Нарцисс и Лучик

12.2

Нарцисс, несшая, по просьбе Агнеи, охапку чистых тряпок и чистую белую рубаху к Ягае, услышала угрозы мужчин, и ей стало страшно за Велеса. Она зашла в дом и встретила измученную Ягаю, которая перестала кричать. Видимо, схватки слегка отступили. Подумать только, ещё утром она чуть ли не бегала с ней в припрыжку, а сейчас корчится от боли!

— Ты сказала повитухе? — спросила Ягая девочку.

— Я рассказала Агнее, она велела баню для родов приготовить, и сама туда отправилась, чтобы все самой проверить, — ответила Нарцисс и положила на кровать, то что принесла, затем подошла к Ягае и помогла снять промокшие льняные штанишки, — Я платье принесла - надо переодеться. Ты знала, что рожать в бане будешь? Это разве не странно?

— Что ж тут странного-то? Все ж там рожают... Ох, холера, снова начинается!... — застонала она, но разговор старалась не прерывать, и, хрипя, продолжила, — В доме пыль...Ох!... Заразу какую подхватить можно... Меня мать и вовсе на сеновале родила... Одна родила... Боже, мамочка, прости меня глупую, не знала, через что ты восемь раз прошла!

Нарцисс аккуратно сняла с неё грязную рубаху и помогла надеть чистую, белую, стараясь не смотреть на пухлые груди, которые уже были полны молока, и огромный вздувшийся живот, в котором теснился ребенок и вытолкнул пупок Ягаи вперед, словно от этого в утробе места станет больше. Вскоре подоспела Агнея и с улыбкой взглянула на Ягаю. Девушка попыталась выпрямиться, не желая показывать себя перед Богиней в таком виде.

— Не церемонься, милая. Я приму твоего малыша сама. Баня уже готова, и ты, я вижу, тоже?

— Да, Агнея, готова. Правда, знать бы к чему.

Нарцисс и Агнея улыбнулись ей.

— Стать матерью, конечно. Нарцисс, спасибо, вступай, поиграй в саду с Ирис. Тебе рано такое видеть, — сказала Агнея и подойдя к Ягае, взяла её под руку и повела её из дома к бане, — Велес будет рад, наконец-то, стать отцом. Долго же он был один. Ты скрасила собой его серые дни, Ягая, а малыш скрасит их ещё ярче. Уже придумала для него имя?

— Трояном зваться будет. Приснилось мне имя.

Нарцисс проводила их только до входа в баню, а потому не услышала, что сказала Агнея ей в ответ. Девочке было жаль свою новую подругу, которая за все эти месяцы, прожитые в Нави, успела ей полюбиться своим горячим и бесстрашным. Нарцисс хотелось быть такой же как она.

Оставшись одной, ей не захотелось идти к Ирис, как велела ей Агнея, она пошла к реке, спустилась к берегу, и села меж камышей. Уже давно уставшая плакать по Лучику, она грустно подняла глаза к небу. Он сейчас где-то там далеко и высоко, над пушистыми, темными облаками, которые нагнал злой ветер над её головой. Он наверное кушает сейчас. Нарцисс очень надеялась, что Лучику не грустно, ведь рядом с ним не было ни её, ни матери, ни отца, ни, даже, ночных братьев! Легкий ветер, заставший со спины, взъерошил её распущенные темные волосы, откинув их вперед, и, смешно закрыв её лицо. Нарцисс ещё не доконца привыкла к своему новому облику. Как и обещала, Марена сшила для неё удобное черное платьишко без рукавов, которое девочка надевала поверх своей излюбленной мужской рубахи. Платье было коротенькое, легкое, потому не мешало ей бегать и играть. Волосы ей теперь заплетала Марена, и только перед сном, чтобы к утру распустить и радоваться получившимся за ночь локонам. Интересно, что Лучик скажет, когда увидит её такую красивую? А может у него уже появилась другая красивая подруга и он совсем-совсем по ней не скучает?

Её размышления прервал всплеск воды недалеко от неё. По ту сторону берега Басилевс после работы в саду снова пришел освежиться в реке. Нарцисс не первый раз его ловила за купанием и сейчас наблюдала за ним без особого интереса. Уверенный, что здесь его никто не побеспокоит, он раздевался до гола и входил в холодную воду. А девочка, уверенная, что её никто за это не поругает, потому что не узнает, изучила каждый уголок его тела и даже то место, которое уже перестало её смущать. Лучик говорил, что оттуда выходит семя и, что люди занимаются совокуплением ради удовольствия, неужели это действительно так приятно?

Надо было спросить у Ягаи, да стыдно было как-то.