Нарисуй мне звезды

Глава 28

Глава 28

Пустынный край,

забытый грот

стоит веками

напролет.

Там ветхий трон

среди цепей,

ждет первого

из королей.[1]

Я зашла в библиотеку и замерла от неожиданности. В помещении никого не было. Еще рано?

Несколько шагов к столу, возле которого стояло одно кресло. Второе, с согласия Кира, переместилось к окну. Там казалось удобнее: сидишь, завернувшись в плед, читаешь книгу, изредка переводишь взгляд на лабиринт, раскинувшийся внизу, на стену, выложенную из камней, на людей, снующих туда-сюда.

В такие моменты тело охватывало странное умиротворение, словно все происходило так, как и должно быть - и это пугало. Мне следовало находиться на земле, ходить на лекции, проводить вечера с Даниэлем, пожевывая пиццу, работать в своем уголке, включив лампу с зеленым плафоном и обложившись книгами, принесенными или украденными из библиотеки.

Однако я каждое утро приносила сюда кофе, ставила на стол, перекидывалась парой фраз с Киром и шла к окну, захватив очередной том местной литературы.

Так мы с Киром и проводили первую половину дня: он, засев над бумагами, и позволяя мне безраздельно пользоваться его имуществом. Изредка молчание прерывалось разговорами на отвлеченные темы. Никто не расспрашивал ни про прошлое, ни про настоящее, не лез в душу - и это радовало, позволяя забыться и насладиться жизнью.

Обед нам приносили в библиотеку, и мы поглощали его, прерываясь на беседы. Потом Кир куда-то уходил, а я либо возвращалась на кухню и болтала с девушками, либо гуляла по владениям ларта.

Замок на самом деле был не таким большим, как выглядел. Коридоры занимали практически все пространство, оставляя лишь малую часть на жилые комнаты. Обычно дворцы изобилуют залами, холлами для приема гостей. Здесь подобное отсутствовало. Очень странная архитектура.

Я вздохнула и поставила поднос на стол, аккуратно, стараясь не задеть бумаги, затем сдвинула их в сторону, не желая испортить.

Все-таки Кир - жуткий неряха. Нельзя так относиться к документам, а вдруг они важные?

Важные! В голове внезапно щелкнуло - и я, забыв про кофе, бросилась утолять любопытство.

А любопытство было, еще какое. Кир постоянно работал над чем-то. Хмурился, когда не получалось. Его брови на миг сходились и тут же, словно опомнившись, занимали прежнее положение. Однажды мужчину что-то обрадовало. Чувство торжества охватило лицо, а губы против воли дернулись в улыбке.

Он не знал, что за ним подглядывают, но удержаться было сложно. Наблюдая за человеком, пока тот увлечен, можно узнать много интересного.

Даниэль, например, упрямый, непримиримый и требовательный: постоянно сверлит взглядом одну точку, щурится, мотает головой, отрывисто зачеркивает.

Кир более творческий, часто скользит взором по окружающему пространству, временами склоняет голову к правому плечу, будто рассматривая под другим ракурсом. Мимика более скупая и быстро прячется: не хочет демонстрировать слабость, которой у него, наверное, нет.

Откуда? Он безупречен: осанка, жесты, манера говорить - все выдавало в нем человека, стоящего на ступень выше остальных. В моем мире сказали бы: аристократ. Здесь такого понятия не существовало. Все были равны, кроме Кира, разумеется. Он не попадал ни в одну из категорий и назывался просто: ларт.

Так, Джемма, не отвлекайся. Смотри и запоминай. Главное, чтобы имена не пришлось учить.

Передо мной на столе лежали записи на непонятном языке, цифры, незнакомые символы, несуразные схемы - они вразнобой размещались на листах, словно были нацарапаны наспех. То в правом углу, то вверх ногами - никакой системы.

Очередной листок выглядел любопытнее остальных. Точки-точки, множество точек на огромном во весь стол свитке.

Что-то это напоминало.

Шаг назад для возможности рассмотреть со стороны.

Бинго! Звездное небо, но созвездия развернуты под другими углами. Неправильно? Нет, верно. Здесь не земля. Карта над головой будет иная, искривленная.

Я вытащила лист, желая полностью его увидеть. Кое-где находились белые пятна. Не успел нанести? Или не знает? И как такую карту создать, если над головой ничего нет? Только в момент звездопада.

Выходит, вопреки легендам, звезды он хочет вернуть, но тогда солнце погаснет. А может дело в другом? Солнечное затмение, например. Жаль, пропажа звезд от него не зависит.

Все становится более загадочным.

Внезапно холод прополз по позвоночнику. В горле пересохло. За моей спиной стояли - и очутиться там мог только Кир. Что он сделает, заметив чужака, роющегося в его бумагах?

Правая рука, держащая свиток, предательски задрожала. Аккуратно возвращаю чертежи на стол, затем разворачиваюсь и тихо ухожу, желательно убегаю, не глядя в черные, бездонные глаза.

Стыд прожигал тело, даже когда куратор застал нас с выпивкой на стадионе, таких эмоций не возникало.

Пора сматываться отсюда. Надеждам не суждено было сбыться.