Нарисованная любовь. Часть вторая

Глава 1

​

Дженни убежала. Артур, как завороженный, смотрел на то место, куда она скрылась. Молчал, окаменев и, казалось, перестал дышать. Алисия так же сидела на траве, и по выражению её лица невозможно было понять, как она относится к случившемуся. Она умело скрывала удовлетворение с подтекстом «наконец-то он будет только мой».

Время шло, Артур не двигался. Алисия начала приводить в порядок корсет, но оставила всё, как есть и подошла к Артуру.

— Сильно переживаешь? — Она слегка дотронулась до его плеча.

Артур не отреагировал. Вновь повисло молчание.

Алисия неслышно вздохнула, опять принялась за свой наряд, не спеша отряхиваясь, разглаживая, бросая изучающие взгляды на Артура. Его поведение начинало тревожить: уже давно он, по её мнению, должен был махнуть на ситуацию рукой и поплакаться на её плече.

Она подошла, уткнулась лбом в его спину, положила руки на плечи и постаралась спросить обычным голосом:

— Что будем делать, поедем домой?

Артур резко развернулся, оттолкнул её и закричал так, что она отшатнулась ещё дальше.

— Да езжай ты, куда хочешь! Оставь меня, наконец, в покое, дура!

Артур дрожал и так сильно сжимал кулаки, что они побелели.

— Артур… — пролепетала Алисия.

— Дура, дура! — кричал Артур.- Потаскуха, мразь! Ненавижу тебя, убирайся из моей жизни!

— Зачем ты так, Артур, я же люблю тебя…

— Твоя любовь у тебя под юбкой, и меня туда затащила. Меня, отца, опять меня. Всё поломала, всё разрушила!

В порыве гнева он наклонился, схватил палку и почти замахнулся на Алисию, но потом изо всей силы стукнул по ветке дерева. Бил, бил, пока листья не превратились в ошмётки, потом зашвырнул палку, вскочил на коня, но остался на месте.

Он не знал, что делать и как исправлять положение. Крутился на месте, кусал губы, зажмуривался в надежде, что, когда откроет глаза, ситуация изменится.

Потрясенная Алисия не двигалась. Она, привыкшая крутить мужчинами, не знала, как реагировать на нового Артура. Видела его всяким: глупо-романтичным, принимающим на веруеё разглагольствования о любви; выпрашивающим любовь; холодным, недоступным и слабым, когда откликался на её горячие призывы. Но таким яростным, бешеным, с ненавистью кричащим страшные слова — никогда! И она стояла в растерянности, отгоняя навязчивую мысль: неужели это всё?

Видя, что Артур не умчался, топтался на месте, очень надеялась, что, выплеснув ярость, он попытается загладить своё поведение. Остыл и теперь не знает, как оправдаться в своих словах? Ей очень хотелось верить в это, но она впервые в жизни трусила и ждала, ничего больше не предпринимая. Почему он так отреагировал? Неужели ему дорога эта девочка? Это самое последнее, чего ей хотелось бы.

Алисия упорно прятала мысли, что Артуру просто нужна была женщина для успокоения его мужского естества, а не её любовь.

— Нет, нет, — отбросила она вновь возникшую такую мысль, — ему нужна я, а не моё тело. Нет, нет.

Она, как и Артур в этот миг, кусала губы и поглядывала из-за куста на сгорбившуюся в отчаяние фигуру. Ревность уже въедалась в её нутро. Нужно вступить в борьбу и победить!

Алисия выпрямилась, придала лицу соответствующее, как она решила, выражение, и пошла к Артуру. Как только она показалась, Артур бросил на неё взгляд всё с той же ненавистью и пришпорил коня.

Куда ехать?

«Дженни не простит, если узнает» — вспомнил он слова Роберта.

Поехать к своему другу? Он — серьезный, уравновешенный, знает их обоих — Артура и Дженни — может, что-то подскажет. У них ли Дженни? Что она делала одна в этой местности так далеко от дома? Как поведёт себя при встрече?

Артур понял: он трусит самым обыкновенным способом. Стыд накрыл волной: как показаться на глаза Дженни — чистой и поверившей ему после того, как он отменил клятву, которая сдерживала её? О, если б на месте Алисии была любая другая женщина! Тогда можно было бы как-то объяснить своё поведение, покаяться в содеянном, сказать, что это единичный случай. Но с Алисией… Нет, невозможно. А ничего не предпринимать, прятаться — это никуда не годится.

Сначала нужно успокоиться и, не откладывая, завтра же встретиться с Дженни. Что будет говорить и чем оправдываться, Артур не знал. Понял одно: он очень боится встречи, но и потерять любимую не в силах. Всё-таки, сначала нужно поговорить с Робертом.

Артур вернулся домой. Алисии не было. А, может, сидит у себя в комнате и строит новые козни для таких дураков, как он.

Он прошел на свою половину и прежде, чем сесть и обдумать ситуацию, запер дверь на засов. Тут же усмехнулся: трусишь, что ночью вновь нагрянет горячая любовь? Нет, уж, я у себя дома, это моё имение, я здесь хозяин и никому больше не позволю распоряжаться собой. Ни здесь, ни где-то ещё!

Отпер дверь, швырнул пиджак на диван и сел, обхватив голову руками.

Во дворе послышался топот — Алисия. Жаль, что вернулась, лучше бы её задрали волки!

​

​

Артур не знал, спал ли он в эту ночь. Наверное, в полудрёме, но ему виделось лицо Дженни с укоряющими глазами, а ещё горящие огнём похоти глаза Алисии, отчего он дёргал головой и просыпался. Через время мягкая улыбка Дженни вызывала неконтролируемую улыбку на его расслабленном лице. Но это в сон вплетались надежды, и он, очнувшись от недолгого забытья, прокручивал в голове исход после сегодняшнего случая.

Еле дождавшись рассвета, сдерживаясь, чтобы не гнать коня, он тащился в имение Роберта, так и не решив, как начнёт разговор. Не доезжая, спешился и молча стоял посреди поля без движений и мыслей. Когда посчитал, что время позволяет нанести визит, продолжил путь.

Артур шагнул на порог и столкнулся с тётей Хелен. Оба замерли, вглядываясь друг в друга с ожиданием в глазах. Первым спохватился Артур.

— Простите, я в такую рань без предупреждения…

— Это ты, Артур… Я решила, что Роберт.

— Он не дома? — у Артура упало сердце, настолько он настроился довериться другу.