Нам нельзя любить

Глава 9

Романовский встаёт за кафедру и обводит глазами аудиторию. Обычно взгляд преподавателя направлен в центр, и я не боюсь быть замеченной. Но мне не понятно, что он здесь делает?

Я невольно морщусь.

– Это кто? – шепчу на ухо Арине.

– Я же тебе говорила: Лавруша взял ассистента.

– Такого молодого? – не верю я.

– Он учится в магистратуре, насколько я знаю.

– А так можно? – Я всё ещё пытаюсь найти хоть какое-то разумное объяснение тому, каким образом Эрик Романовский оказался преподом в моей группе.

– Как видишь, можно. Самостоятельно преподавать он не может, а в качестве ассистента вполне…

Ариша замолкает.

– Здравствуйте. Меня зовут Эрик Романович. – По аудитории разносится до мурашек знакомый голос, заставляя меня скривиться от названного имени. – Сегодня наша лекция будет посвящена такому важному объекту математического анализа, как определенный интеграл. Мы введём определение этого объекта, а также рассмотрим некоторые его свойства. Предпосылки для введения определенного интеграла возникли ещё в работах Ньютона. Однако наиболее полное обоснование свойств определённого интеграла было дано лишь в девятнадцатом веке Бернхардом Риманом. Забегая вперёд, отмечу, что понятие определённого интеграла было переосмыслено в конце девятнадцатого века Анри Лебегом и распространено на произвольные функциональные пространства…

Слушая музыку почти забытого голоса, я совершенно не улавливаю суть лекции. Ромыч, а это точно он, совершенно не похож на того мальчишку в простой футболке и дырявых джинсах, которого я знала. В тёмно-сером костюме он выглядит старше и, как бы не хотелось в этом признаваться, ещё красивее. Слегка выцветшие волосы находятся в идеальном беспорядке. Чуть длинноватая чёлка постоянно падает ему на лоб, и он поправляет её привычным, до боли знакомым, движением. И все мои старания забыть свою первую влюблённость летят к чертям со скоростью света, стоило мне только снова с ним столкнуться.

– Теперь поняла, почему я так торопилась? – Аринкин шёпот выводит меня из состояния транса. – В следующий раз, когда говорят тебе: «Шевели ножками» – надо слушаться!

И я только сейчас обращаю внимание, что первые два ряда оккупированы исключительно девушками. Всё остаётся неизменным: Романовский, будь он хоть Ромой, хоть Эриком, магнитом притягивает к себе внимание. Нисколько не удивлюсь, если посещаемость на его лекциях поднимется до стопроцентной. Только вот интересно, это отразится как-то на результатах или нет?

– Ну? И как он тебе? – Пристаёт Арина с вопросом, стоит только Романовскому объявить перерыв.

– Не знаю, – отвечаю, пожимая плечами.

– Так я тебе и поверила! Всю лекцию глаз с него не сводила, – усмехается подруга. – А по мне, так он просто красавчик!

Вот как объяснить ей, что всё не так просто.

– Что, даже Белоусов померк? – Не могу не подколоть подругу, зная её тайную симпатию.

Даниил окружён своими поклонницами, и я уверена, что сейчас он нас не слышит. А Эрик, кстати, успел ретироваться из аудитории, иначе его бы тоже облепили.

– Дарина, ты прикалываешься?! Где Белоусов и где наш препод?! А имя-то какое! Эрик… – кайфует Арина.

Которое своему владельцу почему-то не нравится. Но вслух я этого не говорю. Когда я отказалась называть Арину другим именем, то мне пришлось объяснить ей причину. Но по какой-то внутренней интуиции, я не назвала имени Эрика. И сейчас этому безумно рада. Иначе Родионовой не составило бы никакого труда, понять, кто есть кто, а мне это совершенно не нужно.

– Он – ассистент. – Опускаю подругу с небес на землю. – А значит, не будет преподавать постоянно.

По крайней мере именно на это я надеюсь. А ещё надеюсь на то, что в такой аудитории он меня не заметит. Или хотя бы сделает вид, что мы не знакомы.

– Что значит «померк Белоусов»? – Возле нас материализуется Даниил.

– Тебе послышалось, – принимается успокаивать его Арина.

Мне бы сейчас их проблемы!

Второй академический час проходит более спокойно. Я совершенно не поднимаю глаз от конспекта, в который даже что-то записала, и изо всех сил стараюсь сосредоточиться на материале. И мне это почти удаётся. Но ближе к концу лекции не выдерживаю и снова устремляю взгляд на Эрика. Как же я по нему скучала!

– Вопросы будут? – спрашивает он у аудитории и вдруг поворачивается в мою сторону.

Цепенею и не успеваю опустить лицо. Оказывается, Белоусов поднял руку, привлекая к себе внимание. Обычно Даниил задаёт интересные вопросы. Но сейчас я абсолютно не слышу, о чём он спрашивает, и что отвечает ему Эрик. В ушах набатом стучит кровь, заглушая стук моего сердца, а я никак не могу разорвать зрительный контакт с Романовским. Сомнений, что он меня увидел и узнал, не остаётся. И я ума не приложу, как теперь себя с ним вести.

Эрик

Предложение Аркадия Лаврентьевича пойти к нему ассистентом и радовало, и пугало. С одной стороны, это возможность попробовать свои силы в преподавательской сфере, а с другой – огромная ответственность. Не скажу, чтобы я сильно волновался. Но сомнения, что меня просто не будут слушать, были. Однако они быстро рассеялись уже после первых минут лекции. Оказывается, всё-таки не так страшен чёрт…

– К следующему занятию вы должны знать: само определение определённого интеграла, его свойства, теорему существования определённого интеграла и его геометрический смысл. Контрольные вопросы и задачи для самостоятельного решения помогут вам в подготовке. Вопросы будут?

На первые два ряда можно даже не смотреть. Никогда не понимал, что может привлекать девушек в точных науках? Замечаю высоко поднятую руку справа, перевожу взгляд и… застываю на месте, уставившись на знакомое лицо. Рядом с молодым человеком, решившим задать вопрос, сидит Дарина. Ошибки быть не может – это она. И моё внимание на самый край их ряда явно застало её врасплох. Я бы и не посмотрел туда, если бы не поднятая рука. Дарина тоже не отводит испуганные глаза. Мы как два загипнотизированных объекта не можем отступиться от заданной программы.