Нарисованная любовь

Глава 27

— Дженни, ко мне подходил Артур. Зачем ты это делаешь?- Эдвин смотрел спокойно и серьёзно.

— Что ты сказал ему?

-То, что и должен был: нужно дождаться твоего отца, потому что это очень серьезное дело.- Эдвин помолчал, потом тихо спросил: — Ты согласишься?

— Жду — не дождусь!

— Не делай этого.

— А что мне делать? У меня есть выбор?

— Ты любишь его?

— Да! — с вызовом ответила Дженни.- Но еще больше я люблю тебя, если ты ещё не понял. Я с ума схожу от любви к тебе, а его я люблю спокойно. Что мне дает любовь к тебе? Я всегда буду гореть, совершать безумные поступки, а видеть лишь отчуждение на твоём лице. Вот оно и сейчас у тебя такое.

— А как по-другому?

— Никак. Видишь, у нас одни вопросы. Это — судьба, не поборешься. Ты должен меня отпустить. Скажи завтра Артуру, что мы все обсудили, и ты согласен.

— Нет, — тихо сказал Эдвин.

— Я тебя прошу.

— Из моих рук он тебя не получит.

— Это просто высокие слова. А жизни не до высоких свершений, её надо выдержать. Отпусти.

Дженни подошла совсем близко.

— Хочешь, я стану на колени?

Лицо у Эдвина задрожало.

— Прекрати играть! Это очень жестоко. Уходи!

-Я напишу папе, чтобы он приезжал немедленно! — прокричала Дженни в лицо Эдвину.

— Что за шум? — в комнату вошла Анетта.

Дженни вспыхнула и мимо неё выбежала прочь.

Эдвин постарался говорить спокойно.

— Ко мне подходил Артур Брегг, просил руки Дженни. Разве у меня есть право решать такое? А Дженни не терпится.

— Мне не нравится это, — подумав, сказала Анетта.- Помнишь, ходили слухи… Да и Дженни так хочется любить, не спутала бы она настоящее чувство с желанием. Как ты думаешь? Твой отец и ты всегда знали её мысли. Может это быть любовью?

— Я ничего не могу сказать. Она повзрослела, у неё появились секреты.

— Пойду, поговорю с ней. Нельзя, чтобы она замкнулась.

Анетта вышла, а Эдвин долго стоял с закрытыми глазами, сжимая кулаки.

Анетта вошла в комнату Дженни, подсела к ней, обняла.

— Ну, что случилось? Зачем вся эта суматоха?

— Я хочу выйти замуж.

— А можно уточнить: ты хочешь замуж или чтобы Артур всегда был рядом?

— Я хочу замуж за Артура, если нужно объяснять подробнее. Не понимаю, почему вы пытаетесь отговорить меня? Тебя же никто не отговаривал, когда ты влюбилась, — со злостью проговорила Дженни.

— Когда я влюбилась, я пела от счастья. Мне хотелось всех вокруг сделать такими же счастливыми, а ты почему-то устраиваешь сцены. Я думаю, что-то происходит. Мне это не нравится. Скажи мне правду.

Дженни вскочила.

— Уверяю, правда тебе понравится еще меньше. Я сегодня же напишу папе! — она ринулась к выходу.

— А ну, стой! — поднялась Анетта. В ее голосе послышались те нотки, с помощью которых она — мягкая и веселая — управляла огромным имением, и все слушались беспрекословно.- Знаешь, Дженни, я могла подозревать тебя в чём угодно, только не в эгоизме. Сейчас ты думаешь только о себе. Отец всю жизнь прожил в нашем имении, у него были только мы и заботы. И вот впервые он с друзьями выбрался в гости, в путешествие, на отдых — назови, как хочешь, и попадешь в точку. Ты забыла, какие он присылает письма? Как доволен поездкой? Еще раз он вряд ли выберется. И вдруг ему надо всё бросать из-за великого события — дочь срочно влюбилась! Влюбилась — люби. Жди встреч, наслаждайся ожиданием. Это такое прекрасное время, самое желанное для любой девушки. Я не разрешаю беспокоить отца! А тебе советую просто хорошенько подумать о своем поведении. Найди в себе причину раздора. Если что-то не так, попытайся исправить. Я очень хочу видеть тебя счастливой.

Анетта обошла Дженни и прикрыла за собой дверь

Дженни еще была на взводе и еле сдержалась, чтобы не крикнуть вслед:

— А я не могу быть счастливой без Эдвина!

Она несколько раз повторила это про себя, как заученный урок, впрочем, всё неуверенней и неуверенней. Потом села на кровать и задумалась.

Зачем она устраивает истерики? А ведь считает себя разумной серьезной девушкой.

Как бы она не злилась, не рвалась, Эдвин никогда не будет с ней. Так решила жизнь.

Дженни заплакала, ясно осознавая это. Зачем он целовал ее, зачем научил любить так неистово? И бывает ли такая любовь вечно или это только мгновение, и таким оно получилось, потому что его украли? Никогда, никогда она больше не повторит подобного, чтобы быть уверенной: такое бывает лишь раз! У нее — было. Значит, больше ждать нечего. Остается довольствоваться повседневной любовью, уверенной, ровной, предсказуемой. Значит, остается Артур.

Интересно, а какой любви от Дженни ждет он? Скорее всего, его сокровенное единственное мгновение осталось с Алисией. Значит, они равны в любовных ожиданиях! И с этим надо жить.