Нарисованная любовь. Часть вторая

Глава 19

Поезд тронулся. Дженни сжала руку Артура и как-то беспомощно посмотрела на него. Оказывается, она не такая уж сильная. Или просто можно расслабиться рядом с человеком, который неожиданно оказался сильнее? Как замечательно держался на вокзале!

— Что случилось? — спросил Артур с участием.

— Сейчас выдохну. У меня начинается новая страница в жизни, резкое изменение, вот и передёрнуло. Думаю, как всё сложится? Нужно добраться, устроиться у тёти, да и путешествие на пароходе для меня в новинку. Поэтому нужно выдохнуть и успокоиться.

— Тебе нечего переживать, с тобой я.

— Я не переживаю, наоборот, жду новых впечатлений. Обязательно расскажу тебе в красках при следующих встречах.

— Следующие встречи, сказала ты? И когда они, по-твоему, будут?

— Ну, когда-то же будут, — улыбнулась Дженни.

Артур смотрел на неё, как на маленького ребёнка.

— Дженни, неужели ты думаешь, что я отпущу тебя одну? Я знаю, что твоё мнение обо мне не очень, так сказать, благоприятное. Но я не настолько безнадёжный, чтобы бросить тебя одну на пароходе.

Дженни вскочила.

— Нет, это исключено. Твоя миссия другая, мы договаривались!

— Что ж ты так пугаешься? Что не так?

— Это путешествие долгое, а ты так резко уехал из дома. Или ты шутишь? — всматривалась в него.

— Не шучу. Успокойся, сядь. Не переживай, своей просьбой ты меня не напрягаешь. Я не оторван от важных дел, не оторван от дорогих мне людей, кроме отца, конечно. Но я ему сказал, что буду отсутствовать, возможно долгое время.

— Артур, к тёте я поеду одна, это решено.

— А я и не против этого! К тетё — да, одна, но до её порога — со мной. Теперь договорились?

— Не думаю, что тебе нужно, чтобы я закрепила договор, — хмуро сказал Дженни, села и уставилась в окно.

С одной стороны, она должна радоваться, что всю дорогу рядом будет близкий человек. Почему же так отреагировала, раздумывала она? Ах, это всего лишь трусость, боязнь, что Артур узнает о Роберте. Хотя, что тут такого? Всё равно бы узнал об этом из её письма, как она наметила. И когда бы они встретились вновь, Артур уже переварил бы эту новость, принял, как неизбежное. А видеть его глаза в момент прямого общения…

Она до сих пор не может забыть тускнеющий взгляд Эдвина там, в своём имении. Впрочем, пока Роберт выберется к ней, Артур к тому времени вернётся домой. Не будет же вечно опекать её? Хотя…

Она таким испытывающим взглядом посмотрела на Артура, что он сказал:

— Я не забыл, что являюсь просто другом, если тебя беспокоит это.

— Я не о том подумала. Просто скажи: тебе точно не в тягость сопровождать меня? Вчера согласился, не раздумывая, потому что я огорошила тебя вопросом. А вдруг потом вспомнил что-то важное и теперь сомневаешься, что это правильное решение?

— Не сомневайся. Мне, как и тебе, полезно на некоторое время уехать из дома. Твоя просьба подоспела вовремя.

Дженни внутренне похолодела от фразы «как и тебе», но смогла мило улыбнуться и выдавить:

— Ну и хорошо! Поехали!

Артур больше ни о чём не спрашивал, а Дженни просто смотрела в окно, прокручивая в голове сцену прощания с родными, и невольно засмеялась, вспомнив лицо Эдвина там, на вокзале. Какое-то растерянно-недоуменное, по-детски не понимающее, что происходит. Так тебе и надо за твой нахмуренный вид вчера и сегодня! Зато никакого напряжения при прощании, ни вздохов, ни разговоров глазами.

Только сейчас отпустило, только вспомнив это, Дженни почувствовала лёгкость, поэтому засмеялась.

Артур недоумённо, но доброжелательно смотрел на неё.

— Я даже вздрогнул. Думал, ты задремала, сижу тихонечко, почти не дышу. А ты, оказывается, мысленно развлекаешься. Вспомнилось что-то хорошее?

— Да, хорошее! Радостно стало, что еду к своей мечте, только осознала это. Ты рядом, грозишься не оставлять меня, и это мне нравится. Я же храбрилась, но побаивалась путешествовать в одиночестве. А сейчас всё кажется простым и лёгким.

— Пусть это настроение сохраняется у тебя всю дорогу. — Артур по-отечески обнял Дженни, она, не противясь, положила голову ему на плечо.

— Теперь я действительно могу задремать, — сказала Дженни. — Но вряд ли получится, хотя почти всю ночь не спала, и подниматься пришлось рано. Да и волнения полностью не улеглись.

— Постарайся, поспи.

— Но когда будет остановка, разбуди меня, хочу смотреть на большой город. Он скоро будет?

— Скоро, не успеет сон присниться, поэтому поторопись. О, Дженни, сколько больших городов ты ещё увидишь! Один лучше другого! Не беспокойся, отдыхай.

Артур был на седьмом небе от счастья. Ещё недавно ему казалось, что в жизни нет смысла. Не сдаваться, совсем не сникнуть помогала уверенность, что ему удастся вернуть Дженни. А теперь он понимал, что вот эта минута счастья перекрыла всю горечь. Никогда в жизни не было более радовавшего его момента.

Пылкая влюблённость в Дженни, первые слова, поцелуи, восторг от предстоящего соединения — всё замечательно! Но сейчас, трясясь в полупустом поезде и оберегая сон Дженни, он готов был поклясться, что родился на свет ради этого мгновения. Сколько будет длиться такое ощущение, зачем Дженни эта поездка, её условия о дружбе — сейчас важно не это, а то, что много дней они будут вместе и очень далеко от того, что их разъединило. Такие мысли радовали и внушали надежду: нет, не всё потеряно!

Так же, как только что Дженни, Артур готов был засмеяться, но сдержался, только широко улыбнулся.

Останавливаясь, поезд тряхнуло, Дженни подняла голову.

— Я как раз собрался тебя будить. Быстро? Да, время пролетело незаметно.

Дженни уставилась в окно.

— Боже мой, сколько людей! На нашей станции почти никого не было, а здесь их очень много. Неужели все поместятся?

— Не все ожидали наш поезд. Недавно пришёл встречный, люди сошли оттуда, — пояснил Артур.

— Почему людям не сидится на месте, — начала Дженни и вдруг, замолчав, вскочила и прилипла к стеклу.