Нарисованная любовь

Глава 42

В имении стояла тишина, словно всё замерло в ожидании. Не было слышно особого визга во дворе, когда шалила Керри. Девочка весь день просиживала на скамье в тени склонившихся деревьев с подругой — дочерью кого-то из прислуги, но, видимо, доверенной, так как мать не запрещала дочери общаться с ней. Как когда-то Дженни и Милена, они с упоением обсуждали дела любви, которая пока была лишь в их воображении и желаниях. Керри непременно вставляла: «И когда у меня будет такой жених, как Артур…», а подруга отстраненно произносила «мой будущий жених». И пока эти женихи были только в мечтах, девочки часами обсуждали грядущее счастье.

Луиза порывалась вновь поговорить с матерью, припасла новые, как ей казалось, более весомые слова в защиту своей любви. Дневной визит Джона давал ей некоторую надежду, она видела, что мать разговаривала с ним вроде бы спокойно, даже беседа во время прогулки в саду выглядела мирно. Но Хелен о разговоре ничего не сказала, и сейчас Луиза не могла выбрать момент, так как мать не обращала на неё никакого внимания. Это можно было истолковать, как нежелание продолжать с дочерью какой бы то ни было диалог, но Луизе так не казалось. Она никогда не видела маму такой. Хелен усиленно занималась рукоделием и время от времени поглядывала на часы и словно сердилась на себя за это. Один раз даже решительно отбросила вязание и ушла из комнаты. Её сердитый голос грозно раздавался в хозяйской части дома. Через время Хелен вернулась в гостиную, вновь взялась за спицы. Теперь на часы она смотрела с определенными периодами, дав себе слово: гляну только тогда, когда начну новый цвет в рисунке. В такие моменты спицы мелькали быстрее, но Хелен усилием воли замедляла их и подолгу изучала давно известную схему рисунка.

Давала ли себе отчет Хелен в том, что ждёт вечера? Нет. Она гнала мысли прочь, когда отвлекшись от обороны, принималась рассуждать, какими словами начнет возражать приглашавшему на прогулку Джону. Слова были гордыми, красивыми и убедительными. Хелен молила Бога, чтобы ей не суждено было их произнести, она ведь не хотела видеть возмутительного человека. И остаток дня она рассуждала, как не желает визита, но не надеется на его порядочность и поэтому размышляла, к которому времени он может явиться. Заранее, чем прилично начинать прогулки? Не явился. В положенное время его тоже не было.

«Пусть не надеется, что поеду с ним, на ночь глядя», — хмурилась Хелен.

Тут же вспыхнула: значит, не отвергала случая дать согласие, если бы заявился, как положено приличному человеку и хоть дальнему, но родственнику?

Хелен рассердилась на себя за такие мысли, засунула клубки в корзиночку и решительно захлопнула крышку.

— Луиза, — послышался ее голос, — где Керри, почему я её не вижу сегодня?

— Только что сидела на скамье, наверное, убежала с Розой на свою полянку.

— А ты почему такая поникшая? Вы все словно сговорились перечить мне. Все, — подчеркнула она.

— Я просто хотела поговорить с тобой, — произнесла Луиза, понимая: когда мать в таком настроении, разговор лучше не начинать.

— Мы уже обо всем поговорили. А куда делся Роберт? Где он пропадает? Не хватало еще сюрпризов от него.

— Он же сказал тебе, что уехал к дяде Фреду, чтобы тот помог ему разобрать служебные бумаги.

—Фред прекрасно может это сделать сам, и у него есть куча помощников. Зачем Роберту нужен повод для поездки к Райсам? Ну, почему я должна вникать во все мелочи? Когда дождусь покоя?

— Как только твои дети станут счастливыми, — попыталась начать разговор Луиза.

— Не смей упоминать о той семейке! — взорвалась Хелен.- Это не джентльмены, их слово ничего не значит. Их поступки ужасны и не предсказуемы. Ничего хорошего от них не дождешься.

— Мама, — с удивлением смотрела на нее Луиза, — зачем ты сердишься? И как можно судить о людях, которых не знаешь?

Хелен хотела что-то выпалить, но благоразумно удержалась. Не хватало еще неосторожно произнести имя Джона.

— Иди к себе и думай о том, о чём приличествует молодой девушке, а не глупо влюбленной особе.

— Ты мне не разрешишь погулять перед сном?

— В саду — пожалуйста, в пределах моей видимости. Иди, я скоро тоже приду в беседку.

Хелен уже успокоилась, говорила ровно, и у Луизы вновь появилась надежа, что разговор на волнующую её тему можно будет продолжить.

Хелен, оставшись одна, подошла к зеркалу. Интересно, как она выглядит для своих лет? Давно не рассматривала своё лицо так придирчиво, уделяя внимание прическе, наряду, чтобы было так, как полагалось. Обычно оставалась довольна осмотром. Сейчас же особенно внимательно всматривалась в отражение.

«Интересно, что меняется, когда вспыхивают глаза, как постоянно твердит этот человек?»

Хелен попыталась нахмуриться, потом удивленно распахнула глаза. Нет, ничего примечательного. Значит, это просто ловкие слова, способные привлекать и дурачить. Нельзя попадаться на эту удочку. Держаться и держаться.

— Виолетта, — позвала она служанку, — я буду в беседке с дочерью. Если кто-то приедет, отзови меня в сторону и только тогда сообщай. Мне не нужны внезапные визиты, это плохая наука для Луизы. Правила должны соблюдаться неукоснительно.