают к хорошему настроению. Я же не старый пузатик с залысиной на башке.

— Это ты про кого? — хлопает глазами.

— Забей. — Вздыхаю. — Где там твоя шаманка живёт?

— Гадалка… — обиженно дует губы.

— Да по‑хер. Веди.

Мы ещё минут тридцать, не меньше, идём в глубь этого клоповника. Я на всякий случай прихватила с собой газовый баллончик. Хотя, судя по ароматам, им это как приправа в бульон.

Наконец, дойдя до нужного дома через многочисленные переулки и закоулки, мы подходим к двери. Подруга мнётся, как хлебный мякиш. Беру инициативу в свои руки. Как только я поднимаю руку, чтобы постучать, дверь распахивается. Ещё секунда — и мой дивный кулак чётко вписался бы в лицо дамочки в простынях. Или во что она так закутала свою тушку?

— Я вас ждала. Проходите.

Я молча моргаю — потому что в шоке. Это мужик в юбке или где? Ну либо ей нужно перестать курить. Голос как из могилы — хрипит жутко. Оборачиваюсь к подруге: та вся сжалась и трясётся. Молча отхожу в сторону, указывая рукой на дверь. Надо заходить — раз припёрлись. Чего булки мять‑то?

Зайдя внутрь, сразу обращаю внимание на контраст. Дом снаружи похож на притон для бездомных, а внутри всё обставлено со вкусом. И, что немаловажно, дорого. Видимо, бизнес идёт хорошо. «Лох не мамонт, лох не вымрет» — именно поэтому мы тут.

В комнате полумрак. Только свечи едва горят — ну и куда же без магического шара на столе? Вся атрибутика шарлатана на месте. Если тут по комнатам попрятаны амбалы‑двухметровые для успокоения или упокоения душ тех, кто остался недоволен услугой, — вообще не удивлюсь.

Я некрологи такие читаю дважды в месяц на работе от скуки. Жила бабуля, решила погадать — и тут раз: пара лямов пропала с её счёта. Или молодая и красивая девушка искала свою любовь и пошла к гадалке — по итогу осталась и без денег, и без головы, потому что сообразила, что её обманывают.

Короче, цель — выйти отсюда живыми. У меня коты дома. Кто будет кормить моих деток?

Нам любезно указывают, куда можно присесть. Я располагаюсь на диване, а подруга садится за стол. Мне остаётся только наблюдать. Полагаю, веселье будет незабываемое.

Пытаюсь разглядеть ту, что должна раскрыть все тайны мира для моей подруги. Но свет чертовски тусклый. «Вот блин, вот бы свечи горели ярче», — мысленно вздыхаю.

В один миг свечи действительно начинают гореть ярче — и я вижу её глаза. Она смотрит прямо на меня и кривится. По выражению её лица видно: ей моё внимание не к месту. Глаза зелёные, злые. И огромная родинка над верхней губой напоминает присохший кусок грязи. Сама же она довольно красива. Её не портят даже лохмотья.

Я не отвожу взгляд, смотрю холодно. Ни один мускул не дрогнул.

Она неожиданно подаёт голос:

— Не стоит так делать, дитя.

— Вы о чём? — поднимаю бровь. — Я просто наблюдаю.

— Нет, — хмурится. — Ты приказала ему озарить моё лицо, чтобы посмотреть.

— Мы тут втроём. Я вас не понимаю, — смотрю на неё как на сумасшедшую.

Она смотрит на меня, прищуривается. Затем ухмыляется:

— Так даже интересней.

Решаю оставить это без комментария. Какое мне дело до этой поехавшей? Лучше буду держать ушки на макушке и смотреть по сторонам — от греха подальше. Мало ли что.

Прикрываю глаза на минутку от усталости — но не сплю. Чувствую прохладу дивана, мурашки бегут по телу. А будь рядом мои котики, я бы не мёрзла и вообще сидела бы дома — горя не знала.

Слышу, как гадалка что‑то шепчет Рите. А та, в свою очередь, всё о любви твердит: «Когда встречу? Кого встречу?» — и бла‑бла‑бла.

Я понимаю её. Когда рядом есть тот, на кого можно положиться, — это хорошо. Но сейчас опасно доверять кому‑либо. Вокруг одни маньяки и психопаты.

Мне кажется, я вообще умру в одиночестве. Хочется, конечно, любви — но мне светит либо какой‑то упырь, либо демон. Ни один мужик в здравом уме, как говорит Рита, со мной не свяжется.

Чувствую прикосновение к своему лицу. Что‑то меня облизывает. Пытаюсь открыть глаза, но не получается. Делаю глубокий вдох — и глаза распахиваются.

Я дышу прерывисто, смотрю перед собой некоторое время. Потом кручу головой и понимаю: облизывал меня кот. Красивый чёрный комочек прижимается ко мне — и я с удовольствием принимаюсь чесать его за ушком, шептать ласковые слова.

Только покашливание гадалки выдергивает меня из мыслей о том, какой красивый котик ко мне пришёл. Смотрю прямо — вижу гадалку, но подруги в комнате нет.