Нарисованная сказка

Глава 6.1

Снег падал, кружась огромными хлопьями, и быстро таял ложась на землю. Серость и слякоть за окном. Я с грустью смотрела на реку, ещё свободную ото льда и почёсывала сидящего на подоконнике Ваську. Котище мурчал и жмурился от удовольствия. Смирился всё-таки с моим присутствием, а потом и подружились. Не зря я ему мелкую рыбку с реки таскала, когда большая не ловилась.

-Почему ты Васька, а не Баюн?

-Баюн это профессия, а не имя

Он что, реально мне ответил?

-Ага, только не вслух. Не приспособлены мои связки к людской болтовне

Ничего себе, я мысленно могу общаться!

-Значит ты не Баюн?

-Почему же?

Кот замурчал и закрыл глаза, а я всё так же бездумно поглаживала его и пялилась в окно. Отвлекшись от своей хандры и устремив взгляд вдаль, я замерла:

-Что за чёрт?

Всё так же кружились снежинки перед окном, но не старым деревенским, а современным стеклопакетом. Никакой реки за ним, а знакомый вид городского района с высоты девятиэтажки. Я попыталась несколько раз проморгаться, не помогло. Кот! Я продолжала теребить мягкую шёрстку, но на меня из-под руки, глянул обычный серый котёнок. Откуда он? Память подкинула вид мокрого комочка под осенним дождём, у моего подъезда. Я притащила домой кошку? А Яга, оба Емели и все остальные, мне приснились? Окинула взглядом комнату, ту самую, в которой ставила палатку…или не ставила? Светлые стены и мебель, уютная гостиная выдержана в кремово-кофейных тонах, ничего лишнего. Только на торцевой стене, знакомая ёлка с красочными шариками без рисунков, и заяц у пня. В глубине леса, жёлтые совиные глаза в темноте сосновых ветвей, под сосной брёвна и пни занесённого снегом кострища. Только всё это безобразие находилось в огромной стильной раме, под мебель в комнате. Я вспомнила, где купила всю эту роскошь и кто мне её помогал собирать. Я дома, значит всё будет хорошо, для всех! Глянула ещё раз в окно, на кружащийся снег, погладила серого малыша и подпрыгнула от неожиданной трели звонка. Сердце ворохнулось в тревоге и надежде, я развернулась на ватных ногах, чтобы рвануть к двери. Дверь была, но не та. Обычная деревянная дверь, из горницы в заднюю комнату избушки на курьих ножках, домотканые дорожки ведущие к ней и бревенчатые стены. Меня словно холодной водой окатило, в непонимании, что же было правдой? Повернулась к окошку, за которым снова была река и чёрный кот дрых на подоконнике.

-Баюн значит?

Дотронулась до мохнатого сказочника, ещё не веря в произошедшее. Котище открыл один глаз и закрыл снова.

-Свихнуться же так не долго

Неужели Васька мне показал вероятное будущее, или это просто бред моего депрессивного сознания? Спрашивать похоже бесполезно, зверь прикинулся сложенным шлангом и сопит, только усы дёргаются.

Декабрь намёл снежную горку с обрыва на речной лёд, народ полил её водой из проруби, а вернувшийся к своим обязанностям Мороз, покрыл ледяной коркой. И теперь стар и млад скатывались по блестящей на солнце наледи. Катались, кто на чём горазд: на низких деревянных санках, сложенных рогожках и просто на дощечках. Я смотрела на веселье и вспоминала, как сама в детстве, скатывалась с горки на школьном портфеле. Портфель по этой причине, мне каждый год приходилось покупать новый.

В сенцах, а затем и в задней комнате хлопнула входная дверь. Тут же раздался радостный голосок Алёнки:

-Катя, Катя, пойдём кататься!

-Катенька, шла бы ты правда, развеялась. Когда ещё повеселишься. Скоро домой, на работу устроишься, не до покатушек будет

Знала бы Яга, что мне и сейчас не до покатушек. Зная, что так буду маяться неведением своей судьбы, никогда бы не сбежала. Вздохнула тяжко, и пошла одеваться, всё равно Алёнка не отвяжется. Уже выходя за девочкой, оглянулась на пороге:

-Бабушка, посоветоваться нужно, идея появилась по поводу сохранения этого места. Позови вечером Мороза и старших месяцев на чай