Наказание за желание

Белая Камелия

— Нор, может быть я понесу Прим? — тихо спросила Микха, осторожно касаясь локтя мужчины, который четверть пути пронёс дочь на руках.

Мужчина покачал головой. Он всмотрелся в бледное, практически бескровное лицо Прим, убедился, что та дышит и вновь покачал головой.

— Не стоит, — фейри нашёл в себе силы улыбнуться.

Каждый шаг отдавал болью. Чем ближе они были к горам и темницам, тем больше отчаяние охватывало с головой, позволяя страху овладевать разумом. Мужчина боялся, что если передаст ребёнка супруге, то уже не сможет справиться с собой.

— Знаешь… хорошо, что Прим не видит всего этого… — едва слышно прошептал Нор, оглядываясь на стражников, что шли чуть позади пленников. — Наша дорога не была бы столь простой…

— Вот только у Прим… - женщина вздохнула. Она покачала головой. Фейри прекрасно знала, что сейчас Мать Природа испытывает своё дитя, проверяет, действительно ли Примула хочет жить, что готова вернуться. — Вот бы знать… что ей снится… Вот бы помочь ей сделать верный выбор…

— Ты же знаешь… нельзя… — мягко произнёс Нор, понимая, что для каждого будет свой правильный выбор. Он прекрасно осознавал, что Микха предпочла бы, чтобы дочь Ушла, когда как он сам хотел, чтобы малышка жила.

Зима в этом году, практически для всех жителей Черты, ничем не отличалась от прошлогодней: тот же пронизывающий ветер, тот же колючий снег, тот же холод.

Отличалась зима лишь для одной девочки, что сидела перед давно остывшим очагом, терла озябшие ладошки, стараясь согреть ледяные пальцы. В комнате царил беспорядок: сундуки раскрыты, все вещи вынуты и до сих пор лежат на полу, а побитые склянки неуклюже сметены в угол.

— Я забыла… Забыла… — шептала девочка потерянно, в очередной раз стараясь согреть дыханием ладони. На коленях ребёнка лежал маленький пустой коробок. Спички закончились вчера, когда она безуспешно пыталась поджечь отсыревшее полено. Прим хотела сегодня выменять хотя бы пару спичек на что-нибудь, но днем было не до того.

Маленькая фейри ушла из дома ранним утром, взяв с собой горсть сушеных яблочных долек, что должны были послужить едой на целый день.

Девочка все запасы поделила, чтобы хватило на всю зиму. Будет голодно, но она протянет до весны, а там будет легче. Обязательно будет легче. Ведь она обещала родителям быть сильной, а значит должна справиться. Весь день Примула провела в лесу: в очередной раз безуспешно пыталась найти Руа, о которой успел шепнуть отец незадолго до того, как их разлучили навсегда. Нор говорил, что его лесная подруга обязательно поможет, но девочке ещё ни разу не удавалось найти мантикору. Хищная красавица, видимо, совсем не любила холодное время года.

Поэтому, занятая поисками любимицы отца, девочка также пыталась собрать новые веточки для очага. Быть может с ними разжечь огонь будет проще, чем с сырым деревом.

Задумывалась маленькая Прим о многих вещах, ведь её жизнь круто изменилась. Лишь об одном девочка старалась не размышлять: не знала где возьмёт денег на оплату дома. Она знала, что если не сможет оплатить, то её выселят на улицу, а Прим этого совсем не хотела, и поэтому была уверена в том, что к осени требуемая сумма будет на руках.

Сейчас её больше волновали тонкие веточки, которые она собрала в лесу и которые сушились на кухне.

— Ничего, что нет горячего чая… Мне не холодно.

Но это была ложь. Прим мерзла и холод пробирал до костей, заставляя дрожать, сцепив зубы, лишь бы не стучали.

Она потрогала ледяной очаг. Маленький домик был таким же холодным. Она не догадалась утеплитель окна и щели, а крыша старой обители требовала ремонта. Раньше перед зимой родители всегда утепляли дом.

Прим в очередной раз подула на ладошки.

— Завтра будет теплее. Завтра я найду спичек. Ветки подсохнут. Я смогу разжечь огонь. И сделаю горячую воду. Я смогу. У меня получится! — она привыкла проговаривать вслух все свои мысли, ведь так ей казалось, что она одинока меньше, чем в абсолютной тишине.

Прим знала, что чай, сахар и кофе лучше приберечь для обмена, а она сама обойдётся и просто горячей водой.

Еду менять Прим не будет. У неё и так ее мало.

Девочка встала на ноги. Дошла до кровати родителей. Кровать была пуста. Одеяло она перетащила в свой уголок ещё в первые дни одиночества и жизни без Нора и Микхи.

— Спокойной ночи.

Борясь с холодом, она добрела до своей кровати, что была в подвале. Выдохнула. И перекинулась в куницу, чтобы крылья не искалечить. Она забралась под одеяла и свернулась клубком, загадывая желание, что завтра возьмет кофе, отправится на площадь и обязательно выменяет его на коробок спичек.

«Завтра будет теплее. Завтра...»