Нарцисс и Лучик

12.1

Навь.

— А вот так вот умеешь? — спросила девушка, пытаясь перелесть через невысокий забор, за которым росла земляника, но ей сильно мешал выпирающий живот.

— Ягая, перестань! Ты беременна! — воскликнула Нарцисс, желая её остановить, но молодую, горячую кровь в девушке было не успокоить. Ягая не смогла как следует ухватиться за края деревянного забора и подтянуться на них, так как стала значительно тяжелее, чем была когда-то. Все силы её стали уходить на обычные движения: встать, сесть, ходить, нагнуться и это её сильно раздражало. Она тяжело дыша отпустила забор и отошла от него. Нарцисс смотрела на неё с сочувствием.

— Да когда ж ты уже вылезешь оттуда?! — возмутилась Ягая легко стукнув себя по животу. Нарцисс было интересно наблюдать за беременной Ягаей. Ей было любопытно смотреть за тем, как растет и шевелелится её живот. Когда Марена объясняла, что в животе у Ягаи растет мальчик, она всеми силами пыталась представить, какого ему там живется. Ей самой, появившейся из цветка, сложно было понять какого это, быть в утробе матери. Это печалило её. Когда рядом был Луч, ей было некогда думать о таких вещах, но сейчас, видя Ягаю перед собой, она невольно воображала и себя беременной и краснела, когда вспоминала, что нужно сделать, чтобы этой беременной стать. Ягая вдруг громко выдохнула, смешно расставив ноги, и с испугом посмотрев вниз. Нарцисс глянула на её ноги и увидела, что они промокли. Девочка удивилась. Неужели и взрослые могут случайно помочиться в штаны?

— Нара, Нарочка, похоже, началось! — испуганно воскликнула Ягая. Нарцисс, до сих пор не привыкшая к своему новому, укороченному имени, которая придумала для неё девушка, странно на неё посмотрела, не понимая, что "началось", — Зови скорее повитух! Скорее, я рожаю!

Нарцисс заволновалась, на миг опешила, не зная куда себя деть. Не оставлять же её здесь одну!

— Сейчас! Я сейчас! — только и сказала она и побежала к её дому, по пути крича всем, чтобы услышали, — Рожает! Ягая рожает! Она там! Скорее, помогите!

Услышавшие девочку, братья Ягаи всполошились и как один, выбежали из дома рванулись к своей сестренке. Нарцисс, незнавшая ни одну повитуху просто побежала к Марене, уверенная в том, что она уж точно поможет.

— Нарцисс! — позвали её за спиной. Девочка обернулась, тяжело дыша взглянула на свою мать, — Что случилось? — спросила Агнея встревоженно, подойдя к девочке. Богиня была не одна, её сопровождали пара девиц, видимо помогавшие ей в делах. Нарцисс выглядела испуганно.

— Ягая... Она рожает!

— Не рановато ли ещё? — спросила она скорее себя, чем Нарцисс, и не дожидаясь ответа, поручила девицам как можно скорее подготовить бани к родам.

— Почему бани? — удивилась Нарцисс, — Там ведь моются!

— Баню быстрее начистить можно, чем комнату. Там не пыльно, тепло и воздух подходящий, — быстро объяснила Агнея и зашагала в сторону дома, где они временно жили. Нарцисс, слушая её, последовала за ней, забыв о том, что хотела рассказать о родах Маре. Агнея набрала в сундуке чистых тканей и стала прямо руками рвать их, деля на маленькие кусочки. А Нарцисс начала эти кусочки аккуратно складывать.

— А мне можно будет посмотреть? — спросила Нарцисс. Агнея даже думать не стала - сразу отказала, но девочка на это обижалась не долго, так как через некоторое время, во дворе послышались крики страдающей первородки. Девочка поняла, что зрелище будет не для её глаз.

Ягаю братья на руках понесли сначала в дом, уложили в постель, чтобы потом перенести в баню, которую готовят для появления малыша. Она кричала так, словно хотела, чтобы Велес в Яви услышал, на что женщины, возившиеся в бане, и, не раз рожавшие, посмеивались и перешептывались. Девушка не смогла лежать, боль заставляла её двигаться: встать, ходить, нагнуться, в поисках той позы, где ей меньше всего больно, но и это помогало ненадолго. Она стонала, выла, кричала и затихала. Боль отсупала, словно давая ей отдышаться, но затем возвращалась с новой силой, мучая её сильнее и дольше. Семеро братьев собрались вокруг неё, переживая, не зная, чем помочь и, раздражая сестру своим присутствием.

— Уйдите вон! Ох, Боженьки, дайте мне сил! Оставьте меня! — кричала она, когда от толпы бесполезных мужчин стало мало места и воздуха. Парни испугались, спешно покинули комнату.

— Ох, Велес, попадись мне только. Отхватишь ты у меня, за мучения сестрицы! — возмутился один из братьев.

— Не успеешь, я сам прерву хваленную бесконечную жизнь гада! — поддержал его второй.

— Попляшет он у нас ещё, пусть только вернется!