Нарисую любовь

Глава 9

Понедельник подкрался незаметно. Время вообще имеет свойство меняться – то оно тянется как жвачка, то пролетает быстрее пули. Оля очень боялась идти, но помнила, что пообещала Ане. Да и в душе она понимала, что ничего страшного нет – там такие же студенты, только чуть старше. Они её ждут, ведь Макаров предупредил. Она минут 10 стояла у двери и не решалась войти, пока дверь сама не распахнулась.

- Значит три шоколадки? – уточнила выходящая девушка, задав вопрос вглубь кабинета.

- Четыре, - раздался ответ оттуда.

Девушка быстрым шагом удалилась, не закрыв дверь. Оля несмело вошла.

- Здравствуйте, - поздоровалась она, но её никто не услышал. В кабинете было два парня и девушка, все были заняты: парни громко что-то обсуждали в дальнем углу кабинета, а девушка писала, сидя за столом. – Здрасьте, - повторила Оля громче и девушка подняла голову:

- По какому вопросу? – спросила она.

- Я художник. Стен газету рисовать, - тут и парни отвлеклись:

- Наконец-то, - выдохнул один из них. – Скоро день рождения ректора, мы всегда его в стенгазете поздравляем. Не хотелось нарушать традиций.

- Да, мы всех преподов поздравляем в стен газете, - добавил второй. – Я – Саша. Я отвечаю здесь за организацию концертов, а заодно и ставлю танцы.

- Я Оля.

- Будем знакомы, Оля, - пожал он ей руку. – Думаю, сработаемся.

« Дневничок, ты даже не представляешь как я счастлива. Нет, Славу я сегодня не видела, даже с папой не встречалась, а вот в студенческий совет сходила. Представляешь, Макаров расписал меня чуть ли ни гением (странно, но очень приятно) и они меня ждали очень. Там такие классные ребята. Мне вначале, конечно, было очень страшно, но это продлилось минут десять, а потом я расслабилась, как с друзьями. Мы пили чай и болтали обо всём. Они все старше и рассказали о преподавателях, чего от кого ждать, чего бояться. Мы обсудили стенгазету ко дню рождения ректора. Ректор обожает разные интересные факты о животных. Они показали мне старые стен газеты, чтоб я примерно понимала как они выглядели. Посередине большое поздравление ректору в какой-нибудь красивой рамке, а по бокам факты о животных с рисунками – легко. И вообще, оказывается газета раньше выпускалась раз в две недели. Там КВНщики писали свои шутки, студенты могли поздравить друг друга, кто-то даже в любви признавался. Сейчас их художник выпустился и они боялись, что нового художника так быстро не найдут. А тут я. В общем у меня есть задание, а самое главное уже есть задумка как это всё сделать. Я буду заниматься любимым делом с такими чудесными людьми! Меня распирают эмоции. Пойду набросок сделаю. Не скучай, любимый Дневничок».

Оля улыбнулась своим мыслям. Ненавистный институт переставал быть настолько ненавистным. Может потому что пока нудных предметов не так много, а может потому что она встретила чудесных людей, подруг и Славу и занялась любимым делом. Макаров очень даже помог, что удивительно. Раньше помощи от него не было. Хотя и дураку же понятно – он сделал это не для неё, а чтоб помочь студенческому совету. Не будет художника – не будет стен газеты с расписанием концертов, а значит никто не придёт восхищаться им – Макаровым.

Зарисовки вышли очень милыми. Оля откинулась на кресло довольная собой. Завтра же она покажет свои работы. Или лучше довести их до ума и показать послезавтра? Хлопнула дверь, пришла мама. Оля поспешила к ней, чтоб поделиться радостной новостью, но увидев мамино грустное лицо, перестала улыбаться.

- Мам, что случилось?

- Ничего, Лялечка, Всё хорошо. Ты уже взрослая и это замечательно, - мама прижала Олю к себе. – Я, Оль, теперь буду часто ездить в командировки.

- Ты же никогда не ездила.

- Да. Раньше не ездила. За них хорошо платят, а деньги нам сейчас нужны. Да и мир посмотрю, не всю же жизнь мне сидеть в четырёх стенах.

- Конечно, мамуль. Ты можешь не волноваться. Всё будет хорошо.

- В этом я не сомневаюсь. Что у нас на ужин?

- Издеваешься? – сморщила нос Оля. Мама вчера вечером пожарила куриную грудку, а Оле сказала отварить картошку.

- Ты теперь хозяйка в доме. Даже не думай питаться фаст фудом, поняла?

- Так точно. Разрешите приступить к нарезке салата?

- Приступай. Переоденусь и помогу.

За ужином Оля наконец поделилась своей радостью. Мама напомнила, что это увлечение не должно мешать учёбе, но потом похвалила Олю и сказала, что она ей гордится. И это было действительно важно для них обоих. Оля гордилась силой мамы, а мама гордилась своей дочкой – что может быть лучше и душевней?

Ребята внесли правки в Олины наброски, определили какой шрифт лучше выбрать для текста и дали добро на стенгазету. Оле выдали тубус с ватманом и сказали, что ждут конечный результат с нетерпением.

На выходе из кабинета Оля столкнулась с Лёшей. Лёша тёр лоб, который Оля ударила дверью.

- Смирнова, блин. Это уже покушение.

- Макаров, не льсти себе, кому ты нужен.

- Кому-то явно очень нужен, - подмигнул он ей, улыбнувшись. – Я вообще нарасхват.

- Да, да, да, - Оля в шутку изобразила говорливую птичку, шевеля большим пальцем руки. – Птица-говорун отличается умом и сообразительностью. Хотя это не твой случай. Ты просто птица-говорун.

- Даже не… - Макарову не дали договорить:

- Лёш, иди скорей, нужно обговорить репетиции, - позвала его Ульяна, одна из участниц студенческого совета.

- Видишь, ничего без меня не могут, - закончил Макаров и хотел войти в кабинет, но Оля окликнула:

- Тут Зуля тебе спасибо передаёт за совет.

- Ты её видела?

- Нет, она письмо прислала Катьке. А что за совет?

- Смирнова, любопытной Оле на базаре знаешь что оторвали?

- Я могла бы и не передавать, - пробубнила под нос Оля, отворачиваясь.

- Сказал, что если она не может изменить ситуацию, надо расслабиться и получать удовольствие. Взять из этой ситуации всё. Не можешь изменить ситуацию – измени своё отношение к ней.