Напарники

Напарники

Крепость «Единства Многих», как и крепости других гильдий, стояла далеко за пределами Невервинтера. Окруженная рвом, она могла вместить в себя небольшое поселение и долгое время успешно обороняться. Сейчас же ворота, что открывались на все четыре стороны, не запирали даже на ночь. Вместо этого дозор держала стража.

О том, что время мирное, говорили и занятия жителей крепости: торговцы зазывали, свободная от дозора стража тренировалась, крестьяне занимались своими повседневными делами. Тепло и безмятежно. Цену этого спокойствия знали все, ведь гильдийцы каждый день уходили в рейды, пополняя запасы у тех самых купцов, а вечерами возвращались в таверны к тем самым крестьянам. Праздновать победы, оплакивать потери.

Иногда, на большие праздники, гильдия устраивала пышные пиры в самом главном зале крепости. Войти туда мог любой желающий. Столы ломились от яств, в глазах рябило от украшений, а какой гвалт стоял в такие вечера!

Сейчас зал был пуст. Не было праздничной мишуры и угощений, только голые столы и стулья, да безмолвные статуи львов у основания двух лестниц. На лапе одного из них сидела темная эльфийка. Ее белоснежные волосы были коротко и неровно острижены, открывая заостренные уши. Миловидное лицо, как и у всех эльфов, темная кожа, небольшой рост. Даже в своем латном доспехе девушка выглядела изящной.

Эльфийка методично полировала короткий меч, а рядом лежала булава. Щит стоял прислоненный к подножию статуи. По залу эхом прокатывался шелест металла под точилом. Она остановилась и подняла клинок, придирчиво разглядывая свое отражение в нем.

– Яри? – раздался мужской голос, и девушка перевела взгляд с меча на говорившего.

– Я, – кивнула она незнакомцу.

– Бахамут, – представился мужчина и приблизился, разглядывая ее с ног до головы, – Нас в рейд поставили вместе сегодня.

Она не осталась в долгу и демонстративно скользнула взглядом по напарнику. Над плечом Бахамута висела сфера, выдавая в нем мага. Седые волосы, синие татуировки на лице, россыпь пятен по коже, короткий нос и очень внимательные голубые глаза. «Гит» – констатировала сама про себя Яри и продолжила осмотр. На мужчине был полный доспех зачарованного льда, который в неярком освещении зала заманчиво поблескивал. Недолго думая, девушка соскользнула с лапы льва, приблизилась к Бахамуту и тронула пластины на его груди.

Гит приподнял вопросительно бровь, но вместо ответа Яри покивала головой каким-то своим мыслям, похлопала его по плечу и вернулась к статуе, чтобы поднять щит. Легким движением он был водружен на спину, меч отправился в ножны справа, а булава на пояс слева.

– Я готова.

– Ты всегда так многословна?

– Да, – эльфийка очаровательно улыбнулась и прошагала мимо гита к выходу.

Он догнал ее уже на улице. Дроу восседала на своем ездовом медведе, щурясь на солнце. Завидев Бахамута, она несильно ударила пятками по бокам зверя, и тот послушно припустил вперед. Мужчине ничего не оставалось, кроме как призвать своего скакуна и спешно нагонять воительницу.

Косолапый медведь под Яри казался еще более неуклюжим на фоне своей наездницы. Он бежал, потряхивая грузной головой, а эльфийка сидела на нем с видом королевы, непоколебимая в своей стати. Когда Бахамуту сказали, что с ним пойдет паладин, то он представил себе бородатого адепта Строгвара, что выше его ростом и косой саженью в плечах. У Яри не было ничего из перечисленного, разве что она действительно принесла клятву тому самому богу. Как эта девочка собиралась исполнять свои обязанности, гит плохо представлял: даже доспех у девушки был женственным. От мысли, что Яри будет его щитом, Бахамута перекосило: «Ладно. Справлюсь за двоих.»

В первой же стычке маг просто разметал всех врагов, не скупясь на запасы источника. Во второй поступил точно так же и заработал очень внимательный взгляд от эльфийки. Когда все повторилось в третий раз, Яри догнала Бахамута, преградила дорогу своим медведем и ткнула пальцем в грудь мужчины:

– Я паладин. Я щит. Не ты, – от ее плохо сдерживаемой злости в воздухе едва не искрило.

– Радовалась бы, – гит убрал руку девушки от себя, а сам отвел глаза.

– Чему? – сказано было насмешливо, и все же мужчина понял, что задел девушку за живое.

– Хорошо. Извини, – он поднял руки, словно собрался сдаться.

Вместо ответа дроу развернула медведя и продолжила путь. Она явно не поверила в искренность его извинений.

Яри не для вида носила свои доспехи и оружие. Маг смог убедиться в этом буквально на следующем повороте, когда на них напала стая волков. Не дожидаясь гита, эльфийка влетела в толпу и скрылась за серыми телами; только вспыхнувшее золотое поле говорило о том, что с ней все в порядке. В этот раз Бахамут не геройствовал, но и не стал испытывать прочность напарницы. Он был удивлен и недоволен. Его защищала девочка. Утешала мысль, что он Яри нужен больше, чем она ему.

После полудня солнце стало греть значительно сильнее. Они остановились на привал, и Яри сразу скрылась в тени ближайшего дерева. Бахамут проследовал за ней.

– Что? – она одним взглядом остановила его.

– С тобой все в порядке? – мужчина сделал вид, что не заметил агрессии в голосе.

– Я дроу. Отдыхаю глазами, – девушка тоже сбавила тон и прикрыла глаза, показывая, что не настроена на беседы.

– Почему тогда не носишь шлем? – маг уселся напротив и принялся разводить костерок из близлежащих веточек.

– Обзор меньше, – она дернула плечом, будто отталкивая навязчивую мысль.

– Ладно, – согласился Бахамут и замолчал сам.

Сначала он просто хотел прекратить диалог, которого не сильно хотели оба, но после ответа про шлем, гит решил дать напарнице отдохнуть. Расчет был на то, что Яри успела устать и в спокойной обстановке должна уснуть.

«Или что там обычно делают эльфы?»

Девушка действительно через некоторое время задышала размеренно, а с лица сошло напряженное выражение. В таком состоянии она казалась еще более юной. Бахамут старался не задерживать надолго взгляд на Яри, и все же раз за разом возвращался, ломая голову над мыслью о ее возрасте.