Нарисованная любовь

Глава 39

Когда Хелен сообщили, что приехал Джон Смит, она очень удивилась.

— Кто? — Тут она нахмурилась и высказала горничной, словно та была виновна в случившемся.- Я не получала уведомлений о визите. И эта беспардонность врываться без предварительной договоренности мне совсем не нравится, милочка. Недопустимо!

— Я скажу, что вы не принимаете.

— Только так! Впрочем, подожди. Если они не имеют понятие, что такое хороший тон, мы не должны уподобляться им. Что сказал этот мистер Смит?

— Сказал: прошу передать, что очень хочу видеть хозяйку этого дома,- ответила горничная.

— Мало ли, что очень… Ну, пригласи его в гостиную, пусть ожидает. Не думаю, что заявился без дела.- И добавила тихо, когда девушка ушла.- Хм, очень…

Тут же взяла себя в руки и, высоко подняв голову, прошла в свою комнату.

Хелен присела на кресло и замерла. «Выдержу время, — решила она, — пусть не думает, что брошусь навстречу после его возмутительных слов».

Неожиданно для себя Хелен почувствовала, что краснеет. Этого еще не хватало!

«Он же приехал по-поводу Луизы», — мелькнуло у Хелен, и она покраснела еще больше, поняв, что о дочери, как о причине визита Джона, у неё даже не мелькнуло мысли. Первым делом вспомнились его дурацкие рассуждения о глазах, руках.

Все внутри Хелен возмутилось правде мыслей. Она взяла себя в руки, чуть-чуть постояла у зеркала, наблюдая, как под действием внутренней силы лицо принимает привычную окраску и, не мешкая, пошла в гостиную. Войдя, холодно кивнула, проговорила:

— Присаживайтесь.

Села неподалеку.

— Я надеюсь, что вы не забыли нашу недавнюю встречу и мою настоятельную просьбу по поводу вашего племянника. Вы ведь привезли мне утешительный ответ, это так?

— Вы правы, я не забыл встречу с вами. Приехал извиниться, что отнесся не очень серьёзно к вашей просьбе. Вы же ждали от меня помощи, а я не смог успокоить вас.

— Я принимаю ваши извинения, так как у меня много дел, и слушать дальнейшие ваши рассуждения у меня нет времени. И хотя вы говорили возмутительные вещи, я выбросила их из головы и говорю: вы прощены.

— Вы меня не поняли. Я извиняюсь за то, что не поддержал ваши материнские страхи, а слова я назад не беру, и мне жаль, что вы выбросили их из головы. Я, напротив, не могу их забыть и сожалею, что был недостаточно убедителен, позволил вам принять их с обидой и возмущением.

Хелен подавила в себе желание вскочить. Сидя, послала Джону холодный взгляд и, показывая, что пропустила его слова мимо ушей, спросила:

— Что решил ваш племянник?

— Я не говорил с ним. Он приехал вчера поздно вечером, а я утром уже уехал сюда.

Хелен была поражена.

— В таком случае я не совсем понимаю цель вашего визита.

— Увидеть вас, — просто ответил Джон.

— Вы опять? — на этот раз она вскочила.- Я не давала повода так нахально разговаривать со мной. Это на вашей территории вы могли вести себя по-хозяйски и нести разную чепуху, а здесь прошу не забываться и хотя бы ради приличия не распускать свой язык.

— Не буду, — кротко согласился Джон.- А знаете, почему? Нет, не из-за приличия. Вы меня сбиваете с толку. Обычно женщины по-другому принимают комплементы.

— Мне ваши сомнительные комплементы не нужны.

— Да, да, помню: я не из того общества, где понимают, что такое чувства. Только почему для вас что-то сомнительно? Я говорю искренне, от души. Мне так хочется, чтобы вы воспринимали всё по-другому.

Джон подошел и поцеловал Хелен руку.

— Вы посмотрите на него, — Хелен выдернула её.- Что вам даёт право так вести себя?

— Не очень понятное мне желание засыпать вас самыми лучшими словами. Но, если хотите, сменим тему. Покажите мне ваш сад. Дженни так расхваливала его.

— Ну, знаете…- Хелен помолчала.- Хорошо, у меня есть несколько минут. А то причиной следующего визита выдвинете то, что я не исполнила вашу просьбу, и вы не могли заснуть, думая о моём саде. Идите за мной.

Она быстро двинулась вперед, пошла прямо, не оборачиваясь. Джон шел на почтительном расстоянии, молчал. Через некоторое время Хелен обернулась.

— Не слышу восхищенных восклицаний. Ваши надежды не оправдались?- так же холодно спросила она.

— Можно я заеду за вами вечером, приглашу покататься?

— Нельзя.

— Я покажу вам удивительно красивые места. Отдохнете от дел, полюбуетесь природой. Что в этом плохого?

— Вам понравился сад? Довольны осмотром?- не слушала Джона Хелен.

— Да, мне всё понравилось.

— Рада, что удовлетворила ваше любопытство. Но больше не могу уделить вам времени ни сейчас, ни потом. Вам пора. Являться без предупреждения и затягивать визит неприлично.

Джон громко рассмеялся.

— Вы удивительная. Не можете сдерживать слов, напоминаете мне вновь и вновь о моем несоответствии вашему обществу. Не находите, что вот это действительно неприлично? А меня упрекаете, что не могу сдерживать хвалебные слова в ваш адрес.

— Я не беру в расчет никакие слова, вырывающиеся из ваших уст.

— Жаль, — искренне произнес Джон.

— Позвольте распрощаться с вами здесь,- Хелен кивком головы указала на выход.

— А вы позвольте пылкий поцелуй на дорожку?

— Не смейте приезжать вечером. Я еще раз говорю: нет,- стояла она на своём.

— Может, на всякий случай заехать? Вдруг передумаете, а я не узнаю об этом.

— Почему вы такой самонадеянный? Разве я даю повод?

— Мне дают надежду искорки, вспыхивающие в глубине ваших глаз. Их вы не можете контролировать. Затаенное ожидание, а в вашем «нет» я слышу только желание казаться решительной.

— Прощайте, желательно навсегда. Я не хочу продолжать с вами общение. У себя я вас больше не приму.

— Спасибо, что смогли мне уделить немного времени. Извините за причиненные неудобства. Мне не нужно было приезжать, но что поделаешь, если человеку свойственно совершать безрассудные поступки. Прощайте, милая Хелен.

Джон развернулся и пошел к воротам.