Нарцисс и Незабудка

Глава 4

Миранда любила тихую сельскую жизнь за её простоту, за отсутствие лондонских условностей. Взять хотя бы прогулки в одиночестве: разве подобное возможно в Лондоне? А здесь никому не казалось странным, что юная леди путешествует одна между поместьями. И леди Эттвуд наслаждалась каждой минутой свободы, ведь всего через день предстояло трястись на пыльных дорогах.

Конец апреля выдался удивительно тёплым, да и дождей не было уже целую неделю. В прошлом году никто бы не решился выйти из дому в лёгкой одежде, а сейчас простого платья было вполне достаточно, чтобы чувствовать себя комфортно. Полуденное солнце радовало теплом, и Миранда с радостью подставляла ему своё бледное лицо. Чем дальше она отходила от фамильного дома Честертонов, тем легче ей становилось. Присутствие Нэйтена всегда будоражило её, когда он находился рядом, ей всегда было неспокойно. Весь прошлый сезон ей казалось, что она чувствовала на себе взгляд маркиза, но стоило ей поднять глаза, как выяснялось, что он и не смотрел в её сторону.

Подул ветер, и Миранда пожалела, что не взяла с собой шаль. В конце концов, до лета оставался ещё целый месяц и не стоило доверять обманчивому весеннему теплу. Вдали показался родной дом, и Миранда ускорила шаг. Она не волновалась, что её отругают за опоздание, но дражайшая матушка всегда чересчур сильно переживала, когда единственная дочь задерживалась. Особенно после того, что случилось с Ником и когда рядом не было отца.

По ступенькам Миранда уже взбегала, понимая, что вот-вот мама устроит истерику, – в окне стояла взволнованная Мод и отчаянно махала руками. Старая горничная прислуживала ещё матери леди Кэтрин, а затем перебралась в дом Эттвудов, когда прежней госпожи не стало. И как-то так вышло, что стала кем-то вроде члена семьи. Когда Миранда была совсем маленькой, называла Мод нянюшкой и требовала, чтобы именно она читала ей сказки на ночь.

– Леди Миранда, ну что же Вы? – заломив руки, встретила её горничная.

– Уже всхлипывает или пока только носом шмыгает? – остановившись, уточнила пропажа.

– Всхлипывает! – Старая Мод готова была сама разрыдаться.

– Чёрт! – еле слышно выругалась девушка и, закусив губу, бросилась вверх по главной лестнице.

Ковёр смягчал стук каблучков, и почти ничего не нарушало тишину дома. Все знали, что леди Кэтрин в дневное время очень чувствительна к резким звукам. Весь прошлый сезон Миранду в Лондоне иногда сопровождал Дэвид, выполняя обязанности матери, но чаще эту роль на себя брала тётушка Маргарет, мамина кузина. Она недавно овдовела и в тридцать четыре года получила более чем приличное наследство от обожавшего её престарелого мужа. Тот предпочитал затворническую жизнь в деревенской глуши, но всегда преспокойно отпускал супругу в столицу, чтобы та могла как следует развеяться. Леди Маргарет искренне скорбела по почившему супругу, но отказываться от его даров не собиралась, а потому при первой же возможности сорвалась в Лондон и уже там развернулась на полную. Своих детей у неё не было, и она с удовольствием взялась опекать двоюродную племянницу.

Добравшись до покоев матери, Миранда тихонько постучала.

– Войдите! – в дрожащем голосе уже слышались слёзы.

– Мама, прости, пожалуйста! – Девушка подбежала к стоявшей у окна красивой женщине в коричневом домашнем платье. Его простота нисколько не умаляла очарования графини. – Я совсем чуточку задержалась!

– Мири, милая моя! Я так беспокоилась! Почему ты так долго?

В ярко-голубых, как и у дочери, глазах леди Кэтрин стояли слёзы, а в руках она держала платочек, отороченный кружевом. Миранда вновь почувствовала себя нашкодившим ребёнком, заставившим переживать мать из-за пустяков. Впрочем, это чувство длилось недолго.

– Дело в том, мама, что приехал Нэйт, ещё и друга с собой привёз…

– Нэйтен? – оживилась леди Кэтрин. – Как поживает этот милый мальчик?

Миранда поперхнулась воздухом. Милый мальчик?! Нэйтен?!

– Всё в порядке, мама.

– Как они с Ником хорошо дружили… – Она уставилась в окно, из которого открывался чудесный вид на зелёные поля. Три гигантских дуба, словно три стража, охраняли владения Эттвудов. Они выделялись в любую погоду, и не давали заплутать даже в сильные снега. – Помнишь, как ты совсем малышкой бегала за ними? Ты ещё говорила, что обязательно выйдешь за Нэйтена, когда вырастешь.

– Помню, мама, помню.

Миранда предпочла бы об этом забыть, но родственники с завидным упорством напоминали ей о постыдном прошлом. Тогда никто всерьёз не думал о том, что младший Честертон может когда-нибудь забрать их маленькую девочку, ведь ему не полагались ни титул, ни семейные богатства. Разве что нашёлся бы какой-нибудь богатый дядюшка, но всех богатых дядюшек уже давным-давно расхватали. Позднее стало очевидным, что подросшая Миранда и возмужавший Нэйтен не то чтобы на дух друг друга не переносили, но уж точно недолюбливали. Если граф Эттвуд и рассматривал кандидатуру новоявленного маркиза себе в зятья, то очень быстро отказался от этой идеи. Дэвид же с самого начала говорил, что из их союза ничего не выйдет.

И только леди Кэтрин продолжала питать какие-то иллюзии на этот счёт.

Весь оставшийся день прошёл в подготовке к отъезду. Отец и Дэвид ещё неделю назад уехали в Лондон, чтобы подготовить городской дом к приезду дам. Необходимые на первое время вещи давно были собраны. Их оказалось совсем немного, ведь требовались совершенно новые наряды и только по самому последнему писку моды. Граф Эттвуд никогда не скупился «на булавки», поэтому о деньгах беспокоиться не стоило. И всё равно обе леди были заняты до самого вечера – проверяли, чтобы всё было готово к их долгому отсутствию. Если повезёт, то вскоре юная леди Эттвуд войдёт хозяйкой в совсем другой дом.