Нарцисс и Лучик

2.4

Вердикт был вынесен. Боги с болью в глазах посмотрели на Велеса, но сказать ничего не посмели. Велес был дорог каждому, кто стоял здесь, он многое сделал для жизни во всех трех мирах. Но они были рады, что наказанием было лишь временное изгнании. Они верили в силу Велеса, знали, что ему удастся быстро заслужить возвращение. Все приняли решение Перуна и не стали возражать и обсуждать его решение, как и велел Белобог.

Перун, снова взглянул на того, с кем он рос, учился жить, быть мужчиной. На того, кто помогал ему строить дом для семьи, посадить сад, с кем они вместе защищались от неприятелей и оберегали от них своих родных. Ему было сложно поверить в то, что все так глупо и жестоко обернулось. Он не хотел его знать таким, каким он себя показал. Он хотел, чтобы Велес, всегда оставался тем Велесом, кому можно было доверить самое дорогое, точно зная, что он вернет его в целости и сохранности.

— Все ошибаются, Перун, — Перун не заметил, как к нему подошел Белобог, пока тот не прикоснулся к его плечу — Это не страшно, страшно не исправить ошибку. Не кори себя за то, что ты сделал. Решив отправить его к людям, ты дал ему уйму возможностей исправиться и совершенствоваться. Он справится и снова вернется твоим другом.

Все боги разошлись, оставив Перуна и Велеса наедине. Велесу было больно смотреть на разочарованного друга. Он не жалел о том, что сделал с Дивой-додолой. Они считал, что этот день был самым лучшим в его бесконечной жизни. Он жалел лишь о том, что причинил такую боль, своему лучшему другу. Но он все же не опустил взгляд и, найдя в себе силы для слов, произнес:

— Прости меня, я не хотел, чтобы ты это испытал.

Перун горько выдохнул, и недолго подумав, все же, подошел к нему и поднял своего товарища с колен.

— Да будет светлым твой путь, Велес. Желаю удачи, — они смотрели друг друга, блестящими от слез глазами. Перун ещё не простил его, но и не хотел, чтобы Велес уходил с таким тяжелым грузом на сердце. В последний раз обняв своего друга, Перун покинул его.

Лучик и Нарцисс, видевшие все, что происходит, услышав приговор облегченно выдохнули, радуясь тому, что он уходит не навсегда.

— Всего лишь в третий мир, там не должно быть опасно... И он вернется. Это очень хорошо, — заключил Лучик.

— А где это?

— Ниже Нави.

— Ниже Нави что-то есть? — удивленно спросила Нарцисс, вспомнив, как один раз, вместе с Лучиком и Хорсом решили встретить Велеса, ушедшего в мир Нави по поручению, и долго спускались вниз по темной, страшной и, казалось, бесконечной лестнице, что вела к двери, открыть которую Хорс отказался, сказав, что это слишком опасно. Они ждали Велеса недолго. Он пришел грязный, весь в порванной одежде, уставший, но довольный. Дети так и не поняли, что с ним случилось, но были безмерно рады, когда он вызвался протащить их обратно по лестнице на руках.

— Да, Навь - только второй по счету мир. Третий - ниже.

— А кто там живет?

— Смертные.

Нарцисс не была удовлетворена ответом, поэтому выжидающе посмотрела на мальчика, требуя объяснений.

— Ну... Смертные... Это те, которые умирают... — словом "умирают", Лучик не пролил свет на слово "смертные", потому что ни то, ни другое практически не существовало в Ирие и девочке было не понятно, о чем он говорит — Ладно, представь, что ты упала с дерева и твои раны не зажили, твоё тело не выдержало и больше не может поддерживать твою жизнь. И твоя душа уже не может жить в этом мире. потому что не может видеть, слышать, говорить, питаться. Людям из третьего мира приходится все время сталкиваться со смертью.

— А куда они потом идут после того, как их тело сломалось?

— Не знаю... Этим занимаются старшие Боги, со мной таким не делятся.

— А Велес знает?

— Велес знает всё, — уверенно заявил мальчик.

— Тогда идем к нему, попрощаемся, — произнесла Нарцисс, и не дожидаясь Лучика, одним рывком спрыгнула с дерева и побежала к Велесу через поляну. Велес так и не сдвинулся с места, оставшись в одиночестве со своими мыслями, которые пытались построить примерную картину того, как будет проходить его дальнейшая жизнь, что ему делать и как вернуться. Но будущее его, казалось, было покрыто тьмой неизвестности, оттого представлялось ему весьма печальным. Он задумчиво погладил свою бороду, выдохнул и решил отправиться домой подготовиться к уходу. Велес был одинок, потеряв Диву-Додолу, он так и не смог впустить в свое сердце кого-нибудь другого. У него не было семьи, поэтому и оплакивать его уход было некому. Были лишь друзья и соседи, которые искренне ему сопереживали, но и их сейчас не было рядом. Он мог только догадываться о том, как сильно мир смертных изменился с его последнего визита и изменился ли он вообще, вспомнил все, что он о нем знает, пытался хотя бы мысленно себя подготовить к тому, что его ожидает. Он размышлял так же о том, с какими опасностями ему придется столкнуться, будучи лишенным своей божественной силы, с чем придется работать, с кем жить и чему учиться.

— Велес! — окликнула его девочка откуда-то далеко, отвлекая от размышлений. Он обернулся, оглянулся по сторонам и увидел детей, которые бежали к нему на перегонки. Лучик, что спрыгнул с дерева позже, догнал и, даже значительно обогнал Нарцисс. А девочка, поняв, что догнать его уже не получится, и она проиграет, перестала бежать, сделав вид, будто победа ей вовсе не нужна. Лучик подбежал к Велесу и кинулся в объятья, чтобы было проще остановиться, и обернулся к девочке, что ленивыми шагами подходила к ним. Лучик не почувствовал себя победителем. Нарцисс это знала и была собой довольна.