Нарисуй мне звезды

Глава 42

Глава 42

Стоит один,

от всех вдали,

и взглядом пристальным,

глядит.

Твои поступки

на Весах,

и жизнь твоя -

в его руках.[1]

Я отвела легионеров в столовую, показала ванную комнату по соседству, где уже стояли бочки с водой, лежали полотенца, на небольшой табуретке находились мочалки и банки с мылом.

Все поспешили мыться, ведь по пути заметили накрытые столы с обилием еды. И мясо, огромное количество мяса: в глубоких мисках с похлебкой, нарезанное тонкими кусочками на подносах, наструганное соломкой, облитое густым соусом в пиалах.

Также овощи, хлеб, но глаза видели только продукт, по которому соскучились.

Про меня тут же забыли. Я, воспользовавшись удобным моментом, сбежала к себе в комнату, быстро привела себя в порядок и отправилась на поиски Кира.

Теневой маячок и в этот раз не подвел. На мою просьбу он, метнувшись в сторону, отправился гулять по коридорам.

Моей целью было не отступать и верить, что меня услышали правильно.

Через десять минут блужданий показалась дверь библиотеки. Можно было ожидать чего-то подобного.

Громкий предупредительный стук - и я вошла в любимое помещение хозяина замка - место, где мы проводили с ним много времени, где в первый раз наше молчание будто пело в унисон, где впервые появилось ощущение спокойствия и где тревоги ушли.

Внутри все было, как прежде, но мое кресло пропало - первый неприятный звонок.

Мужчина склонился над столом и разглядывал свою карту. На ней по-прежнему отсутствовали какие-то созвездия - это расстраивало нас обоих.

Жаль, мой план не удался. Возможно к утру легионеры достигли бы Немоса, там было бы решено призвать новых - и небо с его бесчисленными мирами открылось бы на какое-то время.

- Ты не ела, - не отрываясь от своего детища произнес ларт.

- Хотела сделать это с тобой.

В воздухе плескалась недосказанность. Она ощущалась каждой клеточкой тела. Кир мог ничего не говорить, но каким-то шестым чувством угадывалось недовольство, легкое раздражение.

Его пальцы лежали на столе, подушечки чуть побелели - значит, сильно давит. Злится, но не станет ругать. Оставит все в себе.

- Кир, - позвала я.

Он даже не повернулся:

- Что?

Я подошла ближе и, положив ладони на щеки мужчины, повернула его лицо ко мне.

- Обиделся?

- Нет.

Не верю! Вторая попытка.

- Расстроен?

- Нет.

Неужели? А почему смотришь так недовольно?

- Считаешь, тебя предали?

И тут Кир сорвался:

- Сама как думаешь? Сбежала, украла скакуна и отправилась к своим. Знаешь, а ведь у меня на какой-то миг промелькнула мысль не приходить и оставить вас на съедение.

- Почему появился?

Удивительно, но страшно не было. Чужие слова не пугали, хотя тот, кто их говорил, считался здесь самым сильным.

- Лично думал придушить, - процедил Кир.

Не следовало его расстраивать.

- Души. Мы в библиотеке одни, никто не знает, что я здесь. Можешь вину переложить на легионеров.

На лице ларта отразилось изумление. Он вглядывался в мои глаза несколько минут, стараясь понять, правда ли это. Наконец, он застонал и повалился в кресло.

- Зачем ты так? Ты знала историю моего появления тут и все равно ушла.

- А теперь слушай меня, - я шагнула вперед и присела перед Киром, положив ему руки на колени. - Никто от тебя не уходил. Легионеры бы вернулись в Немос, чтобы их лидеры вызвали подкрепление. Ты бы снова увидел звезды. План был прост. Они отступают и оставляют меня для подготовки к новой атаке.

Мужчина накрыл мои ладони своими:

- Как и сказал раньше: ты либо слишком хорошо меня обманываешь, либо настолько идеальная, что не можешь оказаться настоящей.

Я села к нему на колени и положила голову на плечо. Пальцы принялись выписывать узоры на груди Кира.

- Это ты не можешь быть настоящим. То, как ты уничтожал червей - простой человек так никогда не сделает.

- Тебя это пугает?

Слабый, еле заметный страх, тревожным звоном послышался в голосе ларта. Его интересовал и одновременно беспокоил ответ. Он не желал отказа, особенно после предательства бывшей невесты.

- А должно? - палец очертил линию воротника, поднялся выше вдоль кадыка, лег в ямку возле уха, чувствуя, как под кожей бьется жилка. - Ты скажи, если надо.

Кир рассмеялся. Он обнял меня и прижался щекой к моему лбу.

Так мы и сидели в тишине, среди книг, молчали, понимая, что словами лишь испортим умиротворение, расползающееся между нами. Словно огромное облако оно клубилось, занимая всю комнату, отрезая нас от внешнего мира.