Нам не всё равно!

Глава 3. День Святого Валентина

- Руки от неё убрал!

- Ром, перестань!

- Слыш, отвали, я её первый застолбил!

- Что ты сказал? Кого ты застолбил, придурок? Она моя жена!

Удар. Еще удар…

С Днём Святого Валентина, Лерочка! Вот же…

Итог – мы все в отделении. Тор и Коршун в обезьяннике. Нормально, да? Ребята полицейские откровенно ржут вместе с нами.

- Поучить бы надо ваших защитников. Оставить до утра.

- Не надо до утра, пожалуйста! – Селена чуть не плачет.

- В честь праздника… ну, ребят?

- Это у вас праздник, а у нас вон – полна коробочка!

Да уж, это точно! Аншлаг у них тут. Все места заняты, согласно купленным билетам. И кучка заплаканных девиц, у которых слишком горячие кавалеры.

У нас с Селеной – горячие. И мы как всегда завидуем Соньке – её Да Винчи вроде бы всегда веселится вместе с нашими, но всегда так технично уходит от всех конфликтов! А эти…

Выпускают. Молча идём к машине. За руль меня, естественно, не пускают. Ну, я и не рвусь – пусть сам.

- Лер… прости!

Сколько раз за пять лет я это слышала?

«Лер, прости малыш!»

«Мышка, извини, мы тут с парнями…»

«Калерия, я же не виноват, это все Коршун, ну прости…»

«Это фанатки были, Лер, да я тут причём? Прости…»

Да нет, на самом деле он косячит редко. И он верный. В чём в чём, а в этом я точно уверена.

Самонадеянно быть может, но…

Был момент, который очень не просто оказалось пережить. Четвёртый год брака, многие говорят – кризис, да? Кризис.

Ссоры на пустом месте. Разбитые тарелки и чашки. Из бью я. Мне так легче. Да, да, вот так хватаю со стола и с размаху. Всё равно потом реву. А он обнимает и успокаивает. И мы миримся. А потом он покупает новую посуду.

Тогда одной посудой не обошлось.

Вспоминать больно, но я иногда это делаю.

Руки трясутся, сердце на стопе. Забываю, как дышать. Видео – слоу мо, разворачивает передо мной картину финала моего счастья.

Рома. На нем висит какая-то блондинка. Самозабвенно целует, обнимает, прижимается.

Это не может быть фотошоп. Это не может быть двойник.

Это что вообще?

Ромка? Рома? Ау? А как же любовь? Навсегда?

Реву тихо. Просто слезы текут.

Руку к животу прижимаю. Я ему еще не сказала. Мы… мы не то, чтобы не планировали. Нам же всего по двадцать два. Рановато. Я только окончила четвертый курс, мне хотелось еще в магистратуру. Рома на заочном, да еще и сразу в двух, и гонки!

Мы оба под завязку заняты. Когда нам ребенка воспитывать? Да, есть няни, но мне так хотелось родить и заниматься малышом самой!

А может, это и есть самое время? Институт окончен, магистратура подождет?

Правда, я еще и тест не делала. Мне хотелось, чтобы мы вместе.

И вот… блондинка!

Ненавижу блондинок! Завтра же сама перекрашусь. В синий. Буду как Мальвина. Такая же противная и злая! Или в розовый. Буду как счастливый пони…

В дверь звонят. Рома. У него есть ключи, но он всегда любит звонить, чтобы я открыла дверь. Он бы обнял меня на пороге, прижал к стене. Целовал бы долго, или даже не просто целовал. Сделал бы это дико, быстро, невероятно остро, на пределе.

Не хочу вставать, открывать. Нет сил. Он полезет с поцелуями, а я…

Трезвонит долго. И телефон тоже оживает.

«Мышка, ты не дома? Почему не открываешь?»

Странный вопрос, если я не дома. Но я дома. Пока. Может, мне уже пора вещи собирать?

Открывает сам, проходит в комнату. Я в спальне. Лежу на спине на кровати. Слезы текут, попадают в уши, это неприятно, но я не хочу двигаться. Пусть…

- Лерка, что случилось?

Ничего. Просто всё закончилось.

- Мышь… ты что?

Просто протягиваю телефон. Включаю. Пусть посмотрит. Что!

- Чёрт… блин… Говорил же…Лер, я объясню.

Качаю головой. Не надо. Поздно. Пытается обнять, но как-то неуверенно. А меня еще больше морозит. Мне хочется, чтобы уверенно! Чтобы не отпускал! Чтобы наорал на меня за то, что я верю какой-то глупости! Чтобы прижал к кровати, и…

Встаю, иду на кухню. Хочется пить.

И разбить что-нибудь…

- Лер… То есть ты вот так просто поверила в то, что я с какой-то другой? Что я изменил? Ты поверила?

Он серьёзно? А что я должна была думать?

- Просто… Извини, Лер… Ничего не хочу объяснять. Спасибо за доверие. За любовь.

Он уходит.

Уходит!

Дверью хлопает.

А у меня чашка из рук падает, вдребезги. А я не хотела её бить! Это моя любимая!

Сажусь на корточки перед ней. Реву…

Мне же нельзя! У меня… у меня, наверное, будет малыш. А я… А что я теперь буду делать, одна?

И еще… он ведь прав? Почему я сразу поверила в какую-то гадость? Почему?

Хватаю телефон, открываю видео. Смотрю на профиль той, которая мне это отправила. Вся лента в фото моего Ромки. Пара фото, где они рядом. Она прижимается, улыбается. Я понимаю, что видела её пару раз после концерта. Она просто фанатка! Фанатка, которая прорывается за кулисы, которая дружит с администраторами концертных залов. Какая-то богатенькая девочка, дочка миллиардера, которой можно всё. Она долго к нему подбиралась. И Ромка даже о ней рассказывал. Но… Всё равно это не объясняет, откуда такое откровенное видео? Зачем он дал себя целовать?

Смотрю еще раз, и еще, и еще… и понимаю, что там монтаж, очень качественная склейка. Есть объятия, движение друг к другу, есть прикосновение губами, а дальше – стоп. Повторяющийся кадр и кажется, что поцелуй длится, и длится, и длится…

А я сижу на полу на кухне и реву.

- Малыш… прости меня. Прости!

Он возвращается! Я не слышу как. Садится рядом, обнимая, прижимая так, как хочется мне.

- Лерка… любимая моя… ты… ты не поранилась? Кровь идёт…

- Нет, нет крови, это…О, Боже… нет! Я… я…

Меня накрывает паника! Откуда кровь? На ноге? Если это ребенок?

- Я не хочу потерять ребёнка!

- Какого ребёнка? – Ромка смотрит ошалело, а я не могу объяснить, плачу, икаю, снова плачу.