Наказание за желание 2

Опавшая Камелия

И теперь девочка стояла рядом с Ависоном, переминаясь с ноги на ногу и хмуро оглядываясь. Им пришлось встать в небольшую очередь и за ними пока никто не вставал.

— Регистрация товара сегодня особенно утомительна, — высокая женщина, которая была впереди гостей из Черты, была обладательницей тонкого голоса. — Столько мороки, столько мороки! Просто ужас!

— И не говори, Ашель, — согласилась с ней ее спутница. — В прошлый раз для нормальных людей была отдельная очередь, а в этот раз приходится стоять вместе со всеми! Кошмар!

Прим вздрогнула. Сглотнула слюну. Не подслушивать было сложно, особенно когда две женщины разговаривают слишком громко. Девочка отчаянно хотела вернуться домой, спрятаться за отцом, чтобы тот обнял и прижал к себе. Она даже подумала о том, что родители за ней прибудут и заберут ее из этого кошмара, но они так и не появлялись, чтобы забрать дочь, а очередь продвигалась.

В какой-то момент девочка обманулась. Она так отчаянно ждала родителей, что воображение сделало свое дело, и в женщине, что стояла к ним спиной и была в стороне от очереди, разговаривая со своим спутником, увидела маму.

— Мама… — выдохнула Прим, дернувшись в сторону, стремясь подойти к той женщине, которую приняла за свою мать из-за сходства в цвете волос и из-за того, что отчаянно хотелось избежать всего ужаса, который предстоял.

Стражник, мгновенно заметивший дернувшуюся в сторону фейри, тут же дернул её за плечо обратно, сурово посмотрев на девочку сверху вниз.

— Стой на месте, — приказал он довольно уставшим голосом. Вся эта морока с поездкой и аукционом его изрядно вымотала.

Но слушаться Прим явно была не намерена. Она вновь попыталась вырваться вперед к женщине, протянув в её сторону руку с тонкими пальчиками. Одно и тоже слово так и просилось вырваться наружу, но горло жгло огнем боли от сдерживаемых слез.

— Мама!.. — все же вскрикнула она, дергаясь в цепкой хватке стражника. — Мамочка!

Ависон презрительно фыркнул и наморщил лоб, раздосадованный тем, что мелкая девчонка перестала слушаться и привлекла внимание других участников аукциона. Он небрежно поправил манжет расшитой рубашки и сказал то, чего, в принципе, говорить пока что не собирался.

— И кого это ты зовешь? — спросил он, бросив короткий взгляд на замершую Прим. — Ты не увидишь больше своих родителей.

Перешептывающиеся между собой участники аукциона и жители Схротена с любопытством наблюдали за диковинным крылатым существом, которого обычно в городе не бывало, и рассуждали о стоимости такого лота. Ведь, никто в этом не сомневался, женские особи других рас в самом расцвете лет были весьма прекрасны. Да чего уж там — мужские особи им тоже не уступали. Так что использовать такую девчушку в будущем можно было во многих смыслах — и как прислугу в доме, и как игрушку для утех своих деловых партнеров.

— Какая необычная красота, — шепнул один из мужчин в возрасте, расчесывая пальцами смоляную бороду с проседью. Обратившись к своему собеседнику, он спросил. — Как думаешь, такие крылья могут для чего сгодиться?

— Не думаю, — ответил ему гладко выбритый представительный мужчина, что поглядывал на разыгравшееся представление с великим сомнением. — Лишь пачкаться поди могут, да и улететь на них такая особь в два раза сможет.

Что верно, то верно, но пыльца с крыльев могла не только пачкать все кругом, но знать об этом людям было не обязательно.

— Если обучить её, — зашептала женщина, прикрывшая лицо черным веером с перьями неизвестной птицы, — то можно и к главе столицы округа на званные ужины с собой брать.

— И то верно, — кивали девушки, что с благоговением слушали рассуждения той дамы.

— А если еще и танцам научить, — продолжала изливать свои мысли на развесивших уши молоденьких прислужниц женщина, — то и в Дом Тирса приглашение получить можно!

Девушки восторженно зашушукались, поглядывая на главный лот сегодняшнего аукциона. Если же и цена небольшая и целостность лота приемлемая — то и купить не грех! Так что перед самим аукционом у большинства участников уже идут подсчеты того, кто и сколько сможет выручить с этого мероприятия. Ависон против этой внезапной паники девчушки против не был — чем больше внимания к себе привлечет, тем лучше для них и будет. Только вот покорность её все равно должна быть превыше привлечения внимания, потому Груфф решил охладить пыл фейри продолжением своей неумолимой и жестокой речи:

— Встретишь их за Гранью, когда придет и твой черед идти в лапы Смерти. А пока что живи и жди удачного момента. Зря я, что ли, их на казнь отправил? Головы фейри отлично украсят ваш старый дом, где родители твои скрывали тебя. Вину свою нужно принимать и нести наказание за свои проступки. Они свою вину признали и получили сполна…

Слова второго помощника управляющего Черты заставили Прим замереть, посмотреть на грузного мужчину широко раскрытыми глазами.

— За Гранью… — эхом повторила Прим, побледнев настолько, что едва заметный зеленоватый оттенок кожи исчез. — За Гранью…

Недавно и сама девочка отправлялась в объятия смерти и уходила по дороге, но вернулась, ведомая голосом отца и нитью, что вытянула ее с той дороги. Прим смутно помнила то место, но слова Ависона заставили девчонку нервно всхлипнуть.

— За Гранью… — она задрожала. — Но они были… они были… были живы… когда меня…